Возглавивший Фонд интеграции Дмитрий Московцев: украинские беженцы — это новая возможность для Эстонии

Сергей Метлев
, главный редактор изданий Postimees на русском языке
Возглавивший Фонд интеграции Дмитрий Московцев: украинские беженцы — это новая возможность для Эстонии
Facebook Messenger LinkedIn OK Telegram Twitter
Comments

Очередным гостем авторской передачи Сергея Метлева «Гражданин М» стал Дмитрий Московцев, который 1 июля вступит в должность руководителя Фонда интеграции.

- В связи с происходящим в Европе ситуация с интеграцией довольно непростая. И часто проблемы интеграции обсуждаются в контексте военных беженцев из Украины. Время нелегкое для того, чтобы начать руководить Фондом интеграции. Почему ты решил принять участие в этом конкурсе и возложить на себя такую большую ответственность?

- Я всегда занимался вопросами, которые, может быть, не связаны напрямую с интеграцией, но близки к ней. На протяжении многих лет в свободное время мы организовывали конференцию TEDxLasnamäe с молодыми активными русскоязычными ребятами из Эстонии. Например, целью TEDxLasnamäe было найти русскоязычных жителей Эстонии, которые делают что-то полезное для страны и мира: ученые, специалисты в своей области и так далее. Чтобы они рассказали свою историю. Также мы ставили перед собой задачу показать и эстонцам, что мы вместе делаем эту страну лучше.

Последние несколько лет по работе я больше занимаюсь вопросами недвижимости, жилищной политики и городов, где уменьшается население. Для меня переход к вопросу интеграции станет резким, но я вижу, что тот опыт, который я получил в Министерстве финансов, в Таллинне, в разных проектах, поможет что-то изменить к лучшему в этой сфере.

- Существует два дома эстонского языка — в Таллинне и в Нарве. Если честно, мы ежегодно слышим критику по поводу того, что не хватает бесплатных мест для обучения эстонскому языку. И многие люди остаются за дверями домов эстонского языка. Что ты собираешься предпринять в связи с этим?

- Конечно, мы должны работать над тем, чтобы все, кто хочет изучать язык, смогли это сделать, нашли для себя удобный формат, время и возможности. Во-первых, Фонд интеграции уже некоторое время занимается тем, как сделать регистрацию более ориентированной на клиента. Будущие коллеги рассказывали мне, что теперь есть альтернатива у тех, кто хочет записаться на курсы. В домах эстонского языка в Таллинне и в Нарве  - да, если вы не живете в этих городах, вы все равно можете позвонить или написать - работают консультанты, к которым можно обратиться и на эстонском, и на русском, и на английском языках. С ними вы сможете обсудить, какие у вас есть потребности и желания, консультанты оценят ваш уровень владения языком и внесут вас в лист ожидания. И когда в следующий раз откроются курсы, а это происходит примерно каждые полгода, эти люди зарегистрируются еще до того, как публично откроется регистрация. Я думаю, что это лучший вариант для тех, кто хочет попасть на курсы.

И что еще важно: консультант расскажет, какие дополнительные возможности существуют в практике изучения эстонского языка. Это могут быть какие-то интересные культурные мероприятия, потому что дома эстонского языка не только предоставляют курсы, но еще и организуют разную деятельность. Речь идет о языковых кафе, экскурсиях, походах, где общение идет на эстонском языке. Люди с разным уровнем владения языком приходят, язык - это не самоцель: главное - узнать что-то интересное. Мне будущие коллеги рассказывали, что в Нарве очень популярен поварской клуб, в котором они вместе что-то готовят, но этот процесс происходит на эстонском языке.

- Кроме обучения эстонскому языку, какие у тебя есть приоритеты на посту руководителя Фонда интеграции? Как ты их расставляешь?

- Сначала расскажу о том, чем вообще занимается Фонд интеграции. У него есть три основных направления деятельности. Первое — предоставление услуг. Это, например, языковые курсы. Также есть специальное пособие по возвращению в Эстонию: для граждан, живущих за границей. Если они хотят переехать, они могут ходатайствовать, получить какую-то сумму и помощь при переезде. Вторая сфера — разные меры поддержки, то есть Фонд интеграции организует открытые конкурсы и поддерживает проекты, направленные на сплочение общества.

Например, разные гражданские инициативы и культурные национальные объединения. Причем для многих таких объединений это базовая поддержка: из года в год государство говорит, что мы ценим вашу культуру. И третье — это та деятельность, которую организует сам фонд. Например, мне очень нравится идея программы языкового друга, где несколько сотен добровольцев-менторов помогали в практике изучающим эстонский язык. Создались пары, которые с определенной периодичностью общались на эстонском языке. Будущий коллега сказал мне, что даже приветствуется, если человек, у которого родной язык неэстонский, обучает ментора еще и своему языку. Это обоюдный процесс.

