Справка о пребывании в концлагере: пожилые нарвитяне не могут доказать, что во время Второй мировой были в плену

Николай Алексеев, председатель Нарвского союза бывших малолетних узников фашизма, свою юбилейную медаль получил.

ФОТО: Николай Андреев

Николай Алексеев, председатель Нарвского союза бывших малолетних узников фашистских концлагерей, рассказал, что до сих пор к нему приходят обиженные члены союза, которые еще к 9 мая ожидали получить от России памятные медали в честь Дня Победы. Но из представленного в Генконсульство РФ списка на награждение дипломаты вычеркнули примерно половину фамилий - около 150 человек. Генеральный консул России в Нарве Юрий Грибков отвечает, что действовал строго по закону, который признает бывшими малолетними узниками фашизма только тех, у кого есть признаваемые в России документы о пребывании в концлагере. Пять лет назад таких доказательств не требовали, поэтому список награжденных тогда вдруг увеличился в десять раз.

Пять лет назад считались участниками войны, а теперь - перестали

По традиции в России выпускают юбилейную медаль в честь Дня Победы каждые пять лет. Право на награждение этой медалью имеют остающиеся в живых участники войны. К ветеранам приравниваются и люди, которые в детстве были в концентрационных лагерях государств, воевавших против СССР. На Северо-Востоке Эстонии эти медали вручают сотрудники Генерального консульства РФ в Нарве.

“Нас было семь детей в концлагере, - рассказывает свою историю Николай Алексеев. - Пять человек выжили. По пути туда бабушка умерла.

Мы из деревни Поддубье Тосненского района Ленинградской области. Когда началась война, немцы пришли и начали грабить скот. Появился пастух, его взяли и повесили. Мужиков схватили - почти всю деревню расстреляли. А кого оставили, тех угнали в концлагеря. Наша семья в их числе. Вначале шли пешком, потом погрузили в теплушки. В начале мы были в Бухенвальде, где меня мать прятала в тряпках, чтобы не возникал. Потом отправили в рабочий лагерь.

В конце войны мы оказались под Дрезденом, где нас американцы освободили”.

По словам Николая Алексеева, в Нарвском союзе бывших малолетних узников фашизма состоит около 330 человек. Для награждения юбилейными медалями он составил для Генконсульства РФ список из 286 человек на основании списка, который подавал туда же пять лет назад.

Но дипломаты затребовали на каждого кандидата архивные справки и другие документы. Списки несколько раз исправляли - сначала в Союзе бывших малолетних узников добавляли новых людей, потом в Генконсульстве РФ одних людей вычеркивали, других добавляли, в результате список уменьшился вдвое.

Пожилые нарвитяне, которые пять лет назад получали медаль на 70-летие Победы, почувствовали обиду. Несколько человек, по словам Алексеева, до сих пор ходят к нему и требуют медаль.

“Я не возражаю против сверхбдительности господина Грибкова, но извините, 150 человек,  которые раньше получали юбилейные медали, а теперь до сих пор не могут получить - это неправильно, я считаю”, - говорит Николай Алексеев.

Загадочные цифры в документах

Российские дипломаты рассказали, что ко Дню Победы провели большую подготовительную работу совместно с местными властями городов Ида-Вирумаа. В том числе сотрудники консульства участвовали в субботниках, приводя в порядок воинские захоронения и памятники. Остающимся в живых ветеранам вручили 578 медалей, в основном - в торжественной обстановке, но некоторым, особенно тяжело больным, привозили награды на дом или в дом попечения.

Списки на награждение предоставляли общественные организации ветеранов. Но еще осенью 2019 года возникла проблема с документами бывших малолетних узников из Нарвы. Генконсул Юрий Грибков рассказывает, что вместо субботников приходилось по выходным разбирать горы документов. Выяснилось, что в прошлые годы Генконсульство в Нарве награждало такое количество бывших малолетних узников:

  • на 60 лет Победы - 12 человек
  • на 65 лет Победы - 24 человека
  • на 70 лет Победы - 247 человек.

