![](http://f9.pmo.ee/JV7FL_QN-xv2OxQtkgOzcKtETT4=/1442x0/filters:focal(881x567:1216x872):format(webp)/nginx/o/2023/10/28/15684511t1hee0d.jpg)
Армия Израиля перешла к наступлению на сектор Газа. Заявленная цель - уничтожение ХАМАС. Но что будет в Газе дальше? Есть различные сценарии, но ни один из них не является простым, пишет DW.
Армия Израиля перешла к наступлению на сектор Газа. Заявленная цель - уничтожение ХАМАС. Но что будет в Газе дальше? Есть различные сценарии, но ни один из них не является простым, пишет DW.
Израиль мобилизовал около 350 тыс. резервистов, часть армии дислоцирована на границе с Ливаном, другая - с сектором Газа. Цель ожидаемого с момента нападения ХАМАС на Израиль 7 октября ответного наземного наступления ЦАХАЛ (израильской армии) на Газу, чем бы оно конкретно ни обернулось в деталях, - уничтожение боевиков движения ХАМАС, которое Евросоюз, Германия, США и большинство стран Запада признали террористической организацией.
Альтернативы этому шагу нет, уверен Михаэль Мильштейн, в прошлом сотрудник военной разведки Израиля, ныне научный сотрудник Центра имени Моше Даяна при Тель-Авивском университете. Мильштейн и сегодня держит в фокусе внимания интересы безопасности Израиля, и его оценка ХАМАС однозначна. «ХАМАС всегда формулировал свои цели - поддержка джихада и уничтожение Израиля - очень четко. Он никогда не рассматривал улучшение экономической ситуации как стратегическое достижение и всегда заявлял о будущем наступлении на Израиль», - отметил в интервью DW израильский эксперт по безопасности.
Но уже сейчас возникает вопрос: как будет осуществляться политическое управление сектором Газа после уничтожения ХАМАС и его террористических структур, к чему стремится Израиль? Официального ответа на него израильтяне пока не дали. Нельзя также с уверенностью предсказать, удастся ли им в этот раз, в отличие от прошлых попыток, полностью искоренить ХАМАС. Но одно очевидно уже сейчас, полагает Мильштейн - вакуума власти в секторе Газа быть не может и не должно: «Быстрый уход (израильских военных - прим.ред.) после уничтожения ХАМАС создаст вакуум, который заполнит анархия и радикальные исламистские группировки».
То, что вакуум политической власти может привлечь еще более радикальные силы, было продемонстрировано, например, в Афганистане, где террористическое «Исламское государство» (ИГ) использовало в своих целях явную слабость госинститутов даже после захвата власти в стране талибами. Аналогичных успехов ИГ добилось и в африканском регионе Сахель, где слабость или даже отсутствие государственных структур также сыграли ему на руку.
Даже Иран с его фантазиями об уничтожении Израиля, несмотря на возможную потерю прежних «партнеров», таких как ХАМАС и террористическая группировка «Исламский джихад», может воспользоваться вакуумом власти в секторе Газа и использовать новые методы или даже новых союзников для создания постоянной угрозы Израилю. Как в этих условиях могла бы выглядеть новая власть в Газе? Мильштейн видит несколько вариантов - однако все они, по его оценке, проблематичны. С ним согласен и Штефан Штеттер, политолог из Университета бундесвера в Мюнхене.
Одним из возможных сценариев является восстановление Израилем прямого военного контроля над сектором Газа, как это было до 2005 года, то есть возвращение Израиля в качестве оккупационной державы в Газу. Однако такой шаг мог бы спровоцировать новое вооруженное сопротивление.
Более того, оккупация будет иметь фатальные последствия для баланса сил в регионе, предупреждает политолог Штеттер в интервью DW: «Тогда в Израиле зазвучат голоса в пользу повторного строительства поселений в секторе Газа. И это также будет лить воду на мельницу всех тех, кто хочет разжечь и поддержать израильско-палестинский конфликт».
Кроме того, оккупационная держава - по крайней мере теоретически, согласно международному праву - также имеет обязанности по отношению к населению, проживающему на оккупированной территории. «Эти обязанности должен будет взять на себя, прежде всего, сам Израиль. В финансовом отношении они превысили бы все возможности страны», - указывает политолог из Университета бундесвера. И это при том, что Израиль уже пострадал в экономическом плане от атаки ХАМАС 7 октября.
По мнению политолога, Израиль, вероятно, не сможет провести новую оккупацию сектора Газа при наличии политического сопротивления со стороны своих западных союзников - прежде всего США. Кроме того, добавляет он, такой шаг существенно осложнил бы отношения Израиля с арабскими странами, с которыми он либо уже заключил мирные договоры, либо планирует это сделать. «Поэтому я считаю его маловероятным», - говорит Штеттер.
Данный сценарий ставит перед Израилем еще одну проблему: ему пришлось бы еще больше отгородиться от целиком враждебного сектора Газа. «Израиль превратится в тюремную администрацию, которая будет постоянно управлять огромным лагерем военнопленных (с которым уже давно сравнивают Газу)», - написали недавно во влиятельном американском журнале Foreign Affairs.
