Тийна Локк: наши «Темные ночи» - этап чемпионата мира!

Тийна Локк ФОТО: Альберт Труувяэрт

Аккредитация международных кинофестивалей – прерогатива FIAPF, Международной федерации ассоциаций кинопродюсеров, в которой представлены 36 государств. На сегодня в мире существует около 3000 кинофестивалей различного ранга; самая престижная категория «А» присвоена 15 из них. Старейший из них, венецианский, ведет свою историю с 1934 года, самый юный, наш PÖFF, «Темные ночи», впервые состоялся в 1996 году, а категория «А» ему была присвоена в 2014-м.

Создательница и бессменный директор PÖFF – Тийна Локк. Я бы назвал ее Королевой «Темных ночей», но, опасаюсь, Тийна сочтет этот титул чрезмерно пышным и не совсем скромным. Хотя заслужила его!

С 13 по 24 ноября PÖFF пройдет в 24-й раз. Уже известна большая часть конкурсной программы; подготовка фестиваля идет полным ходом. Лишь бы только не вмешался COVID-19! Два театральных фестиваля, которых мы так ждали, «Золотая Маска» в Эстонии» и «Сон в летнюю ночь», отменены. Но, возможно, с кинофестивалями дело обстоит несколько иначе, ведь фильмы могут свободно путешествовать по свету, вирус к ним не пристанет?

- Кроме фильмов, есть зрители, которые заполняют залы, чтобы увидеть эти фильмы, - говорит Тийна Локк. -  И не забывайте, что наш фестиваль по своему статусу предусматривает участие гостей, кинематографистов из разных стран. И если проведение этапа WRC (чемпионата мира по авторалли) в Эстонии было разрешено, так ведь надо помнить, что наш фестиваль и есть этап чемпионата мира. FIAPF - не менее авторитетная организация, чем Международная автомобильная федерация FIA. 15 международных фестивалей класса «А» - 15 этапов чемпионата мира. И PÖFF, который мы проводим, - это этап чемпионата мира; у нас есть свои обязанности и свой формат, который мы обязаны соблюдать.

В этом году в чрезвычайно сложных условиях уже были успешно проведены два кинофестиваля высшего ранга - в Венеции и Сан-Себастьяне. Италия и Испания, где уровень заболеваемости COVID-19 был выше, чем у нас, справились, и теперь весь мир кино смотрит в нашу сторону: получится ли у нас, сумеем ли мы провести фестиваль и как именно сумеем. И это, разумеется, создает для нас дополнительное напряжение. Ответственность беспрецедентно высока.

Сегодня никто в Эстонии не может предсказать, в каком состоянии мы будем в ноябре. Какие-то более или менее определенные прогнозы медики сумеют дать не раньше середины октября. И не только относительно Эстонии, но и относительно других стран, ведь проводя фестиваль, мы связаны с многими странами.

- Из маленького фестиваля, который проводился когда-то в Доме кино, PÖFF вырос в…

- Этап чемпионата мира. Я это подчеркиваю. У нас точно так же, как у гонщиков-раллистов, 15 фестивалей высшей категории, 15 этапов.

Когда волк впервые глянул на луну

- Предвидели ли вы в 1996 году, открывая первый PÖFF, начиная с которого эмблемой и талисманом фестиваля стал симпатичный волк, смотрящий на луну, во что выльется ваше начинание?

- Вовсе нет. Я начала проводить небольшое киномероприятие, отчасти для собственного удовольствия – но уже тогда у ворот Дома кино толпилась очередь желавших попасть на «Темные ночи». Я тогда и предположить не могла, что фестиваль станет моим основным местом работы. Занималась им наряду с другими своими обязанностями. А теперь, когда PÖFF входит в число 15 важнейших кинофестивалей мира, весь мой день отдан ему.

- К счастью, вы не одиноки, у вас есть очень хорошая команда.

- Команда замечательная! Но работы тоже выше крыши. У других фестивалей класса «А» и команды более многочисленны, и зарплата не в пример выше нашей. Там волонтеров нет, работа каждого оплачивается.

Другого такого фестиваля нет нигде

- Зато у PÖFF много молодых ребят-волонтеров, которые служат ему исключительно из любви к киноискусству.

- В этом наша уникальность и предмет нашей гордости. Нигде в мире вы не найдете другой кинофестиваль класса «А», где зрители и гости из-за рубежа встречаются с волонтерами. И они просто в восторге от этих ребят. Волонтеры стали частью бренда нашего фестиваля.

