Опасная профессия: удары искусственные, травмы настоящие

Опасная профессия: удары искусственные, травмы настоящие
Facebook Messenger LinkedIn Telegram Twitter Whatsapp
Comments
Группа каскадеров на съемках. В центре Родион, Диана и Константин, .
Группа каскадеров на съемках. В центре Родион, Диана и Константин, . Фото: личный архив.

Объявление на «Фейсбуке»: «день открытых дверей на тренировку каскадеров. Если вы мечтали попасть в фильм, это ваша возможность». В кино, я, конечно, попасть никогда не стремилась, но посмотреть на работу каскадеров, да еще и поучаствовать в этом сам бог велел. Поэтому в половину восьмого вечера я уже в зале, где разминаются каскадеры группы Reval Stunts.

Зал достаточно скромный – тут нет никаких разбитых стекол, газовых баллонов, разбитых машин и всего того реквизита, на котором каскадеры отрабатывают трюки, которые мы привыкли видеть в кино. Но, как говорит руководитель студии Константин Алексеев, сложные трюки отрабатываются отдельно, а самое главное в каскадерском искусстве – научиться правильно падать.

Доверчивая полиция

Скажу честно, я так и не решилась выходить в окно, падать на битые стекла и скатываться кубарем по лестнице. Более того, я даже не решилась на банальное падение, хотя на самом деле этот навык должен до автоматизма отработать каждый житель Эстонии – впереди зима и скользкие улицы. Просто мне было немного не по себе – ведь каждое падение и удар на двухчасовой тренировке сопровождались криками боли, соответствующей мимикой, и со стороны казалось, что ребята реально лупят друг друга наотмашь, а к концу занятий успешно завершат начатое переломами и гипсом.

И, несмотря на то, что каскадерство – это все-таки актерская игра и ловкость рук, людей, которые принимают это всерьез, большинство. В том числе и представители закона. Константин вспоминает, как на съемках последнего клипа к ним приехала полиция.

«Съемки велись на свежем воздухе, а съемочная группа забыла договориться с полицией, и к нам нагрянул патруль. Я с бейсбольной битой, коллега загримирован - с ирокезом, тоже с клюшкой, мы вовсю «бьем» других парней, и тут такое... В общем, пришлось объяснять, что тут все понарошку: вот камера, вот еще одна, а мы – профессиональная студия, снимаем ролик. Полицейские извинились, уехали».

Вообще, студия Reval Stunts («Ревельские трюки») достаточно молодая – еще даже года нет. Но в составе опытнейшие каскадеры, которые участвовали в съемках достаточно известных сериалов, промо-роликов, музыкальных клипов и многого другого, ведь каскадерство это далеко не всегда какие-то драки и бои, иногда нужно исполнить достаточно простые трюки, если физическая подготовка актеров не позволяет этого сделать.

Страдать за актера

«Мы приходим на помощь, когда нужно исполнить какие-то элементы, связанные с высоким риском получения травм, – рассказывает Константин, каскадер, руководитель студии. У него за плечами 18 лет исторических реконструкций и фехтования на мечах. – Например, падения, какой-то бег скользкой улице или в помещении, где много углов – а дистанцию нужно очень быстро преодолеть. Да даже самое простое: солнце светит прямо в глаза и ослепляет, актер не может или не хочет бежать в таких условиях. Вот и будут искать парня или девушку, подбирать по габаритам, росту, которые будут бегать за актера».

Кстати, о девушках. Они в студии тоже есть и работают наравне с парнями. Алина Некрасова уже достаточно опытная каскадерша, хотя изначально участвовала лишь в модельных актерских проектах.

«Это судьба, – смеется Алина. – Для съемок клипа DJ Merimell была нужна очень серьезная подготовка, которой у меня не было, и меня познакомили с каскадерами. Меня так увлекла атмосфера, что я осталась в студии и теперь изучаю мастерство».

