Пациент как кусок мяса на конвейере ⟩ У тяжело переболевшего ковидом жителя Эстонии осталось много вопросов к больнице

Ивар Талло
У тяжело переболевшего ковидом жителя Эстонии осталось много вопросов к больнице
Facebook Messenger LinkedIn OK Telegram Twitter
Comments
Политолог Ивар Талло.
Политолог Ивар Талло. Фото: Mihkel Maripuu

«Я очень благодарен за медицинскую помощь, которую мне оказывали в течение последнего месяца. Я не хочу ставить знак равенства между пациентом и клиентом, но в управлении больницами настал последний срок избавиться от советскости и улыбнуться пациенту», - пишет в Postimees политолог Ивар Талло, который в октябре-ноябре тяжело переболел коронавирусом.

Потому что для меня ваша улыбка и доброе слово - одни из немногих сигналов, которые я получаю в течение дня, и для меня от этого зависит так много.

К счастью, у многих из нас нет больничного опыта. Для многих это, пожалуй, давно забытое приключение юности. Мой мир как пациента сильно отличается от мира нормального человека, особенно когда я нахожусь в отделении интенсивной терапии. Мой мир очень мал, и соответственно все, что в нем происходит, очень велико.

Когда я прибываю в отделение и знакомлюсь со своим новым миром, для меня сначала все очень запутанно, очень странно. Я не знаю, кто есть кто, что есть что и как мне себя вести. И нигде этому нет объяснения. И это вызывает во мне неуверенность.

В Великобритании совершенствование управления здравоохранением началось 40 лет назад с того, что 6-7 самых важных предложений для пациентов напечатали на бумаге формата А4: спрашивайте, если не понимаете. Нет глупых вопросов. Не стыдитесь. Ваша повестка дня в целом выглядит следующим образом. Звоните и кто-нибудь придет. Также в том случае, если захотите пить.

Я не осмелился позвонить, когда у меня закончилась вода. У персонала всегда было такое лицо, как будто я мешаю им своими пожеланиями. Я нажал только один раз, когда обнаружил, что моя сестра забыла открыть канюлю, и я лежал в крови.

Как рациональный деятель я попытался начать организовывать свой мир. Я пытаюсь понять, есть ли в этом мире порядок, и если да, то каков он. Например, будильник в 6 утра, процедуры в 7 и завтрак можно ожидать в 9. Конечно, я хочу есть, нужно ведь выздороветь! Но почему нужно было брать анализы сегодня в четыре часа утра? Значит ли это, что я в еще более критической ситуации?

Если внешний мир не очень логичен, значит, мой внутренний мир нарушен. Например, я сейчас голоден и не знаю, когда смогу поесть. Меня забрали в четыре и пять утра на сдачу анализов, я часок позанимался гимнастикой и голоден. Но будет ли еда в 8 или 9? Сегодня - так, завтра - иначе, и нет никаких причин для этого. А еду кто принесет?

Может, кто-то из сестер в общих чертах расскажет о плане дня? Это снизило бы стресс, много стресса. Но теперь у меня на столе миска для чистки зубов. Ее приносят в пять утра. Но я как партизан чищу зубы по вечерам, когда никто не видит. У меня есть зубная щетка и, что еще более важно, паста Elmex. Мне это нравится, и использовать ее вопреки всем правилам - одна из самых замечательных вещей в моей вечерней программе.

Одним словом, я хочу понять, кто со мной имеет дело и в каком объеме. Пока это полная мистика, но, может быть, я слишком мало пролежал в больнице (это должна была быть шутка).

А если серьезно, у меня действительно есть положительные предложения. На сайте PERH видно, что у них есть комитет по качеству. Может быть, эти благородные люди заботятся не только об организации лечения, но и об организации здравоохранения? Поверьте, лечение было бы лучше, если бы пациент чувствовал, что он не кусок мяса на конвейере, а несчастный индивид, который хочет выздороветь.

Если вы отправляете медсестер выполнять их тяжелую работу, дайте им 15 минут упражнений на улыбку, ну или десять. Напомните им, что пациенту важно их улыбка под маской уфолога. Напомните им, что пациент не знает, кто ходит в том или ином синем костюме и насколько он важен. У пациента мало контактов, и эти немногие должны вызывать как можно меньше дискомфорта.

Оставьте логистику логистикам и наймите людей в больнице, чтобы они помогали медсестрам заказывать картонные чашки для чая и обеспечивать врачей пульсоксиметрами для всех больных. На четвертый день, когда мне пришлось попробовать пить чай из 100-граммового пластикового стакана, потому что картонные стаканчики заканчивались, почему-то возникло смутное ощущение неправильности. Когда меня перевели из интенсива в ковидное отделение, а затем лечащий врач был счастлив, что у меня есть собственный пульсоксиметр, я захотел спросить директора PERH, за что он получает зарплату. Неужели действительно к третьей волне коронавируса не смогли закупить достаточно пульсоксиметров?

Можно ли вдруг каким-то образом рационализировать организацию питания? Я получал яблоко три вечера. Это было очень хорошо. А что насчет оставшихся одиннадцати? Я ел салат из огурцов и помидоров раз в 14 дней, и мы говорим об осеннем сезоне и здоровом питании. Мне должны непременно предлагать сладкий йогурт? Если вы можете напечатать мое имя, личный код и тот факт, что я диабетик на моей продуктовой упаковке, то, может быть, на третий день там можно было сделать пометку, что я не хочу растворимый кофе и полкилограмма вареного картофеля на обед? Вдруг вместо этого можно погрызть капустного салата, не верю, что дороже.

Можно ли сделать уведомление более систематическим? Один врач в ковидном отделении был удивлен, увидев, что у вас даже нет тех листочков с дыхательными упражнениями, которые в прошлом году везде валялись? А потом их смела вторая волна, а к третьей волне еще не успели напечатать? Но как с распорядком дня, в Ляэне-Таллиннской центральной больнице, по крайней мере, он висел где-то на стене, в PERH его обнаружить не удалось. А сделаем тогда в интернете, поставим номер палаты и я сам посмотрю, когда получу телефон?

Я не буду морочить голову председателя правления Больничной кассы рассказами о планшете на койке каждого пациента, где есть информация о том, нужно ли еще то или иное лекарство. Пусть скоро фантастика останется в книгах. Но, когда я выписывался из больницы, мне могли дать с собой лист формата А4 с ответами на самые распространенные вопросы, помимо диагноза и лекарств. Я не единственный, кто хочет знать, когда мне снова нужно опасаться заражения коронавирусом, или сколько времени обычно требуется для восстановления дыхания, где арендовать кислородные баллоны, или где получить направление на восстановительное лечение.

И в больнице, и в Больничной кассе есть простые и проверенные способы с помощью очень небольших ресурсов значительно улучшить самочувствие пациента. Может быть, взять этот план в работу до пятой волны коронавируса?

Ключевые слова
Наверх