Совет психолога: когда гложет чувство вины

Наталья Чепорнюк
Совет психолога: когда гложет чувство вины
Facebook Messenger LinkedIn OK Telegram Twitter Whatsapp
Comments
Чувство вины – это про наше желание быть частью важной для нас системы, общности.
Чувство вины – это про наше желание быть частью важной для нас системы, общности. Фото: goffkein.pro/ Shutterstock

Вы знакомы с теми, кто постоянно извиняется? Или напротив, с теми, кто свою вину никогда не признает?

Для моей подруги Юли чувство вины – спутник жизни. Она постоянно ощущает себя всем обязанной и старается всем угодить. Если говорить языком наших потребностей, чувство вины – это про наше желание быть частью важной для нас системы, общности. Например, частью семьи или рабочего коллектива. Про желание быть причастным.

Несмотря на то, что чувство вины доставляет дискомфорт (и это мягко говоря), само по себе оно очень важно и помогает нам оставаться человечными. Это та самая совесть, внутренний голос, который напоминает о ценностях, калибрует на справедливость в ходе принятия решений, заставляет сочувствовать и сопереживать. Это нормирующее чувство, которое напоминает нам, что мы – не сами по себе, мы – часть общества.

Почему сейчас так много волонтеров? Причина в том, что общая беда объединяет людей. Входит в силу древний племенной инстинкт – перед большой опасностью мы сильнее вместе. Так в древности люди сообща охотились на мамонтов. Так с помощью мозгового штурма происходит поиск оптимальных решений в крупных корпорациях.

Эволюция доказала, что в условиях небезопасного мира выживать легче, объединив усилия. Если ты член племени и нарушаешь его правила, чувство вины, как внутренний колокольчик, укажет тебе на это. Так ты избежишь участи быть изгнанным из племени и сохранишь все блага общежития, в том числе, защиту коллектива.

Обоюдоострая вина

Конечно, мы можем отучить себя слышать голос совести. В результате мы приобретем карт-бланш на удовлетворение своих потребностей. Разберем ситуацию, когда человек совершает преступление. Он идет на поводу у своего желания разбогатеть и крадет, совершает насилие, принуждает, склоняет, отнимает, наконец, самоутверждается за счет других.

С одной стороны, этот человек удовлетворяет свои потребности, но с другой – игнорирует человечную часть своей личности, способность сопереживать. Он забывает, что человек, у которого он украл – это сосед, друг, соплеменник, и убивает его внутри себя, вытесняя свою потребность в причастности к этиму человеку. На самом деле именно игнорирование чувства вины и своей причастности делает нас более расположенными, толерантными к насилию в отношении других людей. Иногда даже самых близких и родных. Более того, если дело и не доходит до открытой агрессии в отношениях, игнорирование своей вины все равно ранит окружающих и нарушает наш с ними контакт.

Например, моей клиентке Ире сейчас 42 года, и она всю жизнь злится на свою маму, которая никогда не извинялась, даже когда всем было очевидно, что она не права. Представили, каково это? Когда Ира говорила о своих обидах маме, та искренне не понимала, в чем проблема и за что приносить извинения.

Когда же мы с Ирой пробовали понять, что так сильно ее обижало, то пришли к выводу: если Ира услышит от мамы «прости», то это словно мама снизойдет со своего Олимпа к ней, своей простой смертной дочери. Это «я тебя слышу, я тебя понимаю, я с тобой». То есть, по сути, признание ошибок – это шанс приобрести контакт с теми, в отношении кого мы сделали что-то не так. Для мамы же, как мы потом выяснили, признать свои ошибки – это как будто публично расписаться в собственной слабости, сказать: «Да, я недостаточно хорошая мать». Это похоже на предательство себя. Вот она всю свою жизнь и не предавала себя, чем регулярно травмировала дочь, разрушая свои отношения с ней и блокируя чувство сопричастности. Это одна крайность.

Желание угодить другим

Если вернуться к истории моей подруги Юли, которая всегда виновата и всем должна, тут налицо другая крайность. Когда она старается быть для всех хорошей, ею руководит потребность в том, чтобы быть причастной, не быть отброшенной, не быть плохой для окружающих.

Находясь в этой позиции, Юля часто жертвует своими интересами ради других, то есть предает себя. Разве это можно считать здоровым поведением? Все мы знаем, что не беречь себя – это верный путь к выгоранию на работе, болезням. Такие люди рискуют себя потерять, раствориться в других, стать жертвой чьих-то манипуляций. Отдавая себя целиком служению другим, можно потерять их уважение. Они перестают ценить, а потом и замечать человека. Иными словами, нарушаются отношения с собой.

Не терять себя

Иногда чувство вины может принимать необычные и даже красивые формы: желание пожертвовать собой, своими благами в пользу другого, риторически изысканная самокритика, благотворительность. Иногда вина имеет и другой, неприятный привкус: ощущение бессилия, беспомощности, неуверенность в себе, обесценивание своих достижений. Если вы узнали себя в этом списке, у меня для вас хорошая новость – это лечится. Просто к ощущению важности окружающих и потребности в причастности, нужно добавлять ощущение собственной ценности. Иногда для этого могут понадобиться долгие часы в кабинете психотерапевта, но оно того стоит. На самом деле от этого обычно выигрывает не только сам клиент, но и его близкие: намного легче любить и ценить того, кто сам любит и ценит себя.

Во всем мире сейчас часто обсуждают не только ценность системы, государства или команды, лояльность к организации, но и «индивидуальное благо». Счастливое общество стоит на плечах счастливых людей. А опора на себя, на свою особость, инаковость не менее важна, чем ощущение себя частью коллектива. Хорошие отношения с миром заключаются в умении балансировать между «здоровым эгоизмом» и общим благом. А чувство вины может стать лакмусовой бумажкой, своеобразным тестером, показывающим, когда этот баланс нарушается. Мучиться виной, конечно, нет нужды, но прислушиваться к ней – значит сохранить отношения с окружающим миром и самим собой.

Ключевые слова
Наверх