- Их состав, как я заметил, меняется от фестиваля к фестивалю, приходят новые добровольцы.

- Верно заметили. А знаете ли вы, что очень многие члены нашей команды пришли из волонтеров? И уж точно не знаете, что, уходя, они «завещают» свои места в группе добровольцев своим друзьям.

- Помимо основных программ в PÖFF входят фестивали детских и юношеских  фильмов, короткометражек, снятых молодыми авторами, анимационных фильмов и т.д. Такая необычная структура – тоже отличительный признак PÖFF?

- Наша структура в самом деле уникальна. И все окружающие основной фестиваль «спутники» отличаются очень высоким уровнем. Наш PÖFF Shorts сегодня – один из самых престижных фестивалей короткометражных фильмов в мире. Он имеет право представлять победителей своего конкурса на премии BAFTA, Британской академии кино- и телевизионных искусств, EFA, Европейской киноакадемии, а теперь и на «Оскара».

Just Film вошел в число лучших фестивалей детского и молодежного кино и честно конкурирует с Берлинским Generation. Могу сказать, что наш выбор фильмов даже интереснее берлинского, так как у нас выбирают картины молодые и мы с самого начала обсуждаем их. И мы получили право на организацию большого международного конгресса по этой теме.

Да, мы сделали огромный прыжок. А какое вдохновение мы испытываем, об этом и говорить не надо!

Путь в категорию «А»

- Когда вы поняли, что из задуманного вами фестиваля вырастает нечто большое и важное?

- Я этого не поняла. Мне это сказали. Я всегда была скромной девочкой. Конечно, о чем-то я мечтала, но до такого масштаба мои мечты не вырастали. Со временем я начала понимать, что мы завоевали какую-то позицию на карте международных кинофестивалей, что средний уровень мы переросли. Я всегда хотела делать со своей командой очень хороший фестиваль. Но никогда – могу вам поклясться в этом! – никогда не ставила себе цель сделать его фестивалем класса «А». Эта идея принадлежала не мне; она пришла в голову членам международного жюри и зарубежным гостям в 2013 году. Среди них был генеральный секретарь ФИПРЕССИ Клаус Эдер, был выдающийся венгерский кинорежиссер Иштван Сабо, которому тогда наш фестиваль вручал приз «За дело всей жизни», и другие видные в киномире люди. На заключительном банкете они окружили меня и задали вопрос: «Послушай, Тийна, а почему бы тебе не подать в FIAPF заявку на присвоение твоему фестивалю категории «А»?

Я посоветовала им проспаться, и если на трезвую голову они не расстанутся с этой идеей, тогда можно будет ее обсудить. Но и в трезвом виде они от нее не отказались.

С другой стороны, мы испытывали серьезное давление со стороны латиноамериканских кинематографистов. «Отчего мы не можем предоставлять свои картины в вашу конкурсную программу?» - спрашивали они. Как вы помните, конкурсная программа тогда называлась «Евразия». «К какому же континенту вы себя относите? – ответила я. – К Европе или к Азии?». На что они возразили, что уже давно никто не воспринимает PÖFF как исключительно локальное «евразийское» мероприятие, нас считают крупным международным фестивалем.

И я написала заявление и… забыла о нем, потому что всерьез не верила, что оно может быть удовлетворено. Но вдруг меня вызвали в Берлин и сообщили, что ходатайство принято к рассмотрению и уже прошло первый раунд. Я узнала, что рассмотрение заявок проходит в три этапа; первый - самый широкий, комиссия связывается с разными международными организациями кино и экспертами, выясняет их мнение. Второй круг – Большой совет FIAPF, в который входят, в частности, большие голливудские студии, и если Большой совет дает свое согласие, то следует третий раунд, где решение выносят уже остальные фестивали категории «А». Наше ходатайство прошло через все три этапа удивительно быстро, всего за полгода – и не встретило ни одного возражения.

Мы самый молодой фестиваль класса «А».

- И он проходит позже других?

- Нет. В этом году даты проведения ряда фестивалей сместились из-за коронавируса, и фестивали в Каире, Мар-дель-Плата, Гoa и даже в Карловых Варах отодвинулись на осень.

В формате онлайн

- Деловая часть фестиваля, Industry@Tallinn & Baltic Event, в этом году пройдет онлайн?

