На оккупированных территориях Украины пройдут «референдумы» о присоединении к России. Что это значит?

BBC News Русская служба
На оккупированных территориях Украины пройдут «референдумы» о присоединении к России. Что это значит?
Facebook Messenger LinkedIn OK Telegram Twitter
Comments 5
BBC
Плакат в Бердянске.
Плакат в Бердянске. Фото: SERGEI ILNITSKY

На 24-27 сентября в самопровозглашенных ДНР и ЛНР, а также в оккупированных частях Запорожской и Херсонской областей запланированы «референдумы» о присоединении к России. Би-би-си поговорила с российскими и западными экспертами о том, зачем нужно это мероприятие и как его результаты могут повлиять на войну в Украине.

Что случилось?

Тема возможных «референдумов о присоединении к России» захваченных регионов Украины начала обсуждаться еще весной, вскоре после российского вторжения.

Кремлевские функционеры, которые ездили на оккупированные территории, обещали, что Россия пришла туда «навсегда». О признаках подготовки плебисцитов говорили украинские чиновники. В СМИ предполагали, что пройти такие «референдумы» могут уже 11 сентября - в российский Единый день голосования.

Именно по схеме с «референдумом», результаты которого признали всего несколько стран в мире, было юридически оформлено «присоединение» Крыма к России. Большая часть мирового сообщества расценивает произошедшее тогда как аннексию и считает полуостров территорией Украины.

С наступлением осени стало понятно, что Россия не только не смогла установить полный контроль над Херсоном, Запорожьем, а также Донецкой и Луганской областями, которые Москва считает самостоятельными государствами, но и начинает терять уже захваченные территории. В начале месяца Украина начала наступление сначала в Херсонской, а потом и Харьковской области - последняя в итоге почти целиком вернулась под контроль Киева.

Несмотря на это, меньше трех недель назад официальный представитель Пентагона Джон Кирби в интервью «Дождю» говорил: в США по-прежнему считают, что Россия может попытаться провести «квазиреферендумы» уже в сентябре, чтобы добиться «политической легитимности».

При этом некоторые СМИ, например, «Медуза» утверждала, что после неудач в Харьковской области проведение «референдумов» отложили на неопределенный срок.

Все случилось ровно наоборот: оказалось, подготовку к голосованию решили форсировать. Объявления о референдумах пошли одно за другим вечером 19 сентября, причем это происходило по одному сценарию. Заявления были оформлены как обращения «общественных палат» самопровозглашенных ЛНР и ДНР. Сначала немедленно провести референдум о признании региона субъектом России потребовали в Луганске, буквально через час - в Донецке.

Вечером сепаратисты опубликовали видео, на котором лидер «ДНР» Денис Пушилин разговаривает из кабинета по телефону с главой «ЛНР» Леонидом Пасечником и предлагает «объединить усилия».

На следующее утро похожие события произошли на захваченных территориях Херсонской и Запорожской областей, и в итоге представители оккупационных администраций Владимир Сальдо и Евгений Балицкий тоже объявили о срочной подготовке «референдумов». Во всех четырех регионах их планируют провести 23-27 сентября - уже в эти выходные.

«Если жители Донбасса в ходе свободного волеизъявления выскажутся, что хотят быть в составе России, мы их поддержим», - пообещал спикер Госдумы Вячеслав Володин. Проведение референдумов поддержал и зампред Совета безопасности, бывший президент России Дмитрий Медведев.

Одновременно с новостями о референдумах Госдума экстренно внесла важные дополнения в Уголовный кодекс. В него ввели наказания за мародерство, добровольную сдачу в плен, отказ воевать и другие проступки, совершенные «в период мобилизации или военного положения, в военное время». Нормы - всего их около 20 - приняли сразу во всех чтениях за пару минут без какого-либо обсуждения в виде поправок к законопроекту, который вообще никак не был связан с войной. Вступить в силу они могут уже на этой неделе.

Зачем проводить так называемые референдумы сейчас?

