Крупный финский инвестор: я возьму эстонское гражданство и вступлю в партию!

"Я патриот Эстонии. А эстонской политике сегодня нужен драйв и смелые решения", - заявляет Йоаким Хелениус.

ФОТО: Remo Tõnismäe

Крупный инвестор, гражданин Финляндии Йоаким Хелениус считает себя эстонским предпринимателем. В Эстонии он вел деятельность с 1992 года, поддержав тогда «Отечество» и реформы Марта Лаара.

Вдохновившись историей нашей страны, он создал и 28 лет управлял инвестиционной компанией Trigon Capital AS и привел в Эстонию и другие страны Центральной и Восточной Европы сотни миллионов американских и западноевропейских денег. Для того чтобы инвестировать их в недвижимость, сельское хозяйство и развитие науки, поддерживающей предпринимательство. Но зачем успешному бизнесмену с кембриджским образованием, соревнующемуся в международном классе, эстонская политика?! Об этом и много другом его и спросил Postimees.

- Почему вы решили присоединиться к «Правым»?

- Потому что я патриот Эстонии. А эстонская политика находится в застое, уже давно. Нет того драйва, смелых решений и новаторства, которые были раньше. Сказав это, я все же хочу похвалить достижения Эстонии.

Мы являемся несомненным лидером на всем постсоветском пространстве. Школьная система Эстонии – одна из лучших в Европе. Кстати, говоря о проблемах, никогда не стоит забывать хвалить государство или человека за то, что у него действительно получилось. Иначе пропадает вдохновение и желание меняться. Но Эстония и «Отечество» нуждаются в переменах.

Я серьезно опасаюсь, что нынешний принцип закрытого национального государства, которого придерживается «Отечество» и на который в свою очередь оказывает давление мощная и примитивная пропаганда EKRE, приведет партию и всю страну к спаду. Я верю, что, если бы эстонская экономика и политика были открыты и динамичны, молодые люди с большим удовольствием возвращались бы сюда. Не говоря об иностранцах, в которых мы нуждаемся, прежде всего, для увеличения богатства нашей страны.

По своему мировоззрению я радикально правый зеленый. Я хочу, чтобы люди были свободны и ничьи личные свободы не ограничивались без причины. Чтобы государство не поучало, как я должен думать или вести себя. Я убежден, что в экономике частный сектор должен справляться лучше, чем государство.

Я и зеленый тоже, поскольку если мы будем так же продолжать загрязнять окружающую среду, наша цивилизация погибнет. У меня есть несколько рабочих идей, как реорганизовать экономику таким образом, чтобы этого не произошло.

- Вы читали манифест «Правых»? Что в нем совпадает с вашими убеждениями?

- Да, конечно, читал. Я также неоднократно встречался с его создателями и обменивался мнениями. Именно открытая экономика и свобода личности и слова - для меня самые важные места в этом тексте. Без них я не представляю себе успешной Эстонии. Если сегодня уровень образования хорош, то необходимо его по-прежнему поддерживать. Мы не будем развиваться сами по себе. В сотрудничество предприятий и университетов я инвестирую через свои фирмы.

Но развитие науки и экономики требует и привлечения иностранных специалистов. Таким образом, я поддерживаю открытую Эстонию, с открытыми границами. Конкуренция за мозги глобальна. Все страны борются за то, чтобы заполучить образованных людей. В Эстонии иностранных экспертов и ученых привлекалось в несколько раз меньше, чем необходимо.

По моему твердому убеждению, эстонский язык и культура могут сохраниться лишь при поддержке успешной экономики. Лучший уровень жизни населения достигается не с помощью государственных кредитов, а с помощью развития предпринимательства, использования инициативы и смекалки эстонцев.

- Вы вступите в партию «Отечество»?

- Я подам заявление в ближайшее время. Мы хотим с «Правыми» участвовать в формировании политики «Отечества» и предложить свой опыт. «Отечество» вновь должно стать правым реформатором, как это было во времена Лаара. У партии должно быть видение перспективы, которое можно реализовать, реалистичное. EKRE приобрела много сторонников, поскольку их посыл был прост. Но у них нет работающей экономической политики, нет современной идеи и никто не ведет с ними диалог.