Если говорить о приоритетах, то я думаю, нам надо привлекать больше людей к этой деятельности, чтобы наше общество было более сплоченным, и особенно - привлекать эстоноязычных жителей. Интересно, что человек не может себя сам куда-то интегрировать. Интеграция — это обоюдный процесс. Когда мы идем навстречу друг другу, мы находим контакт и общий язык. Та же самая программа языкового друга будет еще более действенной, если мы сможем прилечь больше эстоноязычных жителей. Сказать: найдите себе человека, с которым вы будете общаться, познакомьтесь — будь то русскоязычный житель нашей страны или беженец с Украины. Второй момент: мне еще нравится, когда люди делают что-то вместе на благо своего дома, района или города. Например, вместе идут убирать в рамках акции «Сделаем!» территорию. Такой деятельности необходимо больше.

- У тебя есть три года: какую генеральную задачу ставит перед тобой Министерство культуры?

- Задачи Фонда интеграции устанавливает государство. И они сегодня такие, чтобы наше общество стало более сплоченным. Там есть разные индикаторы, как это измеряется. Например, один из индикаторов — число контактов среди людей разной национальности. Каждые несколько лет проводится мониторинг интеграции и измеряется, как люди разной национальности между собой соприкасаются. Например, в последнем мониторинге было выявлено, что эти контакты увеличиваются: и на работе, и в свободное время. Важная цель — чтобы люди общались, контактировали. Конечно, очень важно обучение языку. У человека возникает мотивация по-настоящему выучить язык, когда есть с кем на нем общаться. Не только купить в магазине молоко, но, например, на Иванов день пожарить с другом шашлыки и поболтать. Вот она, мотивация.

Глобальная цель — чтобы в Эстонии все себя чувствовали как дома. Чтобы люди разных национальностей понимали, что это их родной дом, общались друг с другом и вместе делали свою страну лучше.

- Ситуация с военными беженцами из Украины сильно изменила саму суть дискуссии об интеграции в Эстонии. Это люди, бегущие от войны, которым мы обязаны всесторонне помогать. Многие из них, возможно, не смогут вернуться в Украину даже через пять лет, потому что их дома больше не существует. В то же время мы отлично понимаем, что культурный контекст здесь слегка иной, хотя мы очень похожи и Украина от нас сосем недалеко. Язык все же другой. По идее, перед нами стоит задача интегрировать десятки тысяч травмированных войной людей в довольно короткий срок, чтобы они не выпали из рынка труда, чтобы их дети получили образование. Что в связи с этим ты можешь или хочешь предпринять?

- Я буду действовать в рамках задач и возможностей Фонда интеграции. Например, сейчас подготавливаются языковые курсы для беженцев из Украины и с 1 июня начнутся занятия в первых группах. Первый вопрос такой: сколько людей решит остаться в Эстонии? Этого сегодня никто не знает. Никто не может прогнозировать — 5000, 10 000, 20 000 или 40 000 человек. Мы должны быть гибкими и реагировать, исходя из ситуации. Не все хотят оставаться в Эстонии. Я тоже общался с беженцами, многие говорят, что как только станет безопасно и будет куда возвращаться, они вернутся. Многие хотят уехать дальше,  в другую страну. Второй вопрос — у государства ресурсы ограничены, и важно, чтобы гражданское общество и местные общины тоже приняли людей. Приняли, потому что это люди, которые бегут от войны, которые не хотят, чтобы взрывались бомбы. Стоит понимать, что беженцы — это новая возможность для Эстонии, это новые люди, о чем сегодня никто особо не говорит.

Последние три года я занимался вопросами городов и самоуправлений, в которых уменьшается население, и таких в Эстонии очень много. Прогнозы показывают, что до 24 февраля население там уменьшалось бы. В Ида-Вирумаа, например, прогнозировалось уменьшение населения на треть. А это означает, что пустуют дома, что недвижимость дешевеет, поскольку желающих там жить меньше, чем построено зданий. Это означает, что меньше рабочих мест. Ведь чем меньше людей, тем меньше услуг потребляется: сходить в кафе и парикмахерскую и т.д. Это очень серьезный вызов для всей Эстонии, в частности для Ида-Вирумаа и Южной Эстонии. И вдруг мы понимаем, что этот процесс может перевернуться: когда в городах, в которых население уменьшалось, появится много новых жителей, а они мотивированы, хотят работать. И это потенциал для таких городов, для создания новых рабочих мест. Конечно, у людей есть страх, что наши рабочие места заберут. Но на самом деле, чем больше людей, тем больше экономика, больше денег и больше рабочих мест. Это работает таким образом. Города, в которых население уменьшается и стареет, должны быть рады беженцам из Украины. Это новые возможности, о которых мы должны начать говорить и которые должны использовать.

Подробнее смотрите в видео!

Ключевые слова
Наверх