Где обучаются каскадеры

В Эстонии сейчас расцвет кинаматографа, снимается множество фильмов. И к нас часто приезжают каскадеры из Голливуда, которые снимались в «Звездный войнах», «Форсаже», специалисты из Германии, из Болгарии. Они проводят мастер-классы, показывают, как работают.

Лиза Плахтий новенькая, она только присматривается, но отмечает, что даже несмотря на ее опыт – она много лет занималась боевыми искусствами, тут все «очень непросто».

Арматура в спину и сломанная нога

По моему скромному мнению, «очень непросто» никак не отражает сути. Потому что двухчасовая тренировка лишь в самом начале кажется простой и легкой – на разминке. А когда ребята переходят к отработке ударов и падений, становится страшно. Замахи всамделишные, а вот прилетит этот удар в того, кто напротив, или нет – дело случая. Мало правильно делать замах, мало уклоняться. Нужно уметь считывать язык тела и предугадывать, куда полетит удар.

«Ой, нам прилетает регулярно, – смеется Родион Сидоров, работающий с Константином. – Причем не только на тренировках. Вот свежий пример с последних съемок: по мизансцене Константин со своей командой врывается в помещение, а я охранник, отодвигаю его автомат и бью Костю в нос. Только я немножко не рассчитал и Костя получил полноценный удар. И ведь одно дело, когда можно как-то отреагировать, отшатнуться, упасть... Но у нас работала камера и Костя никак не должен был показать, что ему дико больно, нужно было отыграть до конца».

Кстати, тот клип по количеству травм и поблем оказался просто проклятым. Например, у каскадеров всегда есть координаторы, которые перед исполнением трюка проверяют все – от маршрута, по которому должен бежать каскадер до реквизита. Но не в этот раз.

«Вообще, конечно, каскадер также обязан изучить обстановку, но я недоглядел, – рассказывает Родион. – Поэтому на следующем трюке поймал в спину арматуру. По сценарию Алина должна была в меня выстрелить и ранить в плечо, а я с разворота красиво сползти по стене. Вот только я спиной влетел в металлический штырь и полз уже по нему. Виду показывать нельзя, камера работает... Ну и в довершение всей этой череды неурядиц Костя на ровном месте сломал ногу, причем не понял это и еще пару дней на ней прыгал, снимался. Нам вообще показалось, что он хромает нарочно, для пущей реалистичности. Но, к сожалению, если какие-то вещи можно предусмотреть, от переломов каскадер не застрахован».

Денег нет, но вы держитесь

Логика подсказывает мне, что травмы можно было бы свести к минимуму, ведь пишется сценарий, мизансцена репетируется без камер, актерам дают время подготовиться. Но нет.

«В наших реалиях все не так круто, как хотелось бы. К сожалению, наши студии не настолько богаты, чтобы давать артистам время подготовиться. Ведь когда арендуешь помещение и технику, лишнего времени просто нет. Нужно быстро решать, что как будет и реализовывать задуманное. Выглядит это примерно так: мы просто говорим оператору, что сейчас будет такой трюк, ты снимаешь отсюда, потом идешь сюда. Увы, у наших киношников просто нет таких финансов, как у студий с мировым именем», – рассказывает Константин, который в своей копилке каскадерских ролей может похвастаться, например, съемками в промо-ролике Minnesota Vikings – известнейшей команды по американскому футболу и ряде кинолент.

«Как ни смешно звучит, но они искали темнокожих парней, я – белый – послал заявку, и меня пригласили, - смеется Константин. – В принципе, грима-то и не надо было, они же в шлемах. А на руки чулки, для имитации цвета кожи, перчатки. Вот и вся экипировка».

Кадр со съемок.
Кадр со съемок. Фото: Dmitriy Pivkin

Настоящие топоры и холостые патроны

Вообще, работа каскадера – это романтика. Здесь далеко не каждый выдержит, но тот, кто готов идти до конца, получит вдобавок к трюкам полный комплект удовольствий: азарт, проверку себя на прочность, преодоление страха. Потому что один из важнейших инстинктов человека – инстинкт самосохранения. Каскадер должен уметь его блокировать.

