Невероятная история эстонского парня: избежал пуль ИГИЛа в Сирии, но не уберегся от ножа на родине

Роберт Линдметс воевал на Ближнем Востоке с ноября 2014 по май 2015 года.

ФОТО: AP / Scanpix / Erik Tikan / kollaaž

«Для себя у меня было три гранаты в боковом кармане - на всякий случай, если другого варианта не будет...» - говорит Роберт, который в 2014 году отправился в Сирию, чтобы бороться против ИГИЛ, и присоединился к курдской группе борцов за свободу YPG. Уезжая, он сказал своим друзьям, что в этой жизни они, очевидно, уже не встретятся, пишет Postimees.

Однако ему удалось пережить все ужасы тамошней войны - впервые застрелить человека со снайперской позиции, увидеть кровь и гильзы, потерять товарищей в бою, едва не получить пулю самому - и все ради того, чтобы, вернувшись в свой родной Тарту, стать жертвой ножевого ранения и провести семь дней в коме. Но обо всем по очереди.

Роберт - скромный 28-летний мужчина, который не любит много говорить о себе. Он говорит, что довольно нелюдим и у него мало друзей. Говорит, что ему свойственны несколько неожиданные поступки - не такие, как у всех. 

"Например, один раз я совершил 30-километровую прогулку от Тарту до Алатскиви, чтобы принести воду из источника", - говорит Роберт, с которым мы встречаемся в тартуском кафе. 

"Или, к примеру, однажды я залпом прочитал шесть томов Большой советской энциклопедии», - приводит он другой странный пример о себе.

Крови он никогда не боялся, с адреналиновыми ситуациями справлялся хладнокровно. «Я мыслю рационально - не пугаюсь и сохраняю спокойствие. Например, когда у моего отца случился сердечный приступ, я не паниковал, а оживлял его, пока не приехала скорая помощь».

Тем не менее, интервью, кажется, дается ему с трудом. Он явно нервничает, его руки дрожат, а взгляд блуждает по земле.  "В одиночку я могу справиться с чем угодно, но когда людей становится больше, я полностью меняюсь, возникает беспокойство", - признает Роберт.

Этот социальный сбой, как он его называет, сопровождал его всю жизнь. "Я ходил в школу только два-три дня в неделю, но поскольку мои оценки были в порядке, меня нельзя было отчислить", - говорит он. 

"Мне всегда нравилось подвергать себя испытанию и делать вещи немного по-другому", - говорит Роберт и начинает свой рассказ.

Роберт позирует с оружием недалеко от штаб-квартиры YPG

ФОТО: Erakogu

Далекая война и странные новые знакомые

Год 2014-й. Разразившаяся в Сирии гражданская война превратила страну в поле сражений для сведения счетов крупных мировых держав. Много лет находящийся у власти диктатор Башар аль-Асад мобилизовал войска на западе страны, чтобы силой подавить повстанцев. Тем не менее, это создало вакуум власти на северо-востоке, в чем увидели для себя шанс курды - самая большая в мире народность, у которой никогда не было собственного государства. Около 30 миллионов курдов разделены между несколькими странами, но борьба за независимость начинается на севере Сирии, в районе под названием Рожава. Курдские женщины и мужчины, которые жили обычной семейной жизнью, покупают оружие и собираются в воинские образования - женщины под флагом YPJ, мужчины под флагом YPG (Отряды народной самообороны - ред.). Их главный противник - широко известная cвоей жестокостью организация ИГИЛ, которая также жаждет власти в регионе.

Роберт следил за происходящим в Сирии через веб-сайты, на которых ужасы войны не подвергались цензуре. У курдов также есть хорошая пропагандистская команда, задача которой - заручиться поддержкой всего мира. Их рупор в западном мире - американец Джордан Матсон, первый иностранный боец, который добровольно пришел на помощь курдам. Роберт следил за его деятельностью в социальных сетях.

В то же время Роберт, который любит играть в военные онлайн-игры, нашел в сети новых знакомых: Тимура, Евгения, Эмили и других, которые были родом из России, но часто бывали в Латвии. 

«Однажды  они предложили встретиться в Валга, - вспоминает Роберт, который благодаря родственным связям на Северном Кавказе говорит и по-русски. - Затем мы начали с ними ездить по Эстонии. Деньги у них были». 

Роберт говорит, что они не говорили друг с другом напрямую о том, чем его друзья зарабатывают деньги, но он быстро догадался. "Сегодня все они мертвы или за решеткой. У них было криминальное прошлое».

В какой-то момент новые друзья, найденные в военной игре, начали готовиться к настоящей войне. «Купили бронежилеты и прочее - мне тоже, хотя я и говорил, что никуда не поеду», - рассказывает Роберт.

