Студия Postimees: Лаури Лаатс – я жертва комиссии по надзору; Кристина Каллас – какая вы жертва? Вы – политик!
"Юри Ратас упустил шанс изменить политическую культуру"

  • Члены комиссии по финнадзору получают по 80 евро в час!

Коалиция намерена ликвидировать комиссию по надзору за финансированием партий, передав ее полномочия Госконтролю. Почему сейчас? Что изменится?

В студии Postimees состоялась дискуссия, в которой приняли участие представитель Центристской партии, старейшина Мустамяэ Лаури Лаатс и председатель партии "Ээсти 200" Кристина Каллас.

Фрагмент беседы:

– Зачем ликвидировать на фоне коронакризиса комиссию, которая занималась резонансными расследованиями?

Лаури Лаатс: – Мы не ликвидируем комиссию, а передаем ее функции Госконтролю…

– При этом Госконтроль не очень заинтересован в расширении своих полномочий за счет комиссии. Не так ли?

Лаури Лаатс: – Там есть свои нюансы. Что касается кризиса, то он уже миновал.

– Да, но решение о ликвидации комиссии было объявлено на следующий день после отмены ЧС. К чему такая спешка?

Лаури Лаатс: – Решение обсуждалось внутри коалиции задолго до кризиса.

– Не стало ли последней каплей дело о сомнительном пожертвовании Центристской партии 50 000 евро, которое отправится в прокуратуру?

Лаури Лаатс: – Нет, это не так. Подчеркну, что о необходимости подчинить комиссию определенному институту, чтобы вывести ее из-под контроля партий, говорил еще в 2009 году тогдашний канцлер юстиции Индрек Тедер.

Уже тогда комиссию часто упрекали в неэффективной работе. Я убежден, что она работает неэффективно и не является нейтральной своих оценках.

Кристина Каллас: – О каких дискуссиях вы говорите? Ничего подобного не было! Полагаю, что тему обсуждали только внутри коалиции вместо того, чтобы провести широкую дискуссию в обществе.

Почему сейчас судьба комиссии решалась так секретно? Почему в такой спешке? Почему сразу после отмены ЧС? Тут вопросов больше, чем ответов. О чем мы говорим, если ваша инициатива стала сюрпризом даже для самого Госконтроля?

У всех остается только один вопрос: зачем это надо?

Если вы говорите о неэффективной работе, то сделайте ее более эффективной? Зачем сразу ликвидировать комиссию и ломать систему, которая уже работает?

Что касается нейтральности комиссии, то считаю так:

Лучше самих политиков, которые осуществляют надзор над конкурирующими политическими силами, никто этого не сделает. Неужели вы думаете, что делегируя эту обязанность чиновникам, можно будет говорить о нейтральности оценок?

Зачем вообще дискутировать на тему, кто лучше будет осуществлять надзор над политиками? Вам есть, что скрывать?

Лаури Лаатс: – Я тоже жертва этой комиссии! На меня нажаловался реформист Кристен Михал, который сам был когда-то фигурантом большого скандала по отмыванию в партии грязных денег, названного впоследствии «Сильвергейтом».

Стали ли правящие партии больше злоупотреблять властью?

ФОТО: Eero Vabamaegi/Postimees

Михал возмущен тем, что меня слишком часто публикуют в муниципальных газетах. В результате, я нахожусь в подвешенном состоянии уже пять месяцев, пребывая в полной неизвестности. Комиссия обсуждала мой вопрос уже 5 раз! Причем последний протокол от 21 мая до сих пор не готов, что показывает неэффективность работы комиссии. Нет ясности, нет регламента, по которому работает комиссия.

Кристина Каллас: – Так разработайте регламент! Зачем комиссию-то ликвидировать? В чем логика? Если сейчас всё перевести под Госконтроль, они начнут работу с нуля. Придется менять не только закон, но и Конституцию Эстонии, так как Госконтроль на данный момент не занимается финансовым надзором. Предстоит изменить суть работы Госконтроля, и мы будет вынуждены ждать два года, пока лед тронется, и они заработают!

Если вы считаете, что с вами поступили несправедливо, но вы честны, то за справедливость нужно бороться! Зачем становиться в позицию «я жертва»? Какая вы жертва? Вы – политик! Вы обязаны отчитываться перед обществом о своих делах.

Лаури Лаатс: – Я не боюсь контроля, но правила игры должны быть всем понятны.

За пять месяцев рассмотрения моего вопроса ничего не сделано. Комиссия по-прежнему в нулевой фазе. При этом каждый член комиссии получает 80 евро в час! Я тоже хотел бы получать столько.

– Готовы ли центристы отчитываться о своих пожертвованиях раз в неделю, как это предлагает делать партия "Ээсти 200?"

Лаури Лаатс: – Это будет расширением бюрократии.