“У нас, конечно, возник вопрос - как такое вообще может быть?” - сказал консул-советник Игорь Ларин.

В списке на 75 лет Победы изначально было уже 286 человек.

“Несмотря на то, что ветеранов всё меньше и меньше, узников всё меньше и меньше, у господина Алексеева их количество всё время увеличивалось”, - сказал Юрий Грибков.

То, что в 2015 году количество награжденных вдруг выросло сразу в десять раз, Юрий Грибков осторожно называет неопрятностью дипломатов, которые работали в Нарве в то время (дипломатический состав консульства периодически полностью меняется). То есть, дипломаты, видимо, наградили всех, кто был в списках, не требуя от них доказательств.

По словам Юрия Грибкова, увидев это, он затребовал документы на каждого человека из списка, которые доказывали бы, что он действительно находился в годы войны в концлагере.

Николай Алексеев принес пакеты с бумагами, которые сумел добыть, и дипломаты начали составлять досье на каждого, представленного к награде.

“Мы делали это не столько для господина Алексеева или для себя, сколько для тех, кто придет нам на смену. Таких, кто дотошно решил разобраться, здесь давно не было, и вряд ли будут. Мы собрали полное досье уже на 80-летие победы, здесь люди с полным наличием оснований”, - сказал Юрий Грибков, указывая на папки с документами.

Дипломаты говорят, что не только вычеркивали людей из списка, но и вписывали в него новых людей, которых в НКО почему-то пропустили. Для этого запрашивали документы в архивах нескольких стран, заказывали переводы этих документов. В России запросы отправляли как в гражданские архивы, так в архивы ФСБ и контрразведки.

Раньше приходилось скрывать - теперь доказывать

Почему среди источников информации есть архивы советской контрразведки? Консул-советник Игорь Ларин объясняет, что контрразведка во время войны и после нее проверяла всех, возвращавшихся из концлагерей и лагерей военнопленных.

Также педантично вели документацию финские и немецкие лагерные администрации.

Сами бывшие малолетние узники называют этот контроль главной причиной отсутствия документов.

“В сталинские времена приходилось скрывать кое-что”, - говорит Николай Алексеев.

Женщина из Союза бывших малолетних узников, которая просила не называть ее имени, чтобы не портить отношения с Генконсульством, рассказала, что очень многие начинали скрывать свои данные, только попадая к немцам:

“Из нашей деревни немцы выгоняли всех на станцию и делали там списки. Родители скрывали фамилии - был Петров, записывали Ивановым, путали дни рождения. У кого-то убавляли возраст, кому-то прибавляли. Почему так делали? Люди боялись преследования. Это же было военное время.

А после войны старшие поколения, которые тогда закончили школу, не могли даже в Питер поступить в институт, в техникум. Кто был в концлагерях, тех не брали. Например, моя старшая сестра прошла экзамены, а ее не взяли. Сказали - ты в концлагере была”.

Николай Алексеев, которого самого в детстве отказывались принимать в октябрята, а затем - в пионеры, рассказывает даже о таком казусе: две девочки из одной семьи находились во время войны в одном концлагере - одна сестра теперь считается бывшим малолетним узником, другая - нет.

Генконсул РФ Юрий Грибков, в свою очередь, указывает на обратные случаи, например, показывает архивные документы на женщину, которая во время войны работала на ферме у француза. Также рассказывает о женщине, которая жила в гражданском браке с поляком. Их дети тоже хотели получить статус бывших малолетних узников, но получили отказ, поскольку не были концентрационном лагере.

Но на большинство тех, кто остались без юбилейной медали, в архивах либо не было данных, либо они были отрывочными. Например, в местных архивах было указано, что после войны люди вернулись из концлагеря, но не указано, из какого именно.

НАВЕРХ
Back