Я понимаю, когда во время кризиса экономику оживляют с помощью кредита, но в долгосрочной перспективе с этим смириться нельзя. Сейчас в Эстонии кредит рассматривают как доход, каковым он не является. Кредиты придется возвращать нашим детям и внукам. Цена этому – рост налогов в будущем, который заставит высокооплачиваемых работников покинуть страну. Как будто замкнутый круг.

«Отечество» могло бы использовать дух предпринимательства и коммерческий опыт «Правых». Решение, принятое в пользу новой, циркуляционной экономики, может сделать Эстонию примером для остальных. Это привлечет молодежь, это интересно и захватывающе.

Председателю «Отечества» объединение «Правых» представляется проблемой, но это не должно быть так. Если мы вместе вновь превратим «Отечество» в динамичную партию, места хватит всем.

- Ваш эстонский язык стал лучше, вы хотите теперь давать интервью не по-английски, а по-эстонски. Вы подумываете о том, чтобы взять эстонское гражданство?

- Сейчас я занимаюсь получением эстонского гражданства. Выясняю у чиновников, как это происходит. По-эстонски я говорю каждый день. Мой дом в Эстонии, моя жена и дети – эстонцы и я себя ощущаю эстонцем. Если закон этого требует, я откажусь от финского гражданства.

По происхождению я финский швед. Моим домашним языком в детстве был шведский. Я свободно говорю по-фински, по-немецки и по-английски.

На работе я во многом общаюсь по-английски, поскольку при руководстве международной инвестиционной компанией иначе нельзя. Статьи и речи для конференций я тоже пишу по-английски, чтобы передать свои мысли как можно точнее. Коллеги помогают с переводом.

- Когда-то вы предложили идею, что английский мог бы стать вторым государственным языком в Эстонии. Мог бы?

- Теперь я так не совсем считаю. В наше время в любом случае говорят на нескольких языках. Владение эстонцев иностранными языками довольно хорошее. Скорее, нам нужно сделать все, чтобы у детей иностранцев была возможность ходить в эстоноязычную школу и изучать местный язык и культуру. Хотя я не вижу большой проблемы и даже в русскоязычных школах, если оттуда исчезнет пророссийскость. Запутинцев в Эстонии все еще много. Тех, кто смотрят лишь российские телеканалы и потребляют в интернете лишь ту информацию, которая подтверждает увиденное.

- Полгода назад вы писали в Postimees, что ваши иностранные друзья смеются над нашим правительством. Что их смешит?

- На самом деле, это трудно назвать веселым, но и за границей читают новости об Эстонии. Ретивое использование жестов верховной власти белых в Рийгикогу и именование финского премьер-министра продавщицей преодолели новостной порог. Честно говоря, мне довольно стыдно слышать такую обратную связь. Репутацию Эстонии это точно подпортило. Такие заявления сделают инвесторов более осторожными – стоит ли вкладывать свои деньги в страну, где министр может позволять себе такие неуместные вещи.

Я всю свою жизнь пытался делать противоположное – знакомить с Эстонией как с прекрасной и открытой для инвестиций страной. В последнее время это все труднее делать, но я все же пытаюсь. Сектор стартапов в Эстонии на уровне и во имя этого стоит идти в политику, чтобы так оно и осталось. Иностранные инвесторы очень внимательно следят за тем, какова политика страны в области миграции, уровень налогов, особенно налоги на рабочую силу. Я инвестирую и свои, и чужие деньги, и никто не хочет слишком рисковать. Но политический риск при вложении денег один из самых больших.

- Именно ограничение доли мигрантов поддержали несколько нынешних коалиционных партнеров – эта идея популярна в Эстонии. Вы сознательно плывете против течения?

- Я исхожу из факта, что в Эстонии слишком мало людей, чтобы экономика могла расти быстрее. Эстония принимает очень мало мигрантов в относительных цифрах.

Проблема в том, как достичь необходимой иммиграции, которая создала бы богатство в стране и новые, высокооплачиваемые места. Помимо налогов и инфраструктуры, необходима свободная атмосфера, чтобы люди не чувствовали страха и неудобства, боязни быть притесненными из-за цвета кожи или языка. Такие случаи бывали.