Разрушенный танк
Разрушенный танк Фото: Getty Images

«Смысл проведения референдумов в эти выходные, очевидно, состоит в том, чтобы зафиксировать военные приобретения - пока они еще есть. В спешном порядке объявить их территорией России, нападение на которую, соответственно, будет нападением на Россию. А дальше угрожать: внутри страны - мобилизацией, а вовне - применением тактического ядерного оружия. Это бумажное оформление желательной для России картины происходящего», - говорит Би-би-си политолог Екатерина Шульман.

Шульман обращает внимание на то, что объявления о проведении референдумов последовали сразу после того, как президент России Владимир Путин вернулся из Самарканда, где проходил саммит Шанхайской организации сотрудничества (ШОС). Сам этот визит, «судя по всему, был довольно неприятным», отмечает политолог.

В ходе саммита Путин на встрече с председателем КНР Си Цзиньпином признал, что у Пекина есть «озабоченности» и «вопросы», связанные с войной. А премьер-министр Индии Нарендра Моди прямо сказал президенту России, что сейчас «не эпоха войны». «Мы сделаем все для того, чтобы это прекратилось как можно быстрее», - обещал Путин.

«Очевидно, это то, что стояло за обещаниями "закончить все это как можно быстрее", - говорит Шульман о готовящихся «референдумах». - Это и есть способ: как можно быстрее присоединить к себе те территории, которые частично или полностью контролируются военным образом, и дальше рассчитывать на то, что остальной мир не станет это оспаривать военным способом. Понятно, что результаты никто не признает, но к этому не привыкать».

На связь поездки Владимира Путина на ШОС-2022 с подготовкой «референдумов» внимание Би-би-си обращает и политолог Андрей Колесников: «После признания территорий российскими Путин получит возможность говорить, что тем самым он как бы готов закончить войну, как он пообещал [президенту Турции Реджепу Тайипу] Эрдогану, Моди. А потом сказать - а "украинцы не хотят заканчивать, поэтому нам придется воевать дальше"».

По словам Колесникова, проведение «референдумов» в короткие сроки может быть «эмоциональным решением». «Это желание показать силу и показать, что от плана мы не отступаем», - говорит эксперт. Кроме того, Москва стремится к тому, чтобы «фиксировать территориальные приобретения, понимая, что война на истощение неизбежна», считает он.

По мнению политолога Татьяны Становой, решения провести «референдумы» - это «однозначный ультиматум России Украине и Западу»: «Либо Украина отступает, либо ядерная война». Как объясняет Становая, в понимании Путина «присоединение» захваченных территорий даст ему право «использовать ядерное оружие для защиты территории России». При этом, как полагает Становая, Путин не хочет выиграть войну на поле боя: «Он хочет заставить Киев сдаться без боя».

С этим согласен и ​​Патрик Бери, капитан британской армии в отставке, преподаватель университета Бата, специализирующийся на вопросах безопасности. «Зачем эскалация нужна? Чтобы показать: "Мы настроены серьезно. Сдайте назад". Единственное, почему организовывают эти "референдумы", - это чтобы иметь возможность сказать: "Теперь это территория России, и если вы ее атакуете, то мы ответим - например, ядерным оружием"».

В самой Украине новости о «референдумах» действительно восприняли как шантаж. «Так выглядит страх разгрома. Враг боится, примитивно манипулирует. Украина решит российский вопрос. Угрозу можно ликвидировать только силой», - заявил во вторник глава офиса президента Украины Андрей Ермак.

Татьяна Становая отмечает, что само проведение «референдумов» в такие короткие сроки напрямую связано с наступлением украинских военных в Харьковской области. Взаимосвязанными эти события считает и Екатерина Шульман: «Это то, что называется у биржевых игроков хеджированием прибыли. То есть сейчас логика такая: "Вот мы сколько-то приобрели - давайте зафиксируем, что это уже наше».

Эксперты Института изучения войны (ISW) тоже напрямую связывают происходящее с ситуацией на поле боя. По их мнению, срочное обсуждение «референдумов» указывает на то, что украинское наступление вызвало панику как у подконтрольных России сил в Донбассе, так и у некоторых кремлевских чиновников.