- Да. И кроме того, мы обязаны учитывать вероятность такого неприятного поворота ситуации, при котором кинотеатры будут закрыты. И будем считаться с тем, что сейчас люди не очень-то путешествуют и внутри Эстонии. Поэтому впервые планируется такая вещь, как «Кинотеатр PÖFF-онлайн». В этом режиме будут демонстрироваться фестивальные фильмы. Не все, так как это зависит от разрешения правообладателей, но по крайней мере сотня полнометражных и какое-то количество короткометражек. Онлайн-показы будут доступны зрителям на одной из самых безопасных платформ Shift72, которую используют и кинофестивали в Каннах, Копенгагене и Мельбурне.

- Зрители должны будут платить за просмотр этих картин?

- Да, но не больше, чем в кино. Во время TARTUFF’a, тартуского фестиваля фильмов о любви, мы опробовали эту программу, причем продавали билеты как на одного, так и на двоих. Ведь фильмы на экране телевизора или компьютера часто смотрят не в одиночку. И нужно сказать, что зрители оказались очень честными людьми, было продано много билетов на двоих. Хотя проверить, сколько человек собралось у домашнего экрана, мы не можем.

24-й PÖFF мы проводим, имея значительно меньший бюджет, чем в прошлые годы. Найти спонсоров в нынешних условиях очень трудно. Безусловно, выручка от продажи билетов будет ниже, чем прежде. И за те небольшие деньги, которые мы имеем, мы фактически проводим два фестиваля – в нормальном формате и онлайн. Причем техническое обеспечение онлайн-трансляций приходится строить, его не вынешь из-за пазухи. Возникают такие статьи дополнительных расходов, как приобретение 40 000 масок, измерителей температуры, моющих средств и пр. Одним словом, если мы выживем в таких условиях, будет хорошо. А если коронавирус прихлопнет нас тем или иным способом, тогда, конечно, ничего не поделаешь.

О наградах и званиях

- Тийна, вы кавалер (chevalier) Ордена Почетного легиона, который учредил сам Наполеон?

- Да. И очень горжусь этим. Честное слово, горжусь. Ведь это очень древний орден, и до сих пор Франция награждает им. К тому же знак ордена очень красив. И так элегантен. У меня есть и другие награды. Польский орден, которым я горжусь, финский.

- И эстонский орден Белой Звезды.

- Да, но мне его вручили в тот год, когда было так много награжденных, что для меня церемония прошла очень скромно, чуть ли не за углом. Все-таки вручать награды надо так, чтобы это запомнилось, иначе им не придаешь особого значения. И вот что, оказывается, надо знать. На официальных государственных мероприятиях я не могу носить награды, полученные от иностранных государств. Так что все мои награды вместе можно будет увидеть разве что в том случае, когда их понесут на подушечках в моей похоронной процессии.

- Давайте отложим это мероприятие на самый далекий срок! Лев Николаевич Толстой в своих дневниках писал: Е.Б.Ж. (если буду жив). Чего желаю и фестивалю, и вам! Но кстати о наградах. Как вы относитесь к тому, что на Берлинском фестивале отменены призы лучшим актерам и лучшим актрисам? Гендерные различия оказались вне игры. Остались две актерские номинации: лучшая главная роль и лучшая роль второго плана. И мужчины с женщинами конкурируют.

- Я думаю, это неправильно. Потому что работа актера и работа актрисы в фильме очень часто бывают разными по природе, да и режиссер ищет подход к исполнителю, исходя из того, с кем работает – мужчиной или женщиной. Я полагаю, что здесь вместо борьбы за равные права происходит нечто противоположное: кто-то непременно окажется ущемлен. Я этому примеру не последую. Мне нравится, что наш фестиваль определяет лучших актеров и лучших актрис. Так справедливее.

«Эти люди сформировали мою молодость»

-  Тийна, наверно, вашему фестивалю можно гордиться тем, что Андрей Кончаловский, которому в прошлом году PÖFF вручил приз «За дело всей жизни», на нынешнем Венецианском фестивале получил спецприз жюри за свою новую картину «Дорогие товарищи» - о расстреле протестовавших людей в Новочеркасске в 1962 году. В прошлом году, давая мне интервью, он говорил о «Дорогих товарищах» как о картине, которую он просто обязан снять.

- Я уже видела эту картину. Это очень хороший фильм. И надеюсь, что он будет показан на PÖFF.

- В Венеции Кончаловский признался, что удивлен решением жюри: ему казалось, что фильм, снятый на сугубо российскую тему, не будет понят в Европе.

