Студия Postimees: а вдруг народ поддержит однополые браки?

"У нас проблемы со свободой слова"
Елена Поверина
, ведущая видеорубрики
Студия Postimees: а вдруг народ поддержит однополые браки?
Facebook Messenger LinkedIn OK Telegram Twitter
Comments 12
  • Стальнухин: узнаем мнение народа и все споры отпадут
  • Кальюлайд: сейчас не время поднимать этот вопрос
  • Стальнухин: тему однополых браков навязывают со стороны
  • Кальюлайд: договоренностей о новой коалиции нет

Угрожают ли споры об однополых союзах референдуму о браке и правящей коалиции? Не используются ли в защите меньшинств двойные стандарты?

В студию Postimees были приглашены парламентарии Михаил Стальнухин (Центристская партия) и Раймонд Кальюлайд (Социал-демократическая партия).

Выдержки из беседы:

– На будущей неделе Рийгикогу начнет обсуждать скандальный референдум о браке. Насколько вероятен развал коалиции, правительство меньшинства?

Михаил Стальнухин: – Это совершенно непредсказуемая вещь. В политике ничего нельзя исключать.

Раймонд Кальюлайд:

– Коалиция развалится тогда, когда появятся договоренности о создании новой коалиции. Сейчас таких нет. Правительство меньшинства маловероятно.

Михаил Стальнухин: – Правительство меньшинства – абсолютно нереально. Сейчас просто не та экономическая ситуация, чтобы иметь возможность с кем-то о чем-то договариваться. Что касается новой коалиции, то с кем ее образовывать? С социал-демократами центристы еще могут найти общий язык, но каким образом договариваться с реформистами после всех предательств с их стороны?

– Насколько остры противоречия внутри правящей коалиции по вопросу о браке?

Михаил Стальнухин: – С одной стороны, смешит, что именно такой вопрос выдергивается на всенародное обсуждение, с другой стороны – бесит.

Референдум смешит и бесит! Гораздо более важные вопросы, такие как образование на русском языке, никто и никогда народу обсуждать не давал!

Демократия, хоть и говорят, что это власть демократов, по большому счету, власть большинства. Что же касается брака…

Почему бы не спросить людей? А вдруг люди согласятся с однополыми браками?

Раймонд Кальюлайд: – Это чисто теоретические разговоры. Сейчас не то время, чтобы выносить такие вопросы на референдум. Слово «бесит» – правильное!

Если в газетах и на телевидении с утра до вечера обсуждают референдум, то на этом фоне тускнеют новости о количестве зараженных, потерях в экономике, безработице, сокращении доходов людей.

Михаил Стальнухин: – Да, в такой ситуации никто никогда не был. А референдум – это просто листок на избирательном участке, в котором нужно будет поставить галочку в определенной графе. Здесь больше вопросов к СМИ, которые формируют информационное пространство.

– Можно ли расценивать сопротивление референдуму как сопротивление воле народа?

Раймонд Кальюлайд: – Это странный упрек. Мы хотим блокировать проведение референдума, чтобы можно было сосредоточиться на кризисе. К сожалению, в последние месяцы внимание сфокусировано только на референдуме.

Если референдум состоится, то почти до конца весны мы будем говорить о нем, а потом полгода спорить, что с теперь делать с итогами этого референдума.

Михаил Стальнухин: – Неужели вы думаете, что однодневный референдум остановит всю жизнь в стране? У нас кончится экономика, медицина, образование?

Я говорю, что надо на все плюнуть, провести и забыть! Нельзя спорить до бесконечности. Узнаем мнение народа - и все споры отпадут.

– Почему большинство должно определять возможности жизни меньшинства? Нужно ли выносить вопросы меньшинств на референдум?

Михаил Стальнухин: – Это больной вопрос. А почему большинство решает, на каком языке говорить таксистам в Нарве и учить детей? Ответ: большинство решает всегда. Гораздо хуже, когда решает меньшинство. Это то, что происходит, например, на Украине.

Раймонд Кальюлайд: – В идеале недопустимо, чтобы большинство решало вопросы меньшинства. В нормальном обществе слушают мнение меньшинств и стараются жить дружно.

Что значит - давайте проведем референдум и забудем? Инициаторы референдума говорят, что тем самым защищают семейные ценности. А вы знаете, сколько проблем у семей? Почему у нас столько разводов? Проблемы возникают оттого, что у людей нет работы, им трудно свести концы с концами и т.д. Огромная проблема – злоупотребление алкоголем, и как следствие – домашнее насилие.

– Но вы же не хотите сказать, что традиционные семьи нужно запретить?

Раймонд Кальюлайд: – Никто их не запрещает. Просто не нужно идти на поводу у партии EKRE, создающей впечатление, что традиционная семья – это главная проблема, которая волнует общество. Это не так! У родителей совсем другие проблемы.

Михаил Стальнухин: – Я не очень понимаю этот страх перед EKRE, боязнь дать им какие-то дополнительные политические козыри. Понимаю, что Раймонд в целом говорит о правых. А Макрона хоть как-то трогает, что у него два года желтые жилеты устраивают войнушку? Кого волнуют в США все эти уличные разборки?  

Раймонд Кальюлайд: – Еще как волнуют! Это все повлияло на результаты выборов. Острый конфликт на улицах Парижа и других городов позволил остановить или затормозить реформы Макрона. И это при том, что они очень важны для Франции.