«Не исключено, что у российского руководства заканчиваются способы остановить украинские силы, которые продвигаются через реку Оскол и приближаются к Луганской области. Кремль может полагать, что частичная аннексия может привести к вербовке дополнительных сил как внутри России, так и с недавно аннексированной украинской территории», - полагают в ISW.

Как «референдумы» повлияют на происходящее в Украине?

Украинский военный
Украинский военный Фото: Getty Images

«Мне кажется, российские власти сами не знают, что будет после этих "референдумов". Понятно одно: Украина уже никогда не пойдет на мирные переговоры при признании захваченных территорий российскими. Это вызов», - говорит Андрей Колесников.

Киев еще в апреле, после казавшихся дипломатическим успехом переговоров в Стамбуле, предупреждал Москву, что любая попытка провести квазиреферендумы на захваченных территориях поставит крест на возможности мирного урегулирования.

«Нам невозможно представить, что Херсон останется у оккупантов. Это принципиально», - говорил Михаил Подоляк Би-би-си. Владимир Зеленский в августе заявил, что Россия «закроет для себя любые шансы на переговоры», если попытается устроить подобное голосование.

Впрочем, еще до того, как стало известно о подготовке «референдумов» 23-27 сентября, обе стороны заявляли: ни о каких переговорах речи сейчас нет. «Чтобы встреча с [президентом Украины Владимиром] Зеленским состоялась, Киев должен на нее согласиться, но они отказываются от переговоров. Они же не хотят. Зеленский же сказал публично, что не готов», - жаловался Владимир Путин на пресс-конференции по итогам ШОС.

«Я не говорю с теми, кто ставит ультиматумы», - говорил Владимир Зеленский в интервью СNN в середине сентября.

При этом тактика «эскалируй, чтобы достигнуть переговоров», применяется довольно часто, говорит Би-би-си ​​Патрик Бери, капитан британской армии в отставке. «Мы видели, как Эрдоган намекал, что Россия вроде бы готова к переговорам. Проблема в том, что сейчас Путин в более слабой позиции. В апреле у него были шансы на то, что стороны согласятся разойтись на позиции до 24 февраля. Сейчас их нет», - поясняет он.

Глава МИД Украины Дмитрий Кулеба после объявления о проведении «голосования» заявил, что «бутафорские "референдумы" ничего не изменят»: «Россия была и остается агрессором, незаконно оккупировавшим часть украинской земли. Украина имеет полное право освободить свои территории и будет продолжать освобождать их, что бы ни говорила Россия».

Политолог Екатерина Шульман обращает внимание на то, что «ситуация на земле» после объявления «референдумов» и даже в случае «присоединения» регионов к России останется такой же, какой и была: «У России не прибавится солдат. У солдат не прибавится умений, оружия. Другая сторона тоже как-то в воздухе не растворится».

Эксперты ISW отмечают, что Россия по-прежнему не обладает полным контролем над территориями, где должны пройти «референдумы», и это ставит Кремль в «унизительное положение»: в случае «присоединения» регионов Москва будет требовать, чтобы Украина прекратила их «оккупацию», при этом самостоятельно обеспечить выполнение этого требования она не в силах.

«Неясно, готов ли президент России Владимир Путин поставить себя в такое безвыходное положение ради сомнительной выгоды, в рамках которой ему будет легче угрожать НАТО или Украине эскалацией», - говорится в докладе ISW.

Об этом же Би-би-си сказал и отставной генерал Бен Ходжес, бывший командующий армией США в Европе. «Мне кажется, для Кремля это была бы довольно неловкая ситуация: объявить территории российскими и потом не суметь претворить это в жизнь в реальности с учетом того, что украинские силы добиваются успеха в районе Херсона, Луганской области, а скоро, взоможно, и в Донецкой области».

«С политической точки зрения ситуация выглядит детерминированной. Появилась определенная ясность. Путин сделал ставку на эскалацию и теперь это все реализуется в практическом ключе. Поэтому многое, если не все, будет зависеть от ситуации на поле боя. Главные вопросы к военным экспертам: сколько людей может дать мобилизация? Что осталось на сегодня от ВС и военной техники? Если Россия идет на полную мобилизацию военной мощи, каковы шансы украинской армии?» - рассуждает Татьяна Становая.

