Франция во время коронавируса.

ФОТО: ANNE-CHRISTINE POUJOULAT/AFP

Страх - это не то, чему 88-летняя Матильда легко поддается. Она сидит на террасе парижского кафе через несколько часов после того, как оно снова открылось, и потягивает газировку.

«Я ждала этого, - говорит она, - быть в окружении людей и больше не быть одной».

Специально по такому случаю Матильда нарядилась в цветное платье и сделала себе идеальную укладку.

Кафе в Париже, закрытые из-за пандемии коронавируса, возобновили работу, но в них теперь действуют новые правила рассадки и повсюду стоят санитайзеры.

«Конечно, мне страшно, - говорит подруга Матильды Энни. - Но вы знаете, в нашем возрасте у нас остается не так уж много времени, поэтому в какой-то момент нам нужно просто это сделать».

Почему опустевший Париж потерял свою идентичность

Многие люди испытали облегчение от того, что парижские бары и кафе снова открылись - их террасы заполнены.

В пустоте этого города, особенно во время локдауна, было что-то мучительное, говорит автор и историк французской культуры Джоан Дежан: «Париж был изначально построен для того, чтобы людей на его улицах было видно, чтобы их могли оценивать визуально».

«Без пешеходов, смотрящих на все вокруг, от садов до больших домов на острове Сен-Луи, смысл существования здесь теряется», - объясняет она Би-би-си.

Во время карантина опустели многие города, продолжает Дежан, но больше всего эту пустоту фотографировали в двух городах: в Венеции и Париже. В Венеции - чтобы показать, как город выглядит без туристов, в Париже - чтобы показать, как неузнаваем город без людей. 

«Мне так даже больше нравилось [во время локдауна], было слышно птиц. Я почувствовала себя немного напуганной от того, что люди снова вернулись на улицы», - рассказывает Дельфин, которая уже давно живет в Париже.

Дельфин с двумя маленькими дочерьми живут возле базилики Сакр-Кёр. Когда власти Парижа немного ослабили карантин, она и другие родители вышли на улицы Монмартра с походными стульями, чтобы посмотреть как их дети играют в футбол.

Недавно мужчина высунулся из окна и сказал им перестать шуметь, так как он работает из дома, рассказывает Дельфин.

«Было слышно, как жена, стоящая за ним, кричала нам, чтобы мы ушли. Было очевидно, что они находились на пределе», - добавила она.

Не все парижане были несчастны

Алан Кадури, психиатр в одной из парижских больниц, рассказывает, что был поражен тем, скольким людям на самом деле было комфортно в самоизоляции.

«Те, кто боится социальных связей, чувствовали себя защищенными во время локдауна, - объясняет он. - Тем, кто находил романтические отношения сложными, не нужно было задавать себе вопросы. Подростки были счастливы сидеть дома, играть в видеоигры и торчать в соцсетях».

Но есть большой разрыв между опытом простых парижан и опытом многих медсестер в больнице, в которой он работает.

«Одна из десяти медсестер подвергалась нападкам во время локдауна. Некоторых просили покинуть свои квартиры соседи из-за риска заразиться», - рассказывает Кадури.

Теперь, когда нормальная жизнь возвращается, он видит, что некоторые из медсестер морально истощены: «Они все боятся второй волны и истощены. Я слышал от 30-летних медсестер, что им сложно подниматься по лестнице».

Париж сегодня

Роланд Мариэль работает медсестрой в той же больнице, что и Кадури. По мере того, как давление на систему здравоохранения ослабевает, больницы снова наполняются обычными пациентами без коронавируса, и общественная поддержка медсестер и врачей снижается.

«Когда наши пациенты начали возвращаться, они были так же агрессивны, как и обычно, - рассказывает Мариэль. - Я им сказала, что бесполезно хлопать нам в ладоши каждый вечер, если они будут себя так вести! У людей короткая память. После Батакалана [терактов в Париже 2015 года] полицейские были для всех героями, а теперь все думают, что они хотят нас убить».

По мере того как Париж стал оживать после месяцев социальной и экономической комы, становится очевидно, какие люди на самом деле важны для города.

Как сказал один исследователь, кто для вас более важен: топ-менеджер, работающий из дома, или человек, который доставляет еду вашей матери?

И то, что было очевидно во время протестов желтых жилетов, сейчас снова всплыло на поверхность: люди, благодаря которым функционирует Париж, - сборщики мусора, машинисты поездов, учителя и медсестры, - не могут себе позволить жить здесь.

«Мы не оправимся от этого одинаково», - считает французский географ Люк Гвяздзинский.

Многие богатые парижане уже думают о том, чтобы уехать из столицы, как многие из них и сделали во время карантина.

Это может принести пользу небольшим провинциальным городам Франции, так как в экономике страны Париж доминирует, рассуждает географ. Но что это будет значить для жизни в самой столице?

«Париж как феникс, он возродится, - говорит он. - Париж - это не просто экономический центр, его образ как столицы любви и романтики не пострадал. Но для людей, живущих здесь, это была другая история».