«На фильме «Охотница», который недавно снимали в Швеции, почему-то не оказалось реквизита и на съемках пришлось использовать настоящий топор, – вспоминает Константин. – Викинг должен был им размахивать. Актер, который играл эту роль, боялся. Но для того, чтобы это все нормально смотрелось, нужно было по-настоящему размахивать топором, стараться ударить каскадера... Как раз мелкие и частые движения очень опасны, а полноценные удары я могу контролировать и отражать – все-таки за плечами 18 лет исторического фехтования. Вот так и работали».

У Родиона своя копилка страшилок – совсем недавно в него стреляли холостыми патронами с расстояния меньше метра. И мысль о том, что среди холостых может затесаться боевой, также приходила в голову.

«Я еще беруши не надел, все бахает, дым... Партнерша один раз в лицо прицелилась – не по себе было», – говорит он.

Ну и, конечно, всевозможные падения в болото, прыжки с высоты и из окон, скатывания по лестницам... Среди каскадерской рутины, которая требует преодоления себя, особняком стоит горение, о котором Константин рассказывает тоже как о достаточно будничном событии.

Идти до конца

«Человека никогда не поджигают сразу, – говорит он. – Для начала проверяют реакцию. Начинают с ладони, небольшой поверхности: специальная мазь, перчатка. Поджигают. Ты смотришь – у тебя рука в огне. А пиротехники смотрят на тебя – реакцию, готов ли к этому, не начинаешь ли размахивать руками, слышишь ли координатора, который, например, тебе говорит: «делаешь два шага вперед, один влево, потом падаешь на землю животом и ждешь, когда потушат». В это вовлекают потихоньку. Если все правильно делаешь, то это не страшно. А вот если неправильно... В горении множество нюансов, ошибаться нельзя. Например, нельзя стоять на месте. Если стоишь на месте, огонь идет вверх, обжигает лицо, невозможно дышать. Нужно двигаться вперед – тогда можно дышать, пламя идет назад».

«Ну и вообще, в трюках самое главное – не останавливаться, – говорит Родион. – Начал и ведешь его до конца. Со временем привыкаешь, но в первое время, конечно, страшно. Мое каскадерство, например, начиналось практически с нуля, я даже в стойке правильно стоять не мог. И против меня поставили крупного мужика, бывшего охранника, который должен меня «бить». Он еще звука добавил – крики, рык, когда об стену меня прикладывал. Психологически был сильный дискомфорт, пришлось привыкать. Но да, это азарт. И сейчас, когда меня пригласили поработать в трюке, когда нужно было влететь в лобовое стекло автомобиля, я с радостью согласился».

А вы умеете падать?

Без физической подготовки в этой профессии делать нечего. Родион занимался культуризмом, но когда пришел на первую тренировку, понял, что этого очень мало. Алина тоже смеется, что после первых тренировок у нее болело все, даже те мышцы, о существовании которых девушка подозревала.

Новенькие – Лиза Плахтий и Георк Кульбак тоже в один голос говорят, что без спортивной базы тут будет очень непросто.

«Я в прошлом гимнаст-акробат, это идеально для каскадера, потому что, как ребята отмечали выше, тут прежде всего нужно уметь падать. Гимнастика дает отличную базу и понимание, как можно избежать или минимизировать травмы. Хотя, как я вижу по первым занятиям, ряд элементов тут исполняется совсем иначе – например мы, гимнасты, кувырки делаем через голову. Каскадеры это делают через плечо. Мне приходится переучиваться, а это непросто».

