«Все мы вышли из Хинта»

Поделиться Поделиться Поделиться E-mail Распечатать Пришли новoсть Комментировать

Вот так выглядят знаменитые дезинтеграторы Хинта.

ФОТО: Вера Копти

В редакции раздался телефонный звонок. «Не хотите написать о Йоханнесе Хинте? Ему в этом году исполнилось бы сто лет». Звонивший представился: Владимир Клаусон, пенсионер.

ФОТО: архив Бориса Кипниса

ФОТО: архив Бориса Кипниса

Наши читатели – кладезь интересных тем. «Конечно, хочу!» – воскликнула я, не подозревая, сколько воспоминаний, фотографий, газетных вырезок придется пересмотреть и прочитать за несколько дней после этого звонка, с какими замечательными людьми познакомиться.

Изобретатель силикальцита

Надеюсь, что поколению от пятидесяти и старше имя Йоханнеса Хинта говорит о многом. Умерший в Батарейной тюрьме в 1985 году создатель силикальцита и дезинтегратора, общественный деятель, ученый, изобретатель, философ, производственник – личность яркая и незаурядная, его биография обросла легендами еще при жизни. Подробности биографии Хинта приведены в справке к данному материалу.

Владимир Рудольфович Клаусон, бывший директор институтов ВНИПИ силькальцита и НИПИ силикатобетона, друг и сподвижник Хинта, может рассказывать о нем часами, как, впрочем, и все остальные мои собеседники: так привлекательна личность этого человека.

Чего стоит одна легенда, рассказанная Клаусоном! Во время оккупации Эстонии нацистами Хинт работал в подполье, но был арестован. Владелец ресторана в Старом городе устроил банкет для немцев. Угощение так понравилось офицеру, что тот сказал: «Проси за это, что хочешь!» Ресторатор попросил... освободить Хинта. Неизвестно, повлиял ли этот банкет на скорый побег Хинта из лагеря, но тот оказался в Финляндии, где тоже был арестован.

После войны Хинт вернулся в Эстонию и полностью посвятил себя любимому делу. Так, в 1949 году он работал в лаборатории завода силикатного кирпича. В мянникуских карьерах песок был грубым, его приходилось измельчать в специальном устройстве – дезинтеграторе. И вот, экспериментируя, Хинт обнаружил, что с увеличением скорости измельчения сырья строительный блок получался значительно прочнее. В результате был налажен выпуск высокопрочных изделий из извести и песка. Новую технологию назвали механохимической активацией, а полученный бесцементный строительный материал – силикальцитом.

Из нового материала начали строить дома. Сначала это были невысокие экспериментальные строения в Мяннику. Сам Клаусон с семьей жил в таком двухквартирном доме, где даже крыша была из силикальцитных «крупных блоков». Затем здания начали расти ввысь, появились четырех- и пятиэтажные дома в Мустамяэ и Копли. Здание ЦК КПСС Эстонии, где сейчас МИД, тоже построено из силикальцита.

«У нового стройматериала была самая низкая себестоимость в СССР, – рассказывает Клаусон. – Начались командировки по всей стране, где мы помогали строить заводы по производству силикальцита. Завод в Мяннику выпускал 25 тысяч кубометров в год, завод в Нарве – в десять раз больше. По количеству произведенного силикальцита на душу населения Эстония была на первом месте в Союзе».

В СССР насчитывалось сорок аналогичных предприятий. Целые микрорайоны Москвы были построены из изобретенного Хинтом стройматериала, произведенного на плавучем заводе: в трюме списанного парохода размещался автоклав, а на палубе – дезинтегратор. «Таких ненужных кораблей было много, можно было создать целую флотилию плавучих заводов и обеспечить всю страну силикальцитом», – вздыхает Владимир Клаусон.

Вскоре был организован научно-исследовательский институт, руководителем которого стал, естественно, Йоханнес Хинт. Между прочим, конкуренция – это отнюдь не примета капитализма. В результате острой конкурентной борьбы НИИ, близкие к Министерству промышленности стройматериалов СССР, начали и успешно завершили дискредитацию силикальцита. Институт был перепрофилирован и переименован.

Цемент – все-таки не ошибка

Мы едем в Мяннику, где до сих пор стоит зияющая пустыми оконными глазницами башня старого кирпичного завода, а рядом находится офисное здание успешного предприятия Aeroc, имеющего непосредственное отношение к Йоханнесу Хинту.

В Институте силикатобетона, а именно так он стал называться после перепрофилирования, до распада СССР работало более 700 человек. Слово «силикальцит» было вычеркнуто не только из названия, но и из разработок института. Теперь сотрудники занимались ячеистым бетоном, силикатным кирпичом и тонкодисперсным наполнителем – мелом.

После распада СССР институт превратился в шесть акционерных обществ. А в 2001 году был запущен Aeroc – завод по производству газобетона. Директором предприятия стал заместитель Владимира Клаусона, Язепс Паплавскис, который рассказал о своем производстве столько интересного, что впору посвящать Aeroc отдельный газетный материал.

«Чтобы сделать хорошую вещь, нужно иметь идею, команду для ее воплощения и знать точное время выхода на рынок. Мы с этим справились, хотя вопросов была масса. Строить завод было решено около Кунда, недалеко от цементного завода», – вспоминает события 13-летней давности Паплавскис.

«А Хинт с присущим ему максимализмом публично заявлял, что цемент – ошибка человечества, обижая этим высказыванием людей, которые всю жизнь посвятили производству цемента, – приводит слова своего легендарного руководителя Клаусон. – Вот такой уж он был, острый на язык, часто невоздержанный, взрывной...»

Вторым компонентом нового строительного материала – ячеистого бетона – могла бы стать сланцевая зола, но от нее пришлось отказаться по экологическим соображениям. Зола имеет свой фон радиоактивности, хотя и в пределах допустимого. Поэтому в составе строительных блоков – цемент из Кунда, известь из Ракке и песок из принадлежащего фирме песчаного карьера Тоолсе. Сегодня Aeroc International AS – крупная холдинговая компания с двумя заводами в Эстонии и Латвии, с дочерними предприятиями в Литве и Финляндии. Продукция идет на экспорт в Россию, Прибалтику и Скандинавию.

«Когда мы проектировали наш завод, то преуспели в этом и вполне могли бы зарабатывать тиражированием заводов по производству ячеистого бетона, но предпочли выпускать стройматериалы и теперь вполне конкурентоспособны в Европе», – говорит Паплавскис. «Хинт был бы доволен», – вздыхает Клаусон.

Дело Хинта живет

На этом я планировала поставить точку, но Интернет не просто подсказал, а буквально вложил в руки продолжение истории о последователях дела Хинта в Эстонии.


В 1974 году Йоханнес Хинт создал другое предприятие, аналогов которому в те годы не было – хозрасчетную научно-производственную организацию Desintegraator. Что, собственно, такое дезинтегратор – второе, наряду с силикальцитом, детище Хинта? Говоря упрощенным языком, это мельница, предназначенная для тонкого измельчения и для механоактивации вещества. С механоактивацией мы уже знакомы: именно в дезинтеграторе активировался состав для производства стеновых блоков. В дезинтеграторе можно эффективно измельчать различные сухие органические и неорганические материалы, а также обрабатывать жидкости.

В Интернете нашлась информация, что «Дезинтегратор» как предприятие жив до сих пор, называется Desintegraator Tootmise OÜ и изготавливает различное оборудование как раз для тонкого измельчения, дробления, смешивания и тому подобного. Среди клиентов фирмы – предприятия Малайзии и Арабских Эмиратов, Чехии и Казахстана, множество местных и российских фирм. Дезинтеграторы выпускаются различных размеров. Если перечислить, для измельчения чего, кроме стройматериалов, нужны дезинтеграторы, даже технически малоодаренному автору ясно: нужная это вещь. Судите сами: сахарная пудра, шлаки, минералы, ягоды, ферросплавы, краски, соя, известняк, опилки, арахис, карбонато-цементные смеси, перец, бумага. Даже шинковать капусту в промышленных масштабах можно с помощью дезинтегратора.

Главный технолог предприятия Борис Кипнис (на фото) не только продолжает традиции Йоханнеса Хинта, но и является хранителем материалов, связанных с именем легендарного директора, – это рукописи, фотографии, статьи, вырезки из газет советского периода, книги о нем.

«С мнением Хинта считались и академики, и директора больших заводов, и министры, хотя он мог говорить с ними достаточно жестко, что увеличивало и без того немалое количество его недоброжелателей. Он заботился о сотрудниках, старался премировать их за хорошую работу. Поскольку зарплата была выше средней, в фирму пришли не только хорошие специалисты, но и не очень порядочные по сути, но очень энергичные люди, для которых в первую очередь были важны заработок, карьера и прочие блага. Но Хинт не прощал непорядочности в делах и особенно подлости, даже если это приносило экономическую пользу фирме», – рассказал Борис Кипнис после того, как мы осмотрели цеха и готовую к отправке продукцию и посетили конструкторский отдел.

В общем, я убедилась, что «Дезинтегратор» жив и прекрасно себя чувствует. Вот вам доказательство: оборот фирмы в 2012 году составил 850 000 евро. Неплохо для коллектива из 20 человек. Столетие Йоханнеса Хинта и сорокалетие предприятия торжественно отметят. Так что, переиначив фразу «все мы вышли из гоголевской „Шинели“» и начав с нее свой рассказ о знаменитом инженере и изобретателе Йоханнесе Хинте, многолетний читатель нашего еженедельника Владимир Клаусон совершенно прав.

***
Справка «ДД»

Йоханнес Хинт (20.09.1914-05.09.1985) – изобретатель, ученый, доктор технических наук, инженер-технолог.

Создал научно-практическую школу механоактивации и механохимии, внедрил несколько десятков уникальных дезинтеграторных технологий, построил десятки заводов и технологических линий, заработал советскому государству миллионы долларов США.


Главное научное изобретение Йоханнеса Хинта – строительный материал силикальцит из песка и извести, получаемый в результате их обработки в дезинтеграторе. Это и несколько десятков других изобретений Хинта реализованы и используются в разных странах.

Был создателем и директором Института силикальцита и создателем и директором специального конструкторско-технического бюро «Дезинтегратор».
Является автором и соавтором двух монографий, более 200 научных публикаций, 62 изобретений и 28 иностранных патентов.

13 ноября 1981 года Йоханнес Хинт был арестован и в результате крайне политизированного судебного дела признан виновным в превышении должностных полномочий и приговорен к тюремному заключению на 15 лет. Формальным поводом для ареста послужил выпуск препарата AU-8 – вещества, состоявшего из огромного количества компонентов и лечившего разом от всех болезней. Препарат пользовался бешеной популярностью среди населения СССР.

По мнению современников, настоящей причиной ареста была рукопись книги «Трагедия некоторых честных людей ХХ века», в которой он выступил с критикой тоталитарного коммунистического режима. Решением суда полученные Хинтом за изобретение силикальцита Ленинская премия, Государственная премия ЭССР и ученая степень доктора технических наук были аннулированы, а все его имущество, в том числе построенный им из силикальцита небольшой дом в Меривялья и автомобиль ВАЗ 2101, конфисковано.

Хинт умер 5 сентября 1985 года в больничном отделении таллиннской Батарейной тюрьмы и похоронен на кладбище Метсакальмисту. Верховный суд СССР 25 апреля 1989 года полностью реабилитировал Йоханнеса Хинта посмертно. Ученые степени, звания и награды были восстановлены.

НАВЕРХ