Госконтроль: в Эстонии обостряется нехватка медицинских работников

rus.postimees.ee
Госконтроль: в Эстонии обостряется нехватка медицинских работников
Facebook Messenger LinkedIn OK Telegram Twitter
Comments 1
Больница. Иллюстративное фото
Больница. Иллюстративное фото Фото: Marianne Loorents

Государственный контролер Янар Хольм сегодня передал спикеру Рийгикогу Юри Ратасу годовой отчет Государственного контроля, в котором на этот раз основное внимание уделяется тенденциям в эстонском здравоохранении. Нехватка работников стала одним из самых больших препятствий для оказания медицинских услуг, которое, судя по развитию ситуации на данный момент, еще более обострится.

Однако решения, необходимые для функционирования и реорганизации в новых условиях, которые касались бы семейной медицины, упорядочения больничной сети и финансирования здравоохранения, по-прежнему ждут принятия.

«Несмотря на то, что о нехватке медицинских работников говорят давно, проблема обострилась – в Эстонии не хватает семейных врачей, большие очереди к врачам-специалистам, и при этом проблемы на других уровнях лечения накапливаются в области сестринского дела и экстренной медицины, – сказал государственный контролер Янар Хольм, передавая отчет. – Таким образом, визит к врачу и лечение начинаются позже, чем могли бы, что, в свою очередь, наносит больший ущерб здоровью, еще больше обременяет систему здравоохранения, страдающую от нехватки персонала, и увеличивает расходы на здравоохранение».

Государственный контролер указал, что особенно из-за проблем с персоналом, вероятно, в ближайшем будущем жителям Эстонии придется быть готовыми к тому, что медицинские услуги не будут доступны единообразно и иметь одинаковое качество по всей стране. Быстрого решения проблемы нехватки персонала не существует, поскольку обучение длится годами, а результаты увеличения заказа на обучение медицинских работников будут видны только в отдаленном будущем. Недостаточно только увеличить заказ на обучение медицинских работников, поскольку уже сейчас не все учебные места заполнены. На вакантные учебные места в сфере здравоохранения необходимо найти хороших студентов в ситуации, когда нехватка рабочей силы задает тон во многих сферах, а конкуренция идет за одних и тех же людей.

«Эстонскому здравоохранению не хватает не столько анализа или стратегий, сколько воли, смелости и способности реализовать договоренности, – сказал государственный контролер Янар Хольм. – Главное – четко осознавать, что нам придется справляться с меньшим количеством врачей и медсестер, чем необходимо, при этом болезней и проблем будет не меньше».

Госконтроль в своем годовом отчете делает вывод, что особенно остро ощущается нехватка медсестер, психиатров, врачей экстренной медицины и семейных врачей. В некоторые периоды рост числа медицинских работников имел тенденцию к снижению. Недавнее увеличение заказа на обучение медицинских работников имело большое значение, но его результатов придется ждать еще не один год. Например, чтобы покрыть минимальную потребность в новых работниках в области экстренной медицины за ближайшие десять лет, должно быть 30–40 мест резидентуры в год. А претендентов насчитывается всего 10–12 человек.

Если по соотношению врачей к населению Эстония находится на среднем уровне стран-членов ОЭСР, то по количеству медсестер Эстония несколько отстает. Если среднее количество медсестер на 1000 человек в странах-членах ОЭСР составляет 9,4, а в странах Северной Европы – 13,7, то в Эстонии этот показатель равен 6,48. Прием на обучение сестринскому уходу растет, но влияние этого будет видно только спустя годы.

По сравнению с другими странами в Эстонии меньше доля медсестер, прибывших из других стран. В странах-членах ОЭСР в среднем 6,1% медсестер получили образование в другой стране. В Эстонии же доля медсестер, получивших образование в другой стране, составляет 0,2%.

Госконтроль обращает внимание, что трудности с оказанием семейной медицинской помощи со временем только обострились. Примерно половина семейных врачей находится в возрасте 60 лет или старше, т.е. они либо уже достигли пенсионного возраста, либо, при желании, могут выйти на пенсию в ближайшее время. По состоянию на декабрь 2020 года в Эстонии было 737 списков семейного врача, из которых 48 не имели постоянного семейного врача. К июню 2022 года число списков без семейного врача (т. е. с замещающим врачом) увеличилось еще на шесть. В 13 списках временное замещение длилось пять или более лет.

