КОЛОНКА ЖУРНАЛИСТА ⟩ Норма для Эстонии: выборы в Европарламент провоцируют внутрипартийные войны

Павел Соболев
, журналист
Copy
Кая Каллас и Андрус Ансип.
Кая Каллас и Андрус Ансип. Фото: Tairo Lutter

Вслед за Центристской партией и у реформистов стала наблюдаться очень сильная нервозность в преддверии утверждения списков кандидатов на выборах в Европарламент. Журналист Павел Соболев полагает, что мандат евродепутата стал в эстонской политике не только призом для победителей в честной политической борьбе, но и предметом теневых торгов и негласных договоренностей, и поэтому не стоит удивляться тому, что внутрипартийные склоки сейчас выглядят порой даже более яростными, чем межпартийные пикировки.

Публичная ссора между Каей Каллас и Андрусом Ансипом побудила некоторых комментаторов высказать предположения о возможном крупном расколе в стане Партии реформ. В последние месяцы слово «раскол» очень часто использовалось в оценках ситуации вокруг центристов, из рядов которых после смены председателя начался довольно серьезный отток политиков.

Пока происходящее у реформистов и близко не похоже на наличие у них сопоставимых с центристами «раскольнических» проблем, однако обращает на себя внимание то, что и у них очень сильное обострение внутрипартийных распрей оказалось связанным с выборами в Европарламент.

Как хорошо известно, Юри Ратас перед тем, как объявить о смене своей партийной и фракционной принадлежности, довольно громко высказался в эстонской прессе, что считает невозможным баллотироваться в Европарламент в одном списке с Яной Тоом. На этой же неделе Кая Каллас призвала Андруса Ансипа отказаться от намерений побороться за титул евродепутата.

Правда, если Ратас при озвучивании своей ультимативной позиции упирал на определенные противоречащие, с его точки зрения, ценностям Эстонии действия Тоом, то Каллас в большей степени была обижена на Ансипа в связи с очернением им той партии, в которой он продолжает состоять.

Степени внутренней турбулентности разные

Нет сомнений, что ссора Каи Каллас и Андруса Ансипа не качает их общую партийную лодку так же сильно, как трясло лодку центристов противостояние Юри Ратаса и Яны Тоом, или, если угодно, внутрипартийных лагерей, которые они представляли.

Ратас настаивал, что для него это был «ценностный вопрос», поясняя, что он не может смириться с финансированием Тоом адвокатской помощи для придерживающейся антиэстонских взглядов женщины, Каллас же сердится на Ансипа за то, что тот, мол, критикует политику нынешнего правительства Эстонии внутри страны и за ее пределами, что подрывает наш внешний авторитет и мешает правительству эффективно устранять внутренние проблемы.

Иными словами, если для Юри Ратаса Яна Тоом оказалась практически «антигосударственным» деятелем, то Андрус Ансип для Каи Каллас - всего лишь «антиреформистским», и, таким образом, это похоже больше на никакой не ценностный, а личный конфликт. Степень раздражения сторон коллизии достигла градуса, когда они не удержались, чтобы не побраниться на людях, но совершенно очевидно, что ни о каком ультиматуме речи не идет: Кая Каллас не оставит в сердцах председательское кресло, и Андрус Ансип тоже явно не начнет искать себе новый «порт партийной приписки».

Тем не менее, эти две совершенно разные ситуации в двух разных партиях указывают на то, что в современной эстонской политике мандаты депутатов Европарламента кажутся не столько средством эффективного отстаивания эстонских интересов на международной арене, сколько своего рода маркером внутрипартийных иерархий, инструментом партийного поощрения и, в общем, привилегией, которую можно или подарить подпортившему в Эстонии свою репутацию видному партийцу, или сделать своего рода «подъемными» для пока еще не «своего» политика, но которого нужно чем-то заманить именно к себе.

Попрание командных правил

Последний вариант довольно очевидно считывался из поведения как раз самого Юри Ратаса, который за несколько дней до своего окончательного «ренегатства» сделал заявление, что он будет баллотироваться в Европарламент от центристов, но без соседства с Яной Тоом, или же будет делать это же, но в списке какой-то другой партии.

Ничего предосудительного в такой нацеленности на работу в Европе, конечно, нет, но в таких словах есть определенная неделикатность: представляется немного неловким, когда политик, только-только вливающийся в ряды новой для себя партии, моментально претендует на прирастание в ней таким авторитетом, который вообще-то должен быть только у ее старожилов.

Если провести параллели с командными видами спорта, то суть в том, что даже самые звездные игроки при смене команды не начинают претендовать в своем новом коллективе на получение капитанской или вице-капитанской повязки. Возникает ощущение, что Юри Ратас, очень много в своей жизни игравший в баскетбол, не следовал сейчас этому правилу, и при выборе новой для себя команды руководствовался не столько идеологическими преференциями, сколько высотой предлагаемой позиции в партийных списках на июньских выборах.

Разумеется, сама по себе высокая позиция не дает гарантий избрания, как и низкая не является непреодолимым препятствием для успеха, и все-таки высота позиции очень важна: то, куда определяет партийное руководство кандидата, показывает, насколько серьезная на него делается ставка, и немалая часть избирателей - прежде всего т. н. «дисциплинированных» - считывает из таких решений прямую «кадровую» для себя рекомендацию.

К спортивным параллелям прибегал, высказываясь на тему выборов в Европарламент, и Михаил Кылварт, заметивший в одном из комментариев, что не видит причин убеждать Яну Тоом не баллотироваться в угоду Ратасу; как сказал глава центристов, сильнейший должен просто победить в честной борьбе, а вот перед стартовым свистком негоже ставить конкуренту подножки. Логика Михаила Кылварта ясна, но вряд ли она убедила бы Юри Ратаса, который наверняка бы сказал в ответ, что есть не только правила самих соревнований, но и правила допуска к ним, и что Яна Тоом своей помощью Зое Палямар их нарушила.

У Ансипа можно выиграть, но нельзя не пустить его играть

Однако у Каи Каллас против кандидатуры Андруса Ансипа таких аргументов все-таки не имеется, и поэтому с его участием в выборах ей почти наверняка придется смириться. Безусловно, он, как бывший глава реформистов, и сейчас имеет не только в самой партии, но и среди самой стабильной части ее электората немалую поддержку, так что его шансы на успешное выступление на выборах в июне вовсе не призрачны.

Очевидно, что он никогда в своих высказываниях и деяниях не вступал в такие противоречия с партийным уставом, чтобы его можно было лишить в этой партии влияния (не говоря уже о членстве), так что Кае Каллас просто нужно смириться с тем, что ограничить его амбиции избираться она не состоятельна.

Было бы куда более приятной картиной, если бы Кая Каллас более спокойно воспринимала бы этот вызов, и, в общем, не искала бы поводы и возможности для того, чтобы не пустить своего внутрипартийного оппонента в «стартовый лист», а, напротив, поощрила бы такую конкуренцию, чтобы как раз таки в «честной спортивной борьбе» получить подтверждение правильности именно своего курса.

Вполне вероятно, что это бы у нее получилось, но сейчас нервозность Каи Каллас выглядит так, словно у нынешней реформистской верхушки есть четкие договоренности по поводу того, кто должен быть летом премирован евродепутатскими местами, а строптивый Андрус Ансип злит эту партийную элиту по большей части только тем, что может помешать уже согласованному разделу пирога.

Комментарии
Copy
Наверх