Ясно, что к нам не приедут специалисты из Финляндии, Швеции или Германии – их уровень зарплат и жизни по-прежнему опережают эстонский. Но славянские страны, Индия и Восточная Азия – наш реальный выбор, если мы хотим миграцию на уровне.

Через свой портфель недвижимости я занимаюсь и рынком аренды. К счастью, в Эстонию приехало много IT-специалистов, наши арендные квартиры пользуются спросом. Они новые, расположены в хорошем месте и учитывают высокие стандарты приезжих.

К сожалению, в Эстонии есть и другие примеры, когда технологические или оказывающие услуги фирмы уходили. Недавний пример – TransferWise, который перевел свою штаб-квартиру в Лондон. Есть и другие ушедшие. Политик должен это замечать и что-то предпринимать.

- Вы успешный инвестор, много лет спонсировали Партию реформ и «Отечество». С какой целью предприниматель поддерживает партии?

- Я поддерживал мировоззрение. Эти пожертвования были сделаны почти десять лет назад. Если взглянуть на те пожертвования, которые делаются сейчас, и на отношение общества к бизнесменам, которые финансируют партии, проще не спонсировать. Все думают, что покупаются выгодные решения или даже законы. В основном это не так, я думаю. Скорее, спонсор рискует оказаться под давлением общественности объектом атаки и впасть в немилость.

Различные партии реализуют свою политику, которой бизнесмен может выразить поддержку. Помощь в стиле «колбаса за колбасу» я не считаю правильной.

- В своих статьях и выступлениях вы поддерживали принципы циркуляционной экономики, которые в дальнейшем могли бы уместиться в экономическую программу «Отечества». Поясните, пожалуйста, в чем они состоят.

- Циркуляционная экономика – это как жизнь на космическом корабле. Все уравновешивается и воспроизводится без особой траты дополнительных ресурсов. Наша планета по своей сути – космический корабль, мы должны справиться со всем тем, что на ней есть. Сотрудничество науки и экономики могло бы превратить Эстонию в лабораторию для новой экономики. Мы быстрые и гибкие, опробованные здесь удачные решения можно было бы в дальнейшем продавать в другие страны.

Необходимо существенно увеличить инвестиции в высшее образование и науку и международное сотрудничество. Это должно делать не только государство, но и частный сектор. У меня есть опыт и инвесторы, которые были бы в этом заинтересованы. (Управляемый Хелениусом инвестиционный портфель в данный момент составляет 600 миллионов евро. Это деньги богатых западных фондов. – прим. авт.)

Я вкладываю в циркуляционную экономику и личный капитал. Моя фирма Väätsa Agro сотрудничает с Тартуским университетом, чтобы создать экспериментальный завод по производству пищи для рыб. В мире едят все больше рыбы, а в Мировом океане ее все меньше. Уже свыше 50% рыбы выращивают на фермах. К сожалению, корм для рыб тоже делают из рыбы, которую вылавливают в море… Наш экспериментальный завод будет производить корм для рыб с аминокислотами, которые годятся для естественной пищи, из протеина насекомого происхождения, точнее из личинок. Испытывается та же технология для корма скоту. Следующая идея – производить заменитель сои, поскольку именно из-за посадок сои уничтожаются многие леса. Я готов вкладываться в то, чтобы наш экологический след был меньше.

- Вы убеждены, что в сельском хозяйстве выживут только крупные фирмы. На чем основано это убеждение?

- На подсчетах. В сельском хозяйстве происходят революционные изменения, и новые технологии сумеют укоренить лишь крупные производства. У других недостаточно капитала. В Эстонии непосредственно с сельским хозяйством связано три процента населения, в США один процент. Изменения климата влияют на водный режим и в определенной части мира производство пищи становится либо слишком дорогим, либо вовсе невозможным. Но есть хотят все люди. Поэтому и выживут эффективные и новаторские крупные производители, экспортирующие свою продукцию и технологии. Маленькой фирме трудно с ними соревноваться.

В то же время я вижу, что определенная ниша останется и для мелких производителей, хуторян типа стартаперов. Экологическая продукция и прочие «эко» - товар, спрос на который растет.

