Света Григорьева – Микк Пярнитс: кто дергает за ниточки?

Вячеслав Иванов.

ФОТО: архив Вячеслава Иванова

Два возмутителя общественного спокойствия, два enfant terrible за два дня празднования 29-й годовщины восстановления независимости Эстонской Республики…

Хотя, строго придерживаясь фактов, следует признать, что прямое отношение к празднованию конкретно этой даты имеет только одно «несносное дитя» – Света Григорьева, хореограф и поэтесса из смешанной эстонско-русской семьи, как её характеризуют эстонские СМИ. Тогда как второй enfant – писатель Микк Пярнитс – отличился аккурат накануне, 19 августа, в ходе торжественного акта вручения престижной премии (каковой, впрочем, его за это отличие тут же и лишили).

Правда, его поступок аукнулся-таки в День восстановления независимости, когда на посвященный этому событию президентский прием не явился бригадный генерал Кайтселийта Рихо Юхтеги, объяснив свое решение тем, что его возмутила скандальная выходка Пярнитса, которому президент Керсти Кальюлайд накануне пожимала руку.

Два сапога (две туфли?) – пара

Микк Пярнитс эпатирует эстонское общество (причем «эстонское» в данном случае означает главным образом именно по этническому признаку) уже не первый год. Сегодня его главная мишень – насилие как социальная проблема, в первую очередь – насилие по отношению к детям. И, вроде бы, на этом поприще ему удалось снискать признание: именно за поднятую им в Instagram кампанию «Это не окей» (See poole okei), задуманную как помощь жертвам педофилии, он был представлен к премии «За предотвращение насилия».

Применительно к уже состоявшемуся событию вопрос «что было бы, если бы…» практического смысла не имеет. Тем не менее, с чисто человеческих позиций: а решился бы министр юстиции Райво Аэг исключить Пярнитса из числа награжденных этой премией, если бы тот явился на церемонию в обычном, приличествующем случаю наряде?

Сам художник объясняет свой поступок в присущей ему манере: «Я не стал надевать костюм. Костюм - это своего рода мужская броня, такая форма защиты. Мужчина средних лет в костюме может говорить невероятные вещи, а люди верят ему и слушают с широко открытым ртом. Я решил выставить себя уязвимым, высмеянным, смешным. Какими часто видят женщин». Розовое платьице выше колен, недвусмысленный макияж и карикатурно большие серьги сыграли ожидаемую роль.

Девять лет назад примерно такому же остракизму Микк Пярнитс был предан за свою публикацию в газете Postimees, с переводом на русский язык в еженедельнике «День за Днем» (7 сентября 2011 года). Правда, тогда никаких премий ему не предлагали, так что наказать скандалиста лишением чего бы то ни было не представлялось возможным. Но, во всяком случае, общественное мнение сурово осудило его за высказывания, содержавшиеся в тех публикациях:

«Эстонец надел на себя маску жертвы и до сих пор ведет себя как жертва, общаясь с русскими. Национальная травма до сих пор отравляет нас в каждом споре, касающемся интеграции людей, которые говорят по-русски, или затрагивает их как-то еще…» И далее: «Эстонец так долго цеплялся за депортацию, что больше не способен определять без этого свою новейшую историю и свой национальный характер. Я говорю не о том, чтобы забыть о произошедшем или отрицать этот ужас, а о том, чтобы преодолеть его».

Из более поздних высказываний Пярнитса запомнилось его сравнение (в издании Sirp) проэстонскости с наркотиком: «Вколол себе дозу нацизма и живешь в ожидании следующей».

…К высказываниям Светы (почему-то именно так, краткой формой от имени Светлана, называют ее во всех публикациях) Григорьевой общественное мнение отнеслось более снисходительно. Все-таки прилично одета, красиво подкрашена… Хотя в принципе, по содержанию, ее речь на президентском приеме мало чем отличалась от публичных выступлений эпатажного художника. Слишком резко, излишне прямо, совсем недвусмысленно. Так не подобает!

В частности, заявлять, как она, что в Эстонии правящая коалиция ежедневно унижает женщин, молодежь, представителей меньшинств, иностранных студентов, трудовых мигрантов и местных работодателей, а «свободное государство и свобода человека возможны только при определенной национальности, вероисповедании и сексуальной ориентации» – это неприлично.

Или вот, к примеру, она утверждает, что в Эстонии разговоры о бедности и русских – табу… Да сколько угодно! Но только и именно разговоры, никаких реальных действий!

Собственно, такое бла-бла-бла продолжается вот уже почти тридцать лет – без какого-либо результата

Ищем кукловода(ов)

Почтеннейшая публика, по-моему, так и не поняла главных посылов выступлений обоих возмутителей общественного спокойствия. Точнее – не захотела понять. Сама эпатажность подачи текстов сыграла с их авторами, кто бы ими ни был, канцелярия ли президента, или сами исполнители, фатально злую шутку.

Общество в целом – скорее всего, чисто рефлекторно – еще раз продемонстрировало, что по-настоящему острые проблемы, стоящие перед ним, оно предпочитает не только не обсуждать, но и вообще не признавать существовующими, подменяя содержательную предметную дискуссию эмоциональной перепалкой на уровне «сам дурак (дура)!». В самом лучшем случае – рассуждениями «а кто за этим всем стоит?». Как в простейшем детективном сюжете: кому это выгодно? Ну, типа, – ищите кукловода.

Мужчины средних лет в костюмах адекватной оценке ситуации предпочитают отважное игнорирование президентского приема. Это так смело и так самоотверженно: перекладывать на мощные женские плечи главы государства всю меру ответственности за поиск и решение насущнейших проблем эстонского (на этот раз не в этническом, а в социально-политическом смысле) общества.

В очередной раз на наших глазах, а то и с нашим участием, всё активнее развивается процесс забалтывания не просто важных – жизненно важных тем. Создан опасный прецедент, когда репрессии подвергается человек, осмелившийся сказать вслух то, о чем в «приличном обществе» предпочитают молчать; человек, которого поздравил с присуждением общественно значимой премии и пожал ему руку глава государства.

Какие там заслуги, о чем вы говорите?! Это просто безответственные инвективы социально незрелых инфантильных личностей, акт вербальной агрессии с их стороны – что-то вроде неприличной эпиграммы. Не берите в голову!

Читайте нас в Telegram! Чтобы найти наш канал, в строке поиска введите ruspostimees или просто перейдите по ссылке!

НАВЕРХ
Back