Кристина Каллас: – Для этого достаточно сделать распечатки из своего банка и опубликовать их на своем сайте. О какой бюрократии вы говорите?

Политика – это не бизнес! Вы используете для оплаты своей деятельности деньги налогоплательщиков. Так будьте честны, прозрачны и отчитывайтесь о них! 

У меня есть и другой вопрос. Как известно, отчеты в комиссию отправляются ежеквартально. То есть, если выборы в марте, избиратель узнает о том, кто финансировал кампанию той или иной партии, только после выборов, когда голос уже отдан и ничего не изменить. О какой прозрачности мы говорим?

Лаури Лаатс: – Таков закон. Если его изменят, то все партии будут эти изменения соблюдать.

Кристина Каллас: – А зачем закон? Действуйте сами! Партии должны быть самыми прозрачными организациями в обществе.

Лаури Лаатс: – Не спорю, что партии должны быть прозрачными. Вопрос в подходах, методике и степени прозрачности.

Кристина Каллас: – Расширьте полномочия комиссии по надзору. Пусть они разбирают не только жалобы, но и организуют аудиты.

У меня еще одно предложение. Партии получают деньги налогоплательщиков и тратят их непрозрачно. Предлагаю распределять средства госбюджета не между партиями, а напрямую закупать для них предвыборную рекламу и эфиры пропорционально размерам этих партий, как это происходит сейчас в Финляндии. Тем самым, каждой партии даются равные возможности заявить о себе.

Сделать это в Эстонии почти нереально, потому что парламентские партии в этом не заинтересованы, они хотят распоряжаться этими средствами сами.  

Лаури Лаатс: – Идея интересная, просто ее нужно прежде всего проанализировать. Считаю, что нынешняя система распределения госдотаций между партиями является справедливой.

Вспомните 90-е! Сколько тогда крутилось грязных денег вокруг партий! Мы должны сделать всё для того, чтобы избежать новых скандалов наподобие тех, что бы ли связаны с Кристеном Михалом.

Кристина Каллас: – Я не спорю с тем, что госдотации и пропорции должны остаться прежними. Просто лучше средства из госбюджета вообще не раздавать партиям, а напрямую закупать рекламные площади и распределять их между партиями согласно квотам.  

Есть предложение и насчет муниципальных газет. Давайте предпримем акт доброй воли и отдалим одну страницу оппозиции.

– Вы готовы к этому?

Лаури Лаатс: – Абсолютно! Мы всегда публикуем мнения оппозиционных политиков. Просто мне, как старейшине, трудно быть не замеченным местными СМИ и работать как партизан, не оставляя следов.

– Можно ли расценивать происходящее, включая ликвидацию комиссии, как злоупотребление властью в ситуации форс-мажора?

Кристина Каллас: – Не скажу, что партии стали больше злоупотреблять властью. Однако политическая культура, заложенная Партией реформ, когда оппозицию просто переезжали катком, была успешно перенята и центристами.

Хотя именно центристы могли бы эту культуру изменить. После объявления ЧС звонка от Юри Ратаса никому не поступило: ни Кае Каллас, ни Индреку Саару. И это при том, что в этой сложной ситуации все партии поддерживали правительство. С оппозицией по-прежнему абсолютно не считаются!

– Как кризис повлиял на политическую культуру?

Лаури Лаатс: – Правительство успешно вышло из кризисной ситуации. Думаю, что все предпринятые действия были правильными. В дальнейшем можно было бы побольше общаться с оппозицией.

Кристина Каллас: – Так это же в ваших руках!

Не спорю с тем, что Юри Ратас хорошо работал во время кризиса. Но он упустил шанс изменить политическую культуру! Он мог бы это сделать в тот момент, когда начался кризис.

В этот сложный момент можно было бы собрать за столом переговоров всех, кто хотел поучаствовать в решении кризиса и помочь правительству.

Шанс был упущен. Теперь изменить политическую культуру будет намного сложнее. Оппозиция снова отошла в сторону, и каждый зарылся в своих окопах.

Смотрите интервью в повторе!

Студия Postimees: злоупотребление властью при форс-мажоре

ФОТО: Eero Vabamaegi/Postimees

  • В чем смысл ликвидировать на фоне коронакризиса комиссию, которая занималась резонансными расследованиями? Последний серьезный случай – дело о сомнительном пожертвовании Центристской партии на сумму 50 000 евро, которое отправится в прокуратуру.
  • Зачем передавать функции комиссии Госконтролю, который в расширении своих полномочий не очень-то заинтересован? Что изменится?
  • Готовы ли центристы отчитываться о своих пожертвованиях раз в неделю, как это предлагает партия "Ээсти 200"?
  • Насколько коалиция единодушна в вопросе ликвидации комиссии? Ожидаются ли сюрпризы?
  • Можно ли расценивать происходящее как злоупотребление властью в ситуации форс-мажора? 
НАВЕРХ