Потерявший обе ноги в Афганистане военный: «Это судьба, с этим нужно просто смириться»

"В больничной койке есть много времени для размышлений. И тогда ты понимаешь, что нужно немного переучиться и можно двигаться дальше", - говорит Тармо Лепик.

ФОТО: Remo Tõnismäe

Военнослужащий и отец 11-летней Энели Тармо Лепик (33) во время миссии в Афганистане в 2011 году подорвался на взрывном устройстве и потерял обе ноги. Сегодня Лепик остается действующим военным, а его дочь участвует в благотворительном концерте, который организует фонд, заботящийся о детях получивших ранения военных. Обстоятельства, при которых Лепик был ранен, он детально изложил в документальном сериале TV3 «Спасшиеся из лап смерти», а в интервью Postimees он остановился на жизни раненых военнослужащих после восстановления. «Эти трудности даны, чтобы их преодолеть», - говорит Тармо спокойным тоном.

- Как в целом относятся к ветеранам, ставшим инвалидами?

- Если оглянуться назад, то раньше с этим было хуже. Сегодня все стало во много раз позитивнее. Люди начинают понимать, поскольку проведена огромная разъяснительная работа.

- А как было тогда?

- Люди не знали. Кажется удивительным, но так и было. Каждый раз приходилось объяснять, почему и как, что дальше? Сейчас вопросов не возникает. Мы такие же члены общества, как любой другой гражданин.

- Когда вы сами смогли себе объяснить, что теперь все будет по-другому?

- На самом деле эта мысль довольно быстро пришла в голову. Если ты оказываешься на больничной койке по той причине, что и я, у тебя появляется много времени, чтобы думать. И тогда ты говоришь себе, что придется немного переучиться и жить дальше. Эти трудности даны, чтобы их преодолеть. Тот, кому уготована такая судьба, должен этот путь пройти. Но картинка быстро стала четкой.

- Если человек выбрал профессию военного, как часто он думает о том, что в зарубежной миссии может получить ранение? Или этим мыслям мешает работа?

- Находясь в Эстонии, возможно, об этом особо не думаешь. Но если начинаешь размышлять, когда едешь в миссию, то такая мысль возникает – вероятность этого имеется. И реальность в действительности шире. Это психологическая работа с самим собой.

Энели и Грете Пайа готовятся к концерту.

ФОТО: Iti Aavik

- Есть такие, кто об этом вообще не думает?

- Я считаю, что нет людей, которые об этом не думают вообще. Конечно, нельзя день ото дня жить с этими страхами: тогда в миссии будет очень тяжело. Но хочешь не хочешь, а мысли приходят. И сильно бьет по тебе, если такое происходит с кем-то другим.

Концерт «Песни солдату»

Благотворительный концерт «Песни солдату», который организует созданный для поддержки детей погибших и раненых на службе военных  Carolin Illenzeeri Fond в этом году пройдет в Тапа в сотрудничестве с концерном Postimees Grupp, в который входят Postimees и Kanal 2. Концерт будет показан на телеканале Kanal 2 в субботу, в 20.00.

Фонд призывает людей звонить на благотворительный телефон. За девять лет работы, благотворительный фонд помог детям отправиться в университеты, заняться хобби и собраться к началу учебного года.

Телефоны работают уже сейчас:

  • 900 6705 – пять евро;
  • 900 6715 – 15 евро;
  • 900 6735 – 35 евро.

- Возникали ли у вас мысли вроде "сделал бы шаг вправо или влево, шел бы минутой раньше или позже - и ноги были бы целы"?

- Ой, нет, эти «если бы да кабы» ничего не дают. Этот судьбоносный шаг в моем случае был настолько точным, что ничего нельзя было изменить. Это судьба, и с этим просто нужно смириться. А задним числом меня это не гложет.

- Как выглядит возвращение к обычной жизни?

- У меня процесс восстановления длился три года, пока я смог наконец вернуться на службу. В действительности прямых проблем с возвращением нет, поскольку во время восстановительного лечения ты все равно связан с армией. Хотя бы тем, что продолжаешь общаться со всеми, с кем знаком по армии. Поэтому ты по-прежнему в курсе всего. Мне трудно не было.

- А как с душевным здоровьем? Многие ведь возвращаются домой с посттравматическим синдромом.

- Да, есть синдром и многое другое. Но если у тебя тяжелейшая травма, то просто нет времени думать о чем-то другом, цель – восстановиться физически, чтобы в итоге вернуться на работу. Важно делать шаг за шагом. Каждый маленький нюанс влияет положительно.

- Из вашего рассказа я понял, что армия своих не бросает. Но насколько велик выбор для тяжело раненных военных, чтобы продолжить службу? Когда пойнтмен (ориентировщик - прим. ред.) теряет ноги, он же не может продолжать служить в пехотной роте.

- Да. Но армия очень большая, а должностей много. Кто хочет, может продолжить в медицине, стать оружейным техником и так далее. Во многом зависит оттого, к чему есть интерес, и подходит ли это.