Михаил Стальнухин: – Дело не в политике Макрона! Позавчера разгромили пол-Парижа совсем не из-за каких-то законов или новых веяний. Я имею в виду другое.

Не надо доводить ни одну из сторон до крайностей! На имидж Эстонии референдум о браке никак повлиять не может. Пусть люди скажут, что они думают по этому поводу. Мы получим объективное мнение.

Почему политика государства должны быть отличной от того, что думает большинство в стране?

Раймонд Кальюлайд: – Не мы доводили политиков EKRE до крайностей, когда они спокойно заявляли в студии: ну, что тут такого, подумаешь, Гитлер! Зато, мол, поезда четко ходили по расписанию во время Третьего рейха.

–  Не приведет ли процесс обструкции референдума к росту поддержки EKRE, которая сделает себе на этом пиар?

Раймонд Кальюлайд: – Нет! Я вообще на рейтинги больше не смотрю. А что мы, кстати, видим?  

Сейчас происходит подъем непарламентских партий. Думаю, что это реакция общества на происходящее. В стране кризис, а мы занимается тупым референдумом!

Михаил Стальнухин: – Буквально вчера парламент обсуждал предложение реформистов перевести все детские сады на эстонский язык. Их не волнует, есть ли у нас учителя, пособия, готовы ли родители к переходу… Во фракции социал-демократов лишь несколько человек были против этого решения!

Да, конечно, социал-демократы более цивилизованные, чем EKRE, научились говорить в том числе про Гитлера, их не разведешь, болтать о нем просто так они не будут. А что они делают, поддерживая дебильное предложение реформистов?

Раймонд Кальюлайд: – Мы оба, и я, и Михаил Стальнухин, голосовали против этого законопроекта. Его и обсуждали-то совсем недолго.

Удивительно, что такая крупная реформа образования уместилась в крошечном законопроекте на 1000 знаков.

Что касается упреков в том, что социал-демократы мало чем отличаются от EKRE, просто научились красиво говорить…. Михаил, вы, наверное, догадываетесь, что дома я не зачитываюсь книгой Гитлера «Майн кампф».

Михаил Стальнухин: – Кстати, полезно для общего образования.

Раймонд Кальюлайд: – Это образовывает, но как Библию такую книгу вряд ли стоит читать. Думаю, что вам сложно закрывать глаза на сотрудничество с EKRE.

– Не используются ли в защите меньшинств двойные стандарты?  

Раймонд Кальюлайд: – Это актуальный вопрос. Мне иногда странно слышать тех, кто горячо защищает права сексуальных меньшинств, но при этом их абсолютно не волнует ксенофобия в отношении русских. Еще задолго до коалиции с центристами партия EKRE не раз намекала, что русские – пятая колонна.

– Михаил, оппоненты центристов, наверняка, спросят: почему вы не защищаете сексуальные меньшинства так же активно, как вы  защищаете наменьшинства и русские школы?

Михаил Стальнухин: – Когда я услышу, что обожающая тему однополых браков Европа вступится за русских в Эстонии, я буду прислушиваться к их мнению и в этом вопросе.

У меня такое ощущение, что тему однополых браков нам навязывают со стороны. У каждого нормального человека заложено в генах то, что он не хочет того, что ему выдают за счастье.

– Не превратились ли защитники традиционных ценностей в тех, чье мнение сейчас не приветствуется? Не пришли ли мы к тому, что меньшинство с помощью лоббирования своих интересов на разных уровнях навязывает свое мнение большинству?

Раймонд Кальюлайд: – Есть у нас проблема со свободой слова. Нужны дебаты! Должны звучать разные мнения.

Думаю, что у нас все-таки пока сохраняется баланс мнений, а на Западе в целом предпринимаются попытки его нарушить.

В парламенте мне никто своего мнения не навязывает. К депутатам обращаются с разными просьбами предприниматели, союзы, организации, но ЛГБТ-сообщество поинтересовалась моим мнением по ряду вопросов только один раз.

Михаил Стальнухин: – Это работает по-другому. Я был в прошлом созыве в совете фонда «Капитал культуры» и всегда выступал против, когда государственные деньги выделялись на мероприятия ЛГБТ – кинофестивали, молодежные проекты и т.д. Чем это закончилось?

Изменили форму «Капитала культуры», убрали совет… и убрали Стальнухина! Теперь возможности сказать «нет» не осталось. Это происходит везде и повсюду!

Меньшинство во всем мире диктует свои условия, устраивает майданы, протесты в Белоруссии. И с этим ничего не поделать.

Подробнее в повторе!

Студия Postimees: референдум о браке – за или против? / Одежда ведущей: Tallinna Kaubamaja
Студия Postimees: референдум о браке – за или против? / Одежда ведущей: Tallinna Kaubamaja Фото: Pm
  • На будущей неделе Рийгикогу начнет обсуждать скандальный референдум о браке. Насколько вероятен распад коалиции, правительство меньшинства?
  • Не приведет ли процесс обструкции референдума к росту поддержки EKRE?
  • Если референдум все же состоится, как это отразится на имидже Эстонии за рубежом?
  • Почему большинство должно определять возможности жизни меньшинства? Нужно ли выносить вопросы меньшинств на референдум?
  • Не используются ли в защите меньшинств двойные стандарты? 

Одежда ведущей: Tallinna Kaubamaja 

Ключевые слова
Наверх