• С коррупцией Эстония справляется неплохо
  • "Мы должны стремиться к единому обществу"
  • Эффективность законов зависит от людей

«Закон о разжигании ненависти, точнее, вражды, будет», - говорит министр юстиции Марис Лаури и добавляет, что разжигание вражды – это когда кто-то призывает нападать на определенных людей потому, что они входят в определенную группу, чего не могут изменить, а последствием этого может стать избиение или смерть. «Разве мы не должны наказывать тех людей, которые призывают к преступлению?» - спрашивает она.

Тоомас Каск: Можно ли будет в будущем попасть в тюрьму за нарушение Закона о разжигании вражды?

- Меры наказания необходимо переоценить. В Европе полагают, что если речь идет о криминальной ситуации и разжигание вражды влечет за собой серьезные последствия, то возможно и уголовное наказание. Это наказание может составить от одного до трех лет (тюремного заключения). Это выбор Эстонии. Я хотел бы, чтобы люди не науськивали одних на других, но, если это произойдет, необходимо наказание.

Каск: Случай юриста Андрея Вестеринена, т.е. публичный и агрессивный телефонный звонок члену научного совета квалифицируется как разжигание ненависти? Или нападение на главврача Северо-Эстонской региональной больницы Пеэпа Тальвинга - это разжигание ненависти?

- Нет, это не квалифицируется как разжигание ненависти. Последнее предполагает, что нападают на группу лиц, у которых есть определенные признаки. Если бы призывали нападать, например, на людей определенного роста, то речь могла бы идти о разжигании ненависти.

Марис Лаури ФОТО: Madis Veltman

Каск: Правительство должно принять план действий по борьбе с коррупцией на следующие пять лет. Как этот план должен отличаться от предыдущей стратегии по борьбе с коррупцией?

- Предыдущее правительство подготовило план, его обсудили в комиссиях и фракциях Рийгикогу. В этом смысле во многом речь идет о совместном творчестве. Если взглянуть на более широкую картину, с коррупцией в Эстонии справлялись довольно хорошо, но всегда можно лучше. Люди чувствуют, что дела плохи. Это, на самом деле, хорошо, это показывает, что хотят лучшего. Мы должны стремиться к более единому обществу, поскольку коррупция вызывает в обществе недовольство. В менее коррумпированных странах и экономика, и социальная сфера развиваются лучше и общество более едино. Ради этого необходимо работать.

Каск: Формы коррупции различны, но общественности больше всего бросается в глаза политическая коррупция. Какими могли бы быть конкретные меры или поправки к законам?

Аймар Алтосаар: Добавлю, что в мире измеряют индекс ощущения коррупции, и Эстония уже поднялась на 17-е место. Вы ощущаете, что этот индекс мог бы быть индикатором вашей деятельности?

- Да, индекс коррупции мог бы быть одним из индикаторов. Возможно, что и другие страны прилагают усилия и, может быть, даже больше, чем мы, поэтому обгоняют нас. Конечно, было бы прекрасно, если бы мы были на вершине или около нее. Думаю, это зависит от мышления людей, и законы, конечно, надо менять.

Марис Лаури ФОТО: Madis Veltman

Каск: Приведите, пожалуйста, пример.

В Рийгикогу направлен законопроект, который сделает декларирование интересов советников обязательными. Это действует и сейчас, но, например, многие члены собраний в самоуправлениях не декларируют свои интересы.

А это необходимо, не только на уровне государства, но и, прежде всего, на уровне местных самоуправлений. Декларировать интересы нетрудно. В ближайшие месяцы мы планируем – надеюсь, что уже в марте – принять инструкцию, как избежать конфликта интересов. В небольшом обществе конфликт интересов весьма возможен.

Каск: Вы, стало быть, имеете в виду инструкцию?

Да, как может возникнуть конфликт интересов и как его избежать? Например, очень простая ситуация: если возникает конфликт интересов, надо отступить и не принимать там решения.

Каск: Это местами может показаться смешным, но нуждаются ли депутаты в обучении, как не оказаться замешанным в коррупционных сделках?

- (Смеется). Да, иногда было бы действительно полезно перечитать некоторые материалы. Проще всего продумать, каковы твои экономические интересы. Всегда можно поговорить с коллегами на эту тему. В госучреждениях есть человек, с которым можно поговорить о конфликте интересов и обсудить ситуацию.

Марис Лаури. ФОТО: Madis Veltman

Алтосаар: Мы знаем, что больше всего скандальных случаев коррупции, затрагивающих чувство справедливости у людей, произошло в крупных самоуправлениях. Как добраться до них, чтобы и там укоренились хорошие традиции?

- Да, случаи коррупции в крупнейших местных самоуправлениях действительно всплывают благодаря прессе. Подобные ситуации могут возникнуть и в каком-то маленьком самоуправлении, но из-за своей величины они не доходят до общественности. Местные жители испытывают фрустрацию. Как достичь хороших традиций? Думаю, что все начинается с головы, т.е. с политического руководства, волостных старейшин или мэров. Они сами должны ввести для себя требования, и они должны сами им следовать. Избиратели должны обращать внимание на то, что декларация интересов не подана.