Госконтроль рассмотрел 311 конкурсов, организованных для подбора врачей для списков семейных врачей, которые проводились с 2015 года по первую половину 2022 года. В первой половине этого года три четверти конкурсов оказались безуспешными. За весь период конкурсы были успешными менее чем в половине случаев (42%).

Отделение экстренной медицины по-прежнему является тем местом, где урегулируются недостатки других уровней здравоохранения, но это дорого и обременительно для системы. 57% из тех, кто обращается в отделение экстренной медицины, имеют незначительные проблемы со здоровьем. Основная причина этого – неоднородная доступность семейной медицинской помощи.

Существенная нехватка персонала, которая вскоре может значительно обостриться, царит и в сфере психического здоровья. Более половины врачей-психиатров находятся в пенсионном возрасте или достигнут пенсионного возраста в ближайшее время. По данным Института развития здоровья, в 2021 году в Эстонии работало 222 психиатра, в том числе 18 детских и подростковых психиатров. Таким образом, в Эстонии на 100 000 населения приходится примерно 15 психиатров, что явно меньше, чем в странах Северной Европы. Для сравнения, в 2019 году, по данным ОЭСР, количество психиатров на 100 000 населения составляло 26 в Норвегии, 24 в Финляндии, 23 в Швеции, 23 в Литве и 16 в Латвии.

Согласно плану развития специальности психиатрии, составленному Эстонским обществом психиатров, ожидаемое число психиатров должно быть на 30–40 человек больше, чем в настоящее время, а также, помимо первичного уровня, необходимо 130–160 клинических психологов. Также не хватает школьных психологов и медсестер по психическому здоровью.

Государственный контроль считает, что следует больше инвестировать в профилактику. К сожалению, проблемы со здоровьем у детей остаются незамеченными, поскольку большое количество детей не посещают медицинский осмотр. В то время как 88–96% детей в возрасте до двух лет проходили регулярные медицинские осмотры, в возрасте 3–6 лет этот показатель составил всего лишь 6%. При этом 43% детей в возрасте от трех до шести лет годами вообще оставались вне поля зрения медицинского работника, так как ни разу не проходили медицинский осмотр.

Учащается отказ детей от вакцинации, что может привести к возврату опасных заболеваний. В результате предыдущей успешной вакцинации в Эстонии почти исчезли многие опасные заболевания. К сожалению, увеличился отказ от вакцинации (например, против дифтерии, полиомиелита и коклюша). В зависимости от вакцины, в 2014 году насчитывалось от 1,9% до 3,5% отказавшихся, а в 2021 году – уже от 3,8% до 7,8%.

За стационарной сестринской помощью обращаются пациенты со все более сложными состояниями. Причина этой тенденции – неоднородная доступность помощи врачей-специалистов и семейной медицинской помощи. Кроме того, в случае сестринского ухода проблемой для людей является высокая доля собственного финансового участия, из-за чего они не всегда могут позволить себе эту услугу в желаемое время или в необходимом объеме. Положительно то, что доступность сестринского ухода на дому увеличилась. Однако его дальнейшее расширение ограничивается нехваткой медсестер.

Более эффективная профилактика также поможет уменьшить более серьезные последствия и при лечении рака. К сожалению, например, участие в скрининговых тестах при лечении рака низкое, и начало лечения рака задерживается. Низкое участие в скрининговых обследованиях – одна из причин, по которой злокачественные опухоли обнаруживаются слишком поздно. Степень участия в скрининге, значительно ниже, чем согласованные в плане действий по борьбе с раком 70%: в 2021 году был достигнут охват 59% для рака молочной железы, 51% – для рака шейки матки, и 48% – для рака толстой кишки.

Продолжительность пути пациента от подозрения на рак до первичного лечения должна составлять не более 63 дней в соответствии с планом действий по борьбе с раком. В действительности же только больные раком молочной железы начинали лечение рака вовремя (в среднем в течение 52 дней). У пациентов с раком шейки матки и раком легких это занимало около 100 дней, и у пациентов с раком толстой кишки – 122 дня.

Разработка различных электронных решений и дистанционных услуг, создание центров здоровья, уточнение условий компенсаций за лечение зубов и пересмотр маршрутов лечения помогли снизить озабоченность по поводу неравномерной доступности медицинских услуг. Такие изменения помогают решить проблемы в краткосрочной перспективе, но до тех пор, пока не принимаются принципиальные решения на системном уровне, отдельные проекты по развитию будут иметь ограниченное влияние, и временные решения могут стать постоянными.

Ключевые слова
Наверх