Ждать ли мобилизации и возможного применения ядерного оружия?

После того, как одновременно с новостями о подготовке «референдумов» Дума приняла законы, которые вводят уголовную ответственность за преступления военного времени (дезертирство, мародерство и другие), многие россияне опять начали готовиться к мобилизации.

Слухи о том, что в России могут начать массовый призыв и ввести военное положение, появлялись в СМИ и соцсетях с начала вторжения в Украину, но Кремль каждый раз такие планы отрицал. Призывы начать мобилизацию усилились после поражения России в Харьковской области - их высказывали поддерживающие «спецоперацию» блогеры, журналисты и деятели культуры.

На прошлой неделе пресс-секретарь президента России Дмитрий Песков вновь заверил, что власти не планируют объявлять мобилизацию. Но тогда же глава Чечни Рамзан Кадыров, один из главных спикеров по теме войны в Украине, призвал глав российских регионов провести «самомобилизацию» - подготовить и отправить в Украину не менее тысячи добровольцев от каждого субъекта федерации. Кроме того, стало известно о массовой вербовке заключенных на войну.

Принятие таких законопроектов, как те, что в ускоренном режиме рассмотрела Дума, безусловно, повышает вероятность мобилизации, говорит Шульман: «Но давайте еще раз напомним то, о чем мы каждый раз говорим, обсуждая вероятности. Произошло законодательное оформление возможного введения военного положения, частичной или полной мобилизации.Следует ли из этого, что это обязательно случится? Нет, не следует. Повысилась вероятность? Разумеется, да».

Сам факт принятия новых законов указывает на то, что власти предполагают, что они «могут пригодиться в перспективе», говорит политолог. В любом случае, инициативы точно повлияют на настроение россиян, предсказывает Шульман: «Можно представить, что люди, которые уехали в панике в конце февраля, марте, а потом вернулись, скажем, летом, подумав, что вроде ничего страшного не происходит, опять рванут за границу второй раз. Офицеры запаса, резервисты, вероятно, крепко задумаются о том, каковы их жизненные планы».

По словам Андрея Колесникова, власти понимают, что массовая мобилизация может привести к широкому недовольству россиян, большинство которых пока следят за войной по телевизору. «Одно дело спецоперация, которую ведут профессионалы, контрактная армия. И совершенно другое - это война и мобилизация людей, которых изымают из экономики, из обычной жизни, сдергивают с дивана. Это, конечно, может вызвать недовольство, и, думаю, ровно поэтому до сих пор ничего и не объявляли», - рассуждает политолог.

Степень недовольства россиян в случае мобилизации измерить сложно, говорит Колесников. «Думаю, что у них есть несколько сценариев, но думаю, что мобилизационный не является из них главным», - полагает он. По его словам, это связано и с возможной реакцией мирового сообщества - но уже не Запада, мнение которого Кремль не волнует, а азиатских стран:

«Это наши главные торговые партнеры. Индийский премьер Моди сказал четко, что не время воевать. Насколько это сдержит хотя бы всеобщую мобилизацию? Трудно сказать. Но все-таки это сдерживающий фактор: что, оказывается, есть некое неудовольствие не только на Западе, но и на Востоке. Может быть, это удержит от роковых шагов, в том числе от мобилизации ядерной войны».

По мнению Татьяны Становой, на мобилизацию Путин решится в том случае, если Запад и Украина не отреагируют на проведение «референдумов» «как надо». При этом она подчеркивает: несмотря на форму ультиматума, аннексия захваченных территорий не будет автоматически означать начало ядерной войны.

«Присоединение будет означать легитимизацию для Путина права угрожать применением ядерного оружия для защиты территории России. То есть ход событий такой: немедленное присоединение, ужесточение боев, что будет расценено Кремлем как нападение на Россию, мобилизация, угроза применения ядерного оружия в случае отказа Украины отступать», - резюмирует она.