Фото: Inna Melnikova

«А как ты через голову на асфальте кувыркаться будешь? Тебе камешек между позвонками влетит и все, инвалид, – поясняет Константин. – А плечо смягчает кувырок, делает его менее травмоопасным. Кстати, с падениями так же, нужно падать грамотно. Спину группировать назад, не горбиться, падать боком, на одну из ягодиц. Если шлепнуться на обе, можно сломать копчик. На бедро тоже нельзя. Надо на бок надо аккуратненько, вытянутую руку постараться подставить под голову, замедлить и смягчить удар. Вообще, чем больше точек соприкосновения, тем мягче удар. Вот такая наука».

Каскадер – это не только романтика

Травмы можно получить даже на тренировке. Поэтому крайне важно слушать инструктора и четко следовать его командам. На одной из тренировок Алина упала, не выпустив воздух из легких, а это противопоказано. В итоге ушиб легких. Синяки для каскадеров – рутина. Рутина также всевозможные прыжки в болото, падения в окна, падения с домов. Съемки при этом могут длиться часами, все это время каскадер в гриме и готов к работе. Например, на съемки прыжка в болото ушло пять часов и хоть дело было летом, было очень холодно.

Прыжки с небольшой высоты может осилить каждый. А вот когда надо прыгать с высоты, например, в 30 метров, это уже становится опасным, необходимо учитывать множество нюансов – тот же боковой ветер. Приземлиться при этом каскадеру нужно в страховочную сетку, которая сверху выглядит крохотным белым пятнышком.

Также есть и скрытые опасности. Допустим, каскадера ударили ногой, и он должен скатиться с лестницы или горы. Но при таком падении можно свернуть шею, вывихнуть или сломать ногу. Что угодно может произойти: например, ассистенты смотрели уклон и пропустили торчащий корень.

А еще каскадеру важно упасть не только безопасно, но и «по-настоящему». Алина отмечает, что реалистично падать очень сложно. Девушке довелось работать на съемочной площадке с каскадерами, которые специализировались на акробатике, так вот они падали по-гимнастически, чуть ли не с сальто и красивым выходом.

«Но по сценарию речь идет о сумасшедшем, который должен упасть замертво, с пеной изо рта... А у нас тут цыганочка с выходом. Так что это очень непросто. Когда сюда приходишь, нужно себя переучивать», – говорит она.

Фото: Inna Melnikova

Лиза в свою очередь отмечает что ей крайне сложно научиться реагировать на удар, которого не произошло – ее много лет учили не реагировать. «Мне реально очень тяжело изображать какие-то фейковые реакции и страхи, куда проще отрепетировать какой-то элемент, чем эмоцию. Но со временем, наверное, придет и актерское мастерство».

Весь мир театр

Можно прекрасно исполнять элементы, но без умения работать лицом, все это окажется никому не нужным. Каскадер должен быть актером, но и тут не все просто.

«У меня актерский опыт был, – говорит Алина. – Но когда я попала сюда, то возникло ощущение, что я ничего не умею. Тут нужно совершенно другое актерское мастерство, нужно уметь расслаблять мышцы, отпускать их. Ребята довели свою мимику до автоматизма – когда они дерутся, у них каждая мышца играет. Парня на самом деле не ударили, но щека так дернулась, что показалось, он получил самый настоящий удар».

А на площадке, даже если ты прекрасно исполняешь трюк, может оказаться сложно вжиться в роль, понять, что сейчас ты совсем другой человек.

Фото: Dmitriy Pivkin

«Важна группа и люди, с которыми ты работаешь, – говорит Родион. – На площадке все серьезно относятся к происходящему и ты тоже начинаешь к этому серьезно относиться. Да, сейчас ты играешь маньяка и никто над тобой не смеется из-за этого. Наоборот, все поддерживают и команда каскадеров тоже рядом – участвует и подыгрывает. Так что все круто».

Кто может стать каскадером

Нужен характер. Если человек пришел с нуля, без какого-то бэкграунда, у него должно быть желание и готовность учиться. Приветствуется спортивное прошлое, но одной физической подготовки все же мало, нужно не бояться стать актером. Кроме того, нужно быть общительным и коммуникабельным человеком, потому что на съемочной площадке работает команда.

Ключевые слова
Наверх