И друзья уехали. Они отправились в Сирию воевать в составе доморощенных группировок. Роберт остался один. Позднее он услышал, что Тимур погиб в Сирии, а его подруга Эмили осталась в осадном кольце ИГИЛ. "Я полгода сидел дома, и мне стало скучно. Тогда я подумал, что поеду и сам. И поехал", - вспоминает Роберт. 

По его словам, одной из причин был личный интерес, но еще сильнее на него повлияли уехавшие друзья - без них он бы не пошел. «Я надеялся, что, может быть, удастся найти Эмили, оставшуюся в блокаде», - приводит он еще один аргумент.

Заявление в Фейсбуке

Отправиться воевать в неофициальном порядке оказалось довольно легко. "Есть одна страничка в Facebook, туда надо написать. Дальше будут организованы самолеты, автобусы, отели и многое другое", - говорит он.

Курдское вербовочное подразделение посоветовало ему въехать в Сирию через Турцию. Но, по словам Роберта, это сложно, потому что турецкую границу охраняет армия. «К счастью, было одно место, где время от времени можно было передвигаться на глазах у солдат. Я поднял перед лицом сумку какой-то старой тетки и прошел. Солдаты стояли в метре или двух».

В Сирии его встретили и отвезли в первый военный лагерь. "На стенах были надписи YPG и YPJ. Это придавало уверенности. Меня отвели в комнату, где в ряд лежали "калашниковы", - рассказывает Роберт. - Курды сидели, пили чай и курили. Они загуглили Эстонию и спросили, сколько у нас островов. Спрашивали названия городов, я показал свой паспорт, удостоверение личности. Это была проверка биографических данных».

Его также спросили об опыте службы в Силах обороны и о том, с каким оружием он знаком. «Я честно сказал - вертеться не стал - что в Силах обороны не был, но с оружием знаком». 

Первый опыт в стрельбе из огнестрельного оружия Роберт получил самостоятельно, в лесу. Фактически, курдам было все равно, кто вступает в их ряды - пусть даже и преступники. На следующее утро он смог выбрать себе оружие. "Я взял винтовку Драгунова". Это снайперская винтовка с оптическим прицелом.

Роберт (крайний справа в переднем ряду) в военном лагере в Сирии

ФОТО: Erakogu

Из тыловика в снайперы

По прошествии какого-то времени его доставили на военный пункт на иракско-сирийской границе. «Дома были в руинах, и было ясно, что здесь прошла война. Курды установили там пограничный пост: склады, трех- или четырехэтажные смотровые башни, вооруженные курды  на посту», - описывает следующую остановку Роберт. 

Фронт ИГИЛ находился от них на расстоянии пяти-десяти километров, и по ночам они обычно наблюдали за авиаударом США с крыши дома. «Тряслись двери и окна, были видны вспышки. Грохот был мощный. Даже ударная волна чувствовалась», - говорит он.

Там он встретил мужчину из Италии, который хотел собрать свою команду. "Он начал тренировать меня. Мы сделали фигуру человека из жестяных пластин и начали стрелять», - говорит Роберт. Выяснилось, что у него стабильная рука.

К Роберту и итальянцу присоединялось все больше и больше солдат. Учения и тренировки проводили опытные иностранные бойцы. «Мы вместе научились разбирать оружие и со временем делали это с закрытыми глазами», - говорит Роберт.

Все иностранные боевики там получили кодовые имена. Учитель из Германии был Мансуром (на курдском языке "учитель"), грека звали Кораном ("музыка"), американца - Цектаром ("армия"). 

«Я был Юниором, потому что выглядел на 14-15 лет», - говорит Роберт, которому в то время было 23 года.

По вечерам боевики ходили в село к местным курдам. «Они были так счастливы, некоторые даже в слезах от того, что иностранцы вызвались им помочь. Американцы ходили скупать сладости и зубные щетки, а затем жертвовали их школам. Мы были героями», - говорит Роберт. Он говорит, что бойцам там платили по 100 долларов в месяц, но он не считал это важным: «Я пошел туда не как наемник».

По словам Роберта, его соратники были очень разными людьми, и причины и цели их пребывания в Сирии иногда были очень сомнительными. "Некоторые были преступниками, некоторые бежали. Один американец сбежал от отцовских обязанностей. Были также душевно нестабильные или аутисты, - продолжает Роберт. - Один американец был склонен к самоубийству, мы приглядывали за ним с утра до ночи. Было страшно спать. Мы по очереди охраняли его. Кто-то верил, что  башни-близнецы в 2001 году сбили инопланетяне". 

"Мы ходили с заряженным оружием, потому что кто его знает, кому там снесет купол", - описывает он царившую в лагере паранойю.