Лично мне не нравится, что мы во многом опираемся на законы. Законы нужны, но люди должны и сами быть честными. И стоять за то, чтобы они работали.

Каск: В коалиционном договоре записано, что вы увеличите компетенцию комиссии по надзору за финансированием партий. В каком-то смысле это звучит так же пусто, как слова предыдущего правительства в те времена, когда комиссию стали распускать. Что все-таки имеется в виду под организацией более эффективной работы?

- Необходимо направить туда больше рабочей силы. Сколько и каким образом – вопрос дискуссии. Каковы функции и задачи комиссии? Идей было довольно много.

Некоторые попроще, другие трудно принять. В то же время не может быть так, что регуляции партий определяют для всех две или три партии.

Это вопрос для широкой дискуссии. Мы не во всем придем к согласию, но все же попробуем найти как можно более широкий консенсус и реализовать его. Это одна из моих целей.

 

Все начинается с головы или политического руководства, волостных старейшин или мэров.

Алтосаар: Началась ли уже дискуссия об усилении комиссии или вы вскоре ее начнете?

- Мы еще не успели ее начать. С парой человек мы обменялись мыслями. План таков, чтобы делать шаг за шагом. В портфеле министра юстиции ведь не только профилактика коррупции, но и множество других вещей.

Марис Лаури. ФОТО: Madis Veltman

Каск: Прокуратура переквалифицировала дело о проступке министра образования в прошлом правительстве Майлис Репс в уголовное дело. Как вы между собой к этому относитесь, говоря в то же время о предотвращении коррупции?

- Да, это сложно. Я надеюсь, что обстоятельства этого случая вскоре прояснятся. Что именно, каким образом и что случилось. Все предстоящие решения должны приниматься открыто и честно. Я надеюсь, что такие случаи заставят всех задуматься. Это больно, в то же время это процесс обучения. Но мне кажется, что по понятиям Центристской партии, подобное не должно повториться. Надо жить дальше по-другому.

Каск: Вы верите в искренность Центристской партии?

- Я считаю себя атеисткой, но, поскольку западное культурное пространство опирается на христианство, у нас есть два базовых принципа: раскаяние и прощение. Если человек раскаивается, я в состоянии его простить. Я верю, что человек растет.

Алтосаар: Поговорим об отмывании денег. У прошлого правительства заключен договор с адвокатским бюро Freeh Sporkin & Sullivan. Нужна ли нашему правительству, Министерству юстиции и прокуратуре помощь иностранных экспертов в расследовании отмывания денег?

- В расследовании отмывания денег Министерство юстиции не является основным ответчиком. У Финансовой инспекции и Министерства финансов есть соответствующие бюро. Но да, следствием занимается и прокуратура.

У наших следственных учреждений очень хорошие отношения в плане сотрудничества с соответствующими учреждениями других стран, в том числе США. В других случаях они были успешны и результативны. Но здесь нам, вероятно, такой дополнительной поддержки не потребуется.

Бывали случаи, когда наши следственные органы сотрудничали с американскими учреждениями. Так нам потом неожиданно присылали суммы, полученные от преступных сделок. Думаю, что у нас нет необходимости в этом (договоре).

Марис Лаури (55)

Марис Лаури – министр юстиции в правительстве Каи Каллас. С 2014 года член Партии реформ.

Карьера

2016-2021 – член XIII и XIV созывов Рийгикогу

2016 – министр образования и науки

2014-2015 – министр финансов

2014 – экономический советник премьер-министра

С 2011 года владелец OÜ Oeconomia

1998-2011 – экономический аналитик, руководитель отдела Hansapank/Swedbank

1996-1998 – экономический аналитик Tallinna Pank

1994-1996 – специалист отдела экономического анализа Банка Эстонии

1993-1994 – специалист отдела инвестиций Министерства экономики

1989-1991 – старший бухгалтер Института астрофизики и атмосферной физики Академии Наук

Образование

1989 Тартуский Университет, экономическая кибернетика

1994 Тартуский Университет, магистр экономических наук

Задачи министра юстиции

Основная задача Министерства юстиции – планировать и реализовывать государственную правовую и криминальную политику, которые помогали бы обеспечить открытое и безопасное общество.

Министерство юстиции делает правительству предложение о назначении на должность государственного генерального прокурора, назначает на должность ведущего госпрокурора и ведущего прокурора, а также госпрокурора и осуществляет служебный надзор за прокуратурой.

Министр юстиции назначает на должность и освобождает от должности директоров тюрем и устанавливает предельное количество задержанных в каждой конкретной тюрьме.

Министр юстиции определяет регион работы уездных и административных судов и точное местонахождение судов, а также количество работающих в них судей и назначает на должность важнейших чиновников судов.