К управлению сектором Газа могла бы вернуться Палестинская национальная администрация (ПНА). Этот план, по мнению израильского эксперта Михаэля Мильштейна, имеет, прежде всего, одно слабое место: ПНА, возглавляемая Махмудом Аббасом, продолжает функционировать как правительство с президентом и премьер-министром на Западном берегу реки Иордан, де-факто контролируя лишь его маленькую часть. Власть на этой Палестинской территории главным образом принадлежит Израилю. «Мы должны учитывать, насколько слаб и непопулярен Махмуд Аббас, которого в арабском мире называют Абу Мазен», - подчеркивает Мильштейн.
На самом деле ПНА и доминирующая в ней ФАТХ, партия Аббаса, крайне непопулярны на Западном берегу. Коррупция и низкая эффективность работы администрации неоднократно приводили к протестам граждан. ПНА также обвиняют в отсутствии демократической легитимности.
Последние президентские выборы состоялись в 2005 году, и с тех пор Махмуд Аббас правит как «вечный» палестинский лидер, не имея действующего вотума от избирателей. В то время как в западных странах Аббаса в последнее время критикуют за антисемитские высказывания и недостаточное дистанцирование от террора ХАМАС, многие палестинцы на Западном берегу реки Иордан обвиняют его в недостаточно жестких и решительных действиях в отношениях со страной-оккупантом Израилем.
Кроме того, продолжает Стефан Штеттер, существует еще одна проблема: «Если после победы Израиля над ХАМАС в сектор Газа придет править ПНА, она может быть воспринята некоторыми как сторона, захватившая власть за счет жертв войны». По словам Штеттер, ПНА должна защитить себя от такого впечатления: «Одновременно она должна играть важную роль во всех других сценариях развития ситуации в секторе Газа».
Лучшим, но сложным в реализации вариантом, была бы смешанная палестинская гражданская администрация, рассуждает эксперт по безопасности Мильштейн. Она могла бы, по мнению эксперта, состоять из различных представителей палестинской общественности, включая мэров городов, и иметь тесные отношения с ПНА.
Такую модель могли бы поддержать Египет, США, Саудовская Аравия и Объединенные Арабские Эмираты (ОАЭ), обрисовывает Мильштейн оптимальный сценарий. И признает, что приходится считаться с тем, что такое политическое устройство будет лишь кратковременно стабильным: «Но оно было бы гораздо лучше, чем все остальные альтернативы».
Теоретически Организация Объединенных Наций могла бы взять на себя управление конфликтной зоной после поражения одной из сторон конфликта, констатирует Стефан Штеттер, ссылаясь на примеры Косово или Восточного Тимора.
«Но в секторе Газа это нереально. Скорее всего, в данном случае это будет гораздо сложнее, если вообще возможно - поскольку данный конфликт слишком сильно приковывает к себе внимание мировой общественности. Кроме того, возможная сильная роль западных государств, скорее всего, будет воспринята весьма критически», - прогнозирует политолог. Дополнительно, по его оценке, при таком сценарии возник бы сложный вопрос о соответствующем мандате ООН.
Занимающийся исследованиями конфликтов Штефан Штеттер предпочитает другой сценарий. Согласно ему, арабские государства могли бы взять на себя управление сектором Газа, играя ведущую роль совместно с Палестинской национальной администрацией.
«В этом могут быть заинтересованы и по другим причинам некоторые страны арабского мира, в частности те, у которых серьезные претензии к "Братьям-мусульманам", палестинским ответвлением которых является ХАМАС. Египет жестко пресекает деятельность "Братьев-мусульман", борьбу с этой группировкой ведут Саудовская Аравия и ОАЭ», - напоминает Штеттер.
Даже если в официальной правительственной риторике упомянутых стран, обусловленной антиизраильскими настроениями населения, на первый план сегодня, по его наблюдению, выходит солидарность с палестинцами и страдания палестинского гражданского населения, «поражение ХАМАС не должно рассматриваться как нежелательное в Эр-Рияде и Каире».
Прежде всего, приводит аргумент Штеттер, при таком сценарии палестинцев можно будет убедить в том, что их фундаментальные интересы - национальное самоопределение и разрешение конфликта по формуле «два государства для двух народов» - не будут проигнорированы. «Но для этого необходимы общие усилия, в том числе в сотрудничестве с Западом и ООН», - уточняет он. Помимо политической поддержки, здесь, по-видимому, была бы важна и финансовая, чтобы экономически содействовать такой модели. Последняя, по мнению немецкого политолога, не только предложила бы перспективы для палестинцев, но и обеспечила бы большую безопасность Израиля.
Однако, убежден политолог, в свете нынешней эскалации в регионе, приведшей к гибели нескольких тысяч человек, представляется довольно неясным, готовы ли - и если да, то за какую цену, - даже арабские государства, которые имеют официальные отношения с Израилем, взять на себя риск такой миссии и ее возможного провала. Не исключено, что такая модель может появиться в среднесрочной перспективе, заключил Штеттер.