- Знаете, кажется, мы возвращаемся в такое время, когда откровенно говорить, о чем на самом деле снят фильм, - неосторожный поступок для автора. Но фильм великолепен. В том числе с точки зрения того, как он сделан. Кончаловский обращается к эстетике 60-х годов.

- Его две предыдущие работы, «Рай» и «Грех», удивительно личные – и вместе с тем, как они затрагивают зрительскую душу! Чувствуешь себя говорящим наедине с художником!

- «Грех» - высший кинематографический пилотаж, но для западного зрителя такое погружение в глубины человеческой души остается чуждым; он не догадывается, что снимая картину о Микеланджело, режиссер рассказывал о себе, о своем душевном состоянии в то время.

- Мы прочитываем образы этого фильма, видим, насколько в структуре кадра отражен дух Ренессанса, мотивы полотен и скульптур той эпохи, и эти изобразительные решения раскрывают внутренний мир и автора, и его героя, но видят ли это зрители на Западе?

- Там иначе понимают кино. Если фильм о художнике, то пусть будет отражена вся его биография. А это не байопик, это картина о душе Микеланджело. Да и в Эстонии мало кто сейчас понимает, что такое душа.

- В России, впрочем, тоже. Очень много говорится о духовности, о «скрепах», а душа остается в стороне. Но если говорить о гостях… На PÖFF приезжали такие замечательные мастера, как Андрей Кончаловский, Aки Каурисмяки, Иштван Сабо, Марта Месарош, Кшиштоф Занусси, Майя Коморовска, Ежи Штур, Павел Лунгин и другие. Они остались в вашей памяти?

- Разумеется.

- Кто-то особенно запомнился, был особенно близок вашей душе?

- Не стану кого-то выделять. Понимаете, приглашая этих людей, я реализую мечты своей молодости. Потому что творения этих людей формировали мою молодость. Единственное, что я в состоянии сделать для них – это тот или иной реверанс в сторону каждого; приз «За дело всей жизни» или какой-либо иной приз. Но каждый человек так или иначе привязан к своей молодости, и самое малое, что я могу сделать для людей, которые через свои фильмы сделали меня такой, как есть, - это отдать им дань самого глубокого уважения и любви. Выделить кого-то из них я не могу, все они для меня значат очень многое, и вы назвали только несколько имен, таких людей намного больше, кто-то из них уже ушел из этой жизни, но каждый оставил свой след.

- Знаете, все наше с вами поколение обязано им. Помню, как на одном из PÖFF, когда в фокусе был польский кинематограф, показывался фильм молодого польского режиссера Яна Комасы «Город 44», о Варшавском восстании. После фильма у меня в памяти всплыли кадры «Канала» Анджея Вайды, действие которого происходило тогда же, а затем потянулась цепочка – я вспомнил и заново пережил любимые из польских фильмов, по которым составил свое, может быть, не совсем точное, представление о Польше и поляках. Вот то же я чувствую всякий раз, когда смотрю работы старых мастеров, российских и европейских, они касаются самых глубоких струн души, это что-то вроде растянутого во времени катарсиса. Вы испытываете такие же чувства?

Тийна Локк кивает.

- В этом году программа «В фокусе» посвящена киноискусству Германии?

- Да, молодому немецкому кино.

-  Значит, картин Райнера Вернера Фассбиндера (1945–1982) мы не увидим?

- Мы откроем фестиваль фильмом Оскара Рёлера Enfant terrible, рассказывающем о жизни и творчестве Фассбиндера, а в ходе фестиваля покажем одну из частей мега-проекта Фассбиндера «Берлин, Александерплац».

- Великие мастера прошлого были близки к тайнам человеческой души. Сейчас оптика лучше, воспроизведение цвета лучше, технические возможности неизмеримо выросли, а душа? Куда она подевалась? Да и мысль тоже. Польский поэт, философ и сатирик Станислав Ежи Лец сказал как-то «Раньше гусиными перьями писали вечные мысли, а теперь вечными перьями – гусиные». Он жил тогда, когда «вечное перо», т.е. авторучка, считалось признаком прогресса. Сейчас есть компьютеры, но суть печального афоризма не меняется.

- Хорошо сказано! Но, может, дело в другом. Мы все привязаны к своей молодости. И эмоции, которые мы когда-то пережили, были настолько сильны, что запомнились навсегда. У нынешних поколений другие кумиры, и, может, они дарят им столь же сильные эмоции.

Читайте нас в Telegram! Чтобы найти наш канал, в строке поиска введите ruspostimees или просто перейдите по ссылке!

НАВЕРХ
Back