Например, для меня перевод в штаб был логичным шагом. Один раз я, конечно, задумался, хочу ли я стать штабным. Если до того ты всю жизнь был очень подвижным, то думаешь "спасите-помогите, мне нужно идти в контору", и поначалу это ужасно пугает. Но в действительности все хорошо. И вклад равнозначный. Нет разницы, находишься ты в штабе или в пехоте, ты выкладываешься на благо родины максимально.

- Военные должны пройти тесты на общую физическую подготовку. Проверяют ли и как способности тяжело раненных бойцов?

- Мы все равно занимаемся спортом, тренируемся. Но тестов на общую физическую подготовку от нас не требуют, на баллы мы ничего делать не должны. Более того, у нас образовалась компания тех, кто организует лагеря. Того, кто чувствует себя достаточно здоровым, не остановить.

Тармо Лепику потребовалось три года, чтобы вернуться к службе, но постоянная связь с армией не позволяла пасть духом.

ФОТО: Remo Tõnismäe

- Что вы делаете в лагере?

- У нас там разные занятия. Я играют в сидячий волейбол. Но есть и те, кто ездит на велосипеде, занимается индивидуальными видами спорта, например, плаванием. Это невероятно популярный вид спорта. Два-три раза в год организуем лагеря.

- На «Игры непобедимых»* тоже ездили?

- Да. В 2014 году в Великобританию, в 2017-м – в Канаду и в 2018-м – в Австралию. В Австралии заняли третье место по сидячему волейболу.

- Насколько тяжело или легко членам семьи серьезно раненных военных?

- Это все индивидуально. Каждый по-своему переживает нервные напряжения. Да, есть люди, у которых нервная система не выдерживает. Можно услышать много историй о том, как распадаются семьи: у самого семья распалась через год после ранения. Но я бы не сказал, что это было обусловлено моей ситуацией. Скорее, это был развод из-за того, что мы повзрослели. Но ситуация меняется резко и для родных.

- Ваша дочь Энели в этом году на концерте фонда Carolin Illenzeeri Fond «Песни солдату» выступает с Гретей Пайа. Как дочь воспринимает такое мероприятие?

- Она воспринимает его скорее как просто концерт. Я думаю, что более глубокое понимание, возможно, придет с возрастом.

- А с личной стороны: вы рассказывали дочке, как вы получили тяжелое ранение?

- Конечно. Мы много говорили об этом. Она с самого начала росла с этим знанием. Для нее в этом нет ничего необычного.

- Вы волнуетесь за дочь перед концертом или спокойны?

- Репетиции оставили очень приятное впечатление. Были и промахи, но люди хорошо ладят друг с другом. Но концерт, конечно, вызовет более сильные эмоции.

*«Игры непобедимых» (Invictus Games) - крупное мероприятие, в 2014 году организованное английским принцем Гарри. В нем принимают участие раненые военные, оно предназначено для поддержания духа солдат.

От идеи компании друзей до большого дела

Офицер запаса Лаури Курвитс занимается еще и парусным спортом. С прошлого года он является руководителем таллиннского яхт-клуба "Калев".

ФОТО: Eero Vabamägi

Это был 2004 год. Служивший в иракской миссии военный Арре Иллензеэр (28) приехал домой, чтобы впервые увидеть свою новорожденную дочь Каролин. Это был и последний раз, когда он ее видел: в октябре Арре вернулся в зону боевых действий, где и погиб.

Офицер запаса Лаури Курвитс (52) вспоминает, что тогда компания офицеров в своем понимании дружбы решила перейти от слов к делу и помочь дочери Арре Каролин получить образование. Фонд имени Каролин Оллензеэр был создан в декабре 2005 года.

«Поначалу это был фонд, помогавший Каролин. На пальцах двух рук можно посчитать офицеров, которые перечисляли в него. У нас была цель: переводить в фонд личные средства до 18-летия Каролин, чтобы тогда отдать ей всю сумму сразу, - говорит Курвитс. – Всё было неофициально».

Но со временем это превратилось в большое дело. Та же компания решила, что помощь нужна и другим детям, родители которых погибли или получили тяжелое ранение при исполнении служебных обязанностей.

В 2011 году был учрежден фонд Carolin Illenzeeri Fond.Тоомас Хендрик Ильвес, который тогда был президентом, стал его патроном, сейчас эту роль исполняет президент Керсти Кальюлайд. Курвитс признает, что это приносит много пользы: общественность начала обращать больше внимания на получивших ранения военных и их семьи.

Сейчас фонд платит каждому ребенку раненого или погибшего военного пособие к началу учебного года. Также платятся стипендии студентам. Кроме того, помогают детям посещать кружки: кто-то занимается конным спортом, кто-то лыжами, кто-то танцами и так далее.

Курвитс добавил, что кроме сбора денег для детей, одна из задач фонда – обратить внимание на то, что граждане могут выступать с инициативой: «Не нужно думать, что это является задачей только государства. Естественно, это, прежде всего, задача государства. Но как гражданская инициатива это, конечно, заслуживает внимания. И вклада. Делами».

Учредителями фонда SA Carolin Illenzeeri Fond являются MTÜ Eesti NATO Ühing, MTÜ Reservohvitseride Kogu и MTÜ OSMTH (организация, объединяющая офицеров-христиан).

НАВЕРХ
Back