Роберт с соратниками

ФОТО: Erakogu

Бойцы ИГИЛ через оптический прицел

К тому времени Роберту было уже ясно, что найти Эмили невозможно. «Вначале я надеялся, что город в конечном итоге будет освобожден, но пока я был там, я понял, что уничтожение ИГИЛ займет много времени». В конце концов, попав в настоящий бой, он ощутил на себе и настоящую войну: летели танковые и артиллерийские снаряды, а между выстрелами не было и десяти секунд. "В Талль-Тамире было тяжело", - кратко заключает Роберт.

Поначалу он не осмеливался высунуть голову из угла, но, увидев, как смело женщина вполголовы ниже его стреляет, невзирая на летящие в нескольких десятках сантиметров пули, Роберт решил взять себя в руки. "Я высунул голову, и тут же пуля пролетела мимо головы. Я отступил назад и сказал, что с меня хватит".

Роберт в Сирии.

ФОТО: Erakogu

Роберт собирался с силами несколько часов и в итоге преодолел страх. Когда он впервые увидел бойца ИГИЛ через прицел винтовки, у него перехватило дыхание. "Не было такого, чтобы сразу нажать на спусковой курок. Я думал, что он тоже был ребенком и рос, как я. Но потом я подумал, что если я зашел так далеко, то должен выполнить свою задачу», - говорит он, выбирая слова, о своей внутренней борьбе.

Через 36 часов после той первой настоящей битвы Роберт попытался заснуть, когда услышал сквозь сон приглушенный свит, и окна вылетели. «Мы с группой выбежали на улицу и остановились, я посмотрел вверх и подумал, что теперь наверное все: 120-миллиметровый снаряд упал в 70 метрах от меня».

Это был первый раз, когда он подумал, что его ждет смерть или серьезная травма. Осматривая дома, он сам неоднократно видел погибших солдат ИГИЛ. «Некоторые была как фарш или каша. Желе текло из головы. Американец сказал, что если станет дурно, отойдите в сторону. Я не пошел», - говорит Роберт.

Битвы с собой

Положение YPG становилось все труднее, с каждым днем ​​гибло все больше и больше бойцов, и в конце концов они не видели другого выхода, кроме как отступить. На глазах у Роберта получили ранения его товарищи по команде. Им пришлось отступать. Мужчины и женщины бежали из города под градом пуль. «Мы все забежали за дом посреди поля, откуда нас увезли на броневиках», - говорит он.

По словам Роберта, увезли много убитых и раненых, но полдюжины соратников остались в городе, захваченном ИГИЛом.

"То, что я повидал, останется в моей душе, но не будет преследовать меня. И если мне приходилось стрелять в человека, и этот человек мог умереть, я иногда думаю об этом. Но это не травит мне душу. Мне приходилось выбирать между ним и собой», - говорит он.

По словам Роберта, он так ни разу и не получил подтверждения того, что человек, в которого он стрелял, умер. "Не могу быть уверенным на сто процентов. Один начал перелезать через забор. Я выстрелил несколько раз, он упал. Это был самый такой момент - произошло это или нет. Скорее попал, об этом сложно говорить», - говорит Роберт. 

Всего у Роберта четыре таких случая. "Я определенно хотел попасть в них. Я не могу сказать, что убийство человека полезно или важно. В какой-то степени я хотел внести свой вклад. Но просто убить? Лично я этого не хотел. Но если так было, значит, так ... Когда я приехал в Эстонию, я все еще думал об этом», - говорит он.

После семи месяцев боев в Сирии Роберт решил уехать навсегда. Эмили, которую он хотел найти, до сих пор остается пропавшей без вести.

Роберт вместе с другими добровольцами

ФОТО: Erakogu

Еще один ошеломительный поворот

Слушая рассказ Роберта, я пытаюсь его понять. Какого черта нужно было идти на поиски смерти? Что заставляет эстонского парня сражаться по собственной инициативе и убивать людей? Встретился, пошел, увидел, выстрелил - жизнь Роберта выглядит как одна большая череда совпадений, трагическим пуантом которой стало внезапное ножевое ранение в родном городе, в собственном доме.

Октябрь 2017 года. Стук в дверь. Роберт открывает дверь. Мужчины с траурными венками нападают на него с кухонными ножами. Начинается кровавая схватка, Роберт быстро хватает самодельный нож и сопротивляется. Он получил серьезные ножевые ранения и нуждался в реанимации.

На суде выяснилось, что пришедшие с ножами мужчины в состоянии алкогольного и наркотического опьянения, собирались выяснять отношения совсем в другой квартире, но ошиблись этажом. Стечение обстоятельств.

Ходивший в Сирии  по краю между жизнью и смертью Роберт впал в кому на семь дней, потерял четверть легкого и, вероятно, умер бы, если бы не дрался. В Тарту. В своем собственном доме.

Пропагандистское фото.

ФОТО: Erakogu

Кто есть кто в сирийской войне?

Центральное правительство Сирии: восстание, начавшееся в 2011 году, было направлено против режима президента Сирии Башара аль-Асада, который правил страной с 2000 года. Аль-Аcады жестко правили Сирией с начала 1970-х годов, кроваво подавив несколько восстаний. За аль-Асадами стоит религиозная группа алавитов, которая живет в основном в Латаакии на Средиземном море, а также шииты и в меньшей степени сунниты.

Иран: Иран и Сирия - стратегические партнеры. Иран рассматривает Сирию как стратегический буфер против интересов суннитской Саудовской Аравии и США. Иран снабжал своего союзника и помогал ему с начала гражданской войны. С 2013 года иранские войска официально участвуют в сирийской войне.

Хезболла: Действующие в Ливане шиитская политическая партия и военная группировка тесно связаны с Сирией и Ираном, где они получают финансовую поддержку и военную технику. Военизированное крыло партии считается более сильным, чем армии самого ливанского государства, страдающего от гражданских войн и различных религиозных распрей. В нескольких западных странах, включая США, движение было объявлено террористической организацией.

Сирийская оппозиция: пестрая группа противников аль-Асада, которые хотят покончить с режимом. Сюда входят как умеренные, так и исламские экстремисты. Их периодически поддерживают Катар, Саудовская Аравия, США, Великобритания, Франция, а также соседняя Турция, которая оказывает им военную помощь в регионе.

ИГИЛ: исламская террористическая группировка, вступившая в гражданскую войну в 2013 году. В следующем году она через границу вторглась в Ирак. Так называемый золотой век пришелся на 2014-2015 годы, когда были взяты под контроль большие территории как Сирии, так и Ирака, где контролировался Мосул, второй по величине город страны. Сегодня действует только в нескольких пустынных районах Сирии и Ирака.

Сирийские демократические силы: ядро ​​составляют Отряды народной самообороны (YPG), которые Турция считает террористической группировкой, а западные страны - нет. Основаны в 2011 году. Были центром борьбы с ИГИЛ. Страны, участвующие в операции «Внутренняя решимость» против ИГИЛ, также сражались вместе с ними. База находится на северо-востоке Сирии, где живут преимущественно курды.

Капо: оценки даем на основании доказательств

Когда Роберт наконец вернулся в Эстонию из Сирии, на автовокзале в Тарту его встретили сотрудники Полиции безопасности. Его допрашивали более девяти часов, но затем отпустили домой.

Роберту, который, вероятно, убивал людей в Сирии, не было предъявлено никаких обвинений. Старший специалист Полиции безопасности Кристина Ромет не считает возможным более подробно говорить о мотивах Роберта. «Мы даем уголовно-правовую оценку на основании доказательств. Мы, конечно, не рекомендуем никому ехать в зону конфликта - в Сирии и Ираке повторный захват территорий, контролируемых террористическими организациями, привел к задержанию тысяч людей», - сказала Ромет.

С 2013 года КаПо выявила около двадцати человек, связанных с Эстонией, которые находятся или бывали в сирийско-иракских очагах конликтов и имеют связи с тамошними экстремистскими группировками. Одним из них был Абдуррахман Сазанаков, боец ​​эстонского происхождения, который сейчас мертв.

Глава бюро КаПо Харрис Пуусепп прокомментировал, что, поскольку государства-члены ЕС не считают YPG террористической организацией, принадлежность к ней не является преступлением по эстонскому законодательству. «В любом случае, наша рекомендация людям - избегать поездок по собственной инициативе в зоны конфликта и не вступать там в какие-либо сообщества. Во многих странах существует универсальная юрисдикция в отношении не имеющих срока давности преступлений против человечности и военных преступлений, а это означает, что на протяжении всей своей жизни вы можете оказаться под следствием за то, что было совершено несколько десятилетий назад», - сказал Пуусепп.

Что касается деятельности Полиции безопасности, то, по словам Пуусеппа, очевидно, что у нее есть интерес к людям, которые намерены поехать или посетили зону конфликта по собственной инициативе, чтобы оценить угрозу безопасности человека в Эстонии и других странах-членах ЕС. «Поскольку это может повлиять на безопасность всех нас в более широком смысле, мы всегда ожидаем, что люди поделятся с нами своими знаниями, наблюдениями или подозрениями в отношении людей, которые, насколько им известно, побывали в зонах конфликтов», - добавил он.

Читайте нас в Telegram! Чтобы найти наш канал, в строке поиска введите ruspostimees или просто перейдите по ссылке!

1
НАВЕРХ
Back