Мы скупили в Эстонии много сельскохозяйственной земли и развиваем молочное и мясное производство. Но однажды на аукционе мы уступили мелкому хуторянину, который выращивает экологически чистый чеснок. Так что если ты умеешь выбрать правильную нишу, то и хутор приносит достаточно денег.

- Как настоящий бизнесмен вы видали и лучшие, и худшие времена. В свое время мы обожглись в России и на Украине, а также на посту председателя совета Estonian Air. Чему вы в результате научились?

- Самым важным уроком было то, что никогда нельзя принимать успех как нечто само собой разумеющееся. Если ты берешь на себя риск, все может и провалиться. Во-вторых, необходимо изучить политические риски, прежде чем выходишь на незнакомый рынок или начинаешь заниматься чем-то новым. Всегда должен быть план В и люди, которым действительно можно доверять. В-третьих, работай только со специалистами. Политики ими, конечно, не могут быть, поскольку их работа – видеть масштабную картину. В каждом конкретном случае оценка политики может оказаться неверной.

- Вы поддержали идею построить туннель между Таллинном и Хельсинки. Будь то хоть китайские деньги.

- Я поддерживаю идею Талсинки, что придало бы ценности обоим городам. Но на этот раз идея похоронена, и мне этого жаль. Что плохого сделали бы эти китайские деньги, если бы Эстония и Финляндия установили бы свои правила игры и контроль?!

Эстония – пограничная страна Евросоюза, вдали от центра. В наших интересах – более тесные пути сообщения с другими. Поэтому я поддерживаю и строительство Rail Baltic, и вообще железнодорожное движение. Я не столь уверен в том, надо ли строить между городами четырехполосные шоссе. Как только у нас появятся беспилотные автомобили, это больше не будет важно. Зато будут важны скорые, экологически более чистые поезда, позволяющие за час добраться до большинства крупнейших городов Эстонии. Так не было бы разницы – где жить или где работать – Таллинн, Тарту и Пярну превратились бы в один конгломерат. Более трудный вопрос в том, что станет с Ида-Вирумаа. Но и там могут извлечь пользу от более новаторского подхода.

- Будете ли вы в будущем участвовать в выборах?

- Этого я пока не знаю. Будем действовать постепенно. «Правые» соберутся только в сентябре, чтобы избрать правление и уточнить дальнейшие действия. Тогда станет понятно. В любом случае мне интересно, поскольку я никогда ранее не участвовал в политике. Я хочу, чтобы Эстония вновь стала маленьким гигантом – флагманом зеленой экономики!

- Вы второй раз женаты, у вас пятеро детей. При вступлении в «Отечество» семейные ценности должны быть на месте. Как у вас с этим? Можно ли легализовать однополые браки или брак должен быть заключен между мужчиной и женщиной?

- Премьер-министр Финляндии Санна Марин выросла в семье, где жили вместе две женщины. Теперь она сама вышла замуж за мужчину, и у них так называемая традиционная семья. Возможно, для воспитания ребенка это лучший вариант, но, поскольку мне не с чем сравнивать, больше я не стал бы высказывать об этом свое мнение. Как почитатель свобод личности я думаю, что государство не должно влезать в нашу постель.

Йоаким Хелениус

Родился в 1957 году в семье дипломата в Хельсинки

Ходил в школу в Китае, Финляндии и Германии

Окончил Кембриджский университет со степенью магистра по специальности «экономика»

С 1992 года владелец 100% акций Trigon Caital Group, а также председатель его правления

С 2006 года председатель совета Trigon Dairy Farming

Входил в правление и совет многих предприятий (например, Hansapank, Reval Hotelligrupp, Sylvester и т.д.)

1989-1992 - Merrill Lynch International Bank, исполнительный директор, член совета

1984-1986 - Kansallis Banking Group, руководитель по рынкам капитала

1981-1984 - Goldman Sachs International Ltd., вице-президент

1978-1981 – член совета объединения консерваторов Кембриджского университета

Женат вторым браком, пятеро детей

Хобби: яхты и рыбалка, всемирная история, политика, хорошие рестораны.

НАВЕРХ
Back