«Думаю, эта эскалация - не про ядерные дела. В конце концов, эти "референдумы" планировались и раньше, просто чтобы не потерять лицо, нужно их провести и зафиксировать убытки и достижения. Просто если это усугубит конфликт в военном отношении, то, конечно, это может приблизить нас к использованию ядерного оружия. Но пока, мне кажется, происходящее на это влияет достаточно нейтрально», - считает Андрей Колесников.

Британский капитан в отставке Патрик Бери согласен с тем, что риск ядерной эскалации по-прежнему низкий. «Но мяч на стороне Владимира Путина», - предупреждает он.

Еще на прошлой неделе Би-би-си говорила о том, возможно ли применение тактического ядерного оружия в ответ на неудачи в Харьковской области, с Матье Булегом, экспертом по евразийской безопасности и международным конфликтам, научным сотрудником британского аналитического центра Chatham House (признан в России нежелательной организацией).

По его словам, полностью исключать возможность того, что Россия задумется о применении такого вида вооружений, невозможно, но нужно помнить и о том, что цель нанесения такого удара с тактической точки зрения в настоящий момент не вполне ясна.

Как отреагирует Запад?

«Херсон - это Украина»
«Херсон - это Украина» Фото: Getty Images

Реакция западных стран на намерение провести «референдумы» на оккупированных территориях оказалась предсказуемой. Канцлер Германии Олаф Шольц, президент Франции Эммануэль Макрон, премьер Эстонии Кая Каллас и президент Польши Анджей Дуда уже сказали, что их страны результаты "голосования" не признают.

«"Референдумы", которые организует Россия, являются оскорблением принципов суверенитета и территориальной целостности», - заявили в Белом доме.

Не признает результаты «референдумов» и Турция, страна, которая занимает более лояльную позицию по отношению к действиям России - об этом объявил ее президент Реджеп Тайип Эрдоган.

«Западные страны во главе с США, Великобритании и, надеюсь, Германией осудят любые предложения по "референдумам" на оккупированных территориях. Никто не признает их легитимность, - говорит Би-би-си генерал в отставке Бен Ходжес. - Этот незаконный акт должен быть осужден во время Генассамблеи ООН, которая пройдет в Нью-Йорке на этой неделе».

При этом, как отмечает политолог Андрей Колесников, в Москве, принимая решение о проведении «референдумов», очевидно, до сих пор рассчитывают, что в какой-то момент Запад не захочет эскалировать конфликт еще сильнее и будет готов «пожертвовать» Украиной. Еще в августе Би-би-си писала о том, что в Кремле действительно есть такие настроения.

«Думаю, они из этого исходят, хоть и кричат, что это на самом деле война с НАТО. Но сам Путин об этом не кричит, а законодатель мод, конечно, он. Поэтому, думаю, они исходят из того, что Западу не хочется настоящей Третьей мировой войны и он не будет в нее втягиваться, а они будут продолжать действовать по-хамски, как хотят», - говорит Колесников.

Западные эксперты с этим не соглашаются. «Решение провести "референдумы", наоборот, еще больше консолидирует Запад и приведет к еще большей военной поддержке Украины. Возможно и введение нового пакета санкций, но, вероятно, прорабатываются и другие шаги», - сказал Би-би-си Джон Лоу, эксперт Королевского института международных исследований Chatham House.

По словам Патрика Бери, который верит, что эскалация нужна для «ядерного шантажа», «Запад на это не купится»: «Скорее всего, ответ будет другим: "Если вы примените ядерное оружие, вы нарушите огромное количество норм, и мы ответим на эти действия". Так что это эскалация, да, но не такая серьезная, чтобы взволновать Запад на этом этапе».

Эксперт также уверен, что проведение «референдумов» не скажется на поставках оружия Украине.

«Вразрез тому, что говорит научная фантастика, тактическое ядерное оружие не помогает достичь слишком многого. Да, заряд уничтожает все в периметре 300-400 метров. Но это оружие не ровняет город с с землей, оно не дает мгновенного перелома в войне, это не позволяет кому-то захватить больше территорий из-за радиоактивных осадков, - объясняет Булег. - Применив такое оружие, чего Россия достигнет, кроме как большего давления международного сообщества, усиления санкций и риска ядерной эскалации?»

Ключевые слова
Наверх