"Мемориал" стал успехом "нашего безнадежного дела"

Facebook Twitter
Comments 18
Полицейские возле Мосгорсуда во время слушаний по делу о ликвидации правозащитного центра "Мемориала".
Полицейские возле Мосгорсуда во время слушаний по делу о ликвидации правозащитного центра "Мемориала". Фото: ALEXANDER NEMENOV

28 декабря Верховным судом Российской Федерации было принято решение о ликвидации «Международного Мемориала», 29 декабря Мосгорсуд вынес решение о ликвидации правозащитного центра «Мемориал».

В 1981 году, в последнем слове на суде, Арсений Рогинский говорил о том, что архивы должны быть открыты и доступны, что неверно расхожее мнение, будто хранится в них что-то совершенно секретное. Когда через несколько лет после этого последнего слова, проведя четыре года в лагере, выпускник Тартуского университета и ученик Юрия Лотмана, он стал одним из создателей «Мемориала», это было триумфом невозможного. Какие открытые архивы в 1981 году? А в 1988? Если доступ к изучению девятнадцатого века регламентирован и непрост, то как можно изучать век двадцатый - свободно?

«Мемориал» стал воплощением, реализацией этой идеи открытого для доступа архива. Архива, куда можно прийти без направления, заверенного по месту работы. Не указывая тему исследования - достаточно конкретную, чтобы его разрешили, но достаточно широкую, чтобы, когда найдешь документ, требующий поиска уже в соседнем фонде, не пришлось приносить новое направление, заново заверенное по месту работы или учебы.

Ольга Розенблюм.
Ольга Розенблюм. Фото: личный архив

Я впервые пришла в «Мемориал» именно в архив, студенткой третьего курса, готовой к тому, что с первого раза не пустят, и я помню чувство неоправданного напряжения - и такое же потом было, когда пришла в библиотеку «Мемориала». Документ нашли, книжку выдали - и как-то спокойно совершенно, ну, фамилию посетителя записали.

В 2012 году математик Александр Лавут, рассказывая об Инициативной группе по защите прав человека в СССР, членом которой он стал в момент ее создания в мае 1969 года, о «Хронике текущих событий», к изданию которой присоединился чуть позже, остановился на том, сколь существенным для него было в этой совместной работе именно отсутствие партийной дисциплины: если люди работают вместе, они распределяют, кто за что отвечает, - но недопустима ситуация, когда партия приняла решение, а человек, с ним не согласный, ему подчинился, потому что он член партии.

«Мемориал» стал реализацией и этой ценности тоже: он цельный, в нем работают люди, разделяющие определенные ценности, - но он не иерархичен. Вот эта организация по непартийному принципу кажется мне еще одной очень важной чертой «Мемориала», унаследованной от тех разговоров конца 1960-х - 1970-х, когда звучал тост «За успех нашего безнадежного дела!».

«Мемориал» и стал успехом, реализацией того, о чем думали - и что делали - с конца 1960-х. Не появляются проекты такого масштаба без многих предшествовавших им лет рефлексии и работы. Но бывает, что годы, рефлексия и работа - были, а масштабного результата - нет.

Я бы сказала, что третьим китом, на котором стоит «Мемориал», стала тесно связанная с открытостью и не-партийностью установка на «плюрализм». О нем много и яростно спорили в публицистике начала 1980-х, и он тоже был вполне отрефлексированной ценностью ко времени создания «Мемориала»: да, дискуссия крайне важна - как форма обсуждения, понимания, объединения, отъединения, солидарности и несогласия.

И «Мемориал» не только допустил полемику и дискуссию как форму работы среди своих сотрудников, но и стал одной из важнейших дискуссионных площадок, где проходили презентации книг, конференции и выставки. Он стал местом публичного разговора о проработке советского прошлого, он стал местом рефлексии профессионалов, к которой могут присоединиться все желающие. Он открыт в том смысле, что к нему можно присоединиться. Он открыт в том смысле, что он отвечает на критику. Он открыт в том смысле, что он показывает источники, на основании которых он делает те или иные выводы.

Открытость, непартийность, право на то, чтоб ваше мнение было отличным от мнения коллеги, с которым, тем не менее, вы разделяете важные для вас обоих ценности, возможность публичной полемики, возможность совместной работы, возможность несовместной работы, доступ к информации (к архивам, библиотекам, базам данных), доступность перепроверки чужих данных (потому что только так и развивается знание, и наука в частности) - это все и есть «Мемориал», предложивший, что общество - общество «Международный Мемориал» и общество в целом - может быть устроено именно так, вот по этой модели.

После ликвидации «Мемориала» как-то, конечно, сохранятся и «Мемориал», и модель. Часть проектов «Мемориала» разовьется на новых площадках: если есть профессиональное сообщество - а оно в данном случае есть, и очень сильное, - значит, оно будет эти площадки искать и создавать. Но как же больно от невозможности физически быть вместе, от того, что нельзя быть частью этого общества в самом живом его, не абстрактном и не виртуальном смысле, а нужно вместо этого утешаться мыслью о том, что модель-то - вроде бы уцелела.

Facebook Twitter
Comments 18

Ключевые слова

Наверх