Больничная червоточина

«Где-то здесь откуда-то якобы выполз какой-то червяк», – показывает старшая сестра детского отделения Галина Воробьева.

ФОТО: Илья Смирнов

Черви, ползущие из канализации, шокировали мать маленького пациента детского инфекционного отделения Ида-Вируской центральной больницы. Корреспондент «ДД» побывал на месте происшествия и выяснил, что здешние медики, в свою очередь, тоже недовольны некоторыми пациентами.

Жительница Ахтмеской части города Кохтла-Ярве Наталья волею судьбы, а точнее, по причине болезни пятилетнего сына, провела с ним три февральских дня в инфекционном блоке детского отделения Ида-Вируской центральной больницы в Пуру, по соседству с уездным центром Йыхви. Подлечились, выписались – и шокированная мать обратилась в газету. «Почему все молчат, неужели все довольны?» – удивляется она.

Это просто ужас!

Уже в первый день пребывания в больнице, 18 февраля, Наталья, как она рассказывает, обратила внимание медсестры на страшную антисанитарию в душевом и туалетном отсеке их палаты: грязно, сыро и, что самое ужасное, по полу ползают черви – большие и маленькие. «Потом я еще ходила к больничному начальству, и мне было сказано: „Что вы нам предлагаете – весь пол поднимать?” То есть они все уже в курсе, но ничего не делают. Просто говорят, что у них неправильно построена канализация», – говорит возмущенная женщина.

Наталья теперь сожалеет, что не догадалась сфотографировать червей: беспокоилась о ребенке, и было как-то не до снимков. «Но это просто ужас! – повторяет она, вспоминая дни, проведенные в инфекционном отделении. – Помимо этого безобразия в туалете у них еще и отделение закрывается после восьми вечера, и я была лишена возможности посетить общий душ».

Речь идет о первом этаже старого, но отремонтированного корпуса Пуруской больницы, где прежде располагалось родильное отделение, которое потом переделали в детское. Одна его часть сейчас отведена для лечения инфекционных заболеваний. Наряду с червями, которые кажутся явлением совсем из ряда вон, поразила Наталью и пыль, лежавшая под кроватью в их палате настолько плотным слоем, что на ней пальцем рисовать можно. На это она тоже пожаловалась персоналу, ответ которого был по-своему замечательным: «А вы знаете, что пыль незаразна?»

Полувековая больница

«Действительно, в указанный вами период февраля в здании, где располагается детское отделение, проводился небольшой ремонт, связанный с ликвидацией канализационной аварии, – отвечает на вопрос о червях в канализации специалист по связям с общественностью больницы Надежда Иванова. – В это время были заминки с водоснабжением и вентиляцией, поэтому не исключена ситуация, когда из-за повышенной влажности что-то подобное могло случиться».

Иванова как официальный представитель администрации лечебного заведения отметила, что данный корпус больницы был построен в 1963 году, поэтому во время ремонтных работ здесь могли происходить всякие неприятности. Но неприятного слова «черви» никто в медучреждении произносить не хочет.

«Сейчас последствия аварии ликвидированы. Больница приносит извинения за временные неудобства», – говорит Иванова.

Когда корреспондент «ДД» приехал в больницу, мужчина, пребывающий в одной из палат детского инфекционного отделения вместе со своим ребенком, подтвердил, что проблем с канализацией больше нет: «Там, наверное, труба снизу была забита, но сегодня утром приходили и смотрели – все в порядке».

Есть надежда, что когда-то – но не раньше 2020-х годов – удастся профинансировать строительство нового корпуса больницы, и тогда отделения, в том числе и детское, смогут покинуть старые стены. Так написано и в плане развития Ида-Вирумаа. «Но делаться это будет не на европейские, а на бюджетные средства, а списка инвестиций Министерство социальных дел пока еще не представило», – прокомментировал данный вопрос руководитель пресс-службы Ида-Вируской центральной больницы Юло Вельдре.

Одного червяка точно видели

Целая компания работников больницы собралась в детском отделении, чтобы провести по зданию корреспондента и продемонстрировать ему здешний порядок. И действительно: везде чисто и никаких канализационных ароматов, а ведь замаскировать их было бы сложно. Порядок присутствует даже в подвале, где рабочие совсем недавно разбирали пол, чтобы сантехники вычистили и починили коллектор.

«Когда произошла эта авария, затопило всё, с третьего этажа. Это старое здание, и здесь трубы не меняли со дня его рождения», – объясняет старшая сестра детского отделения Галина Воробьева. Но она уверяет, что никакого «удава» в душевой палаты №21, в которой лежала с ребенком обратившаяся в газету Наталья, не было: просто выполз из стока какой-то червячок: «Это первый такой случай, для нас самих это было шоком».

«Такие аварии происходят везде», – замечает Юло Вельдре. По его словам, во время ликвидации аварии рабочие вытаскивали из вскрытых труб и бинты, и разные гигиенические принадлежности: «Когда мы начали искать червей, нам сразу сказали, что если кто-то и может сюда их принести, так это некоторые пациенты. Эта женщина приходила жаловаться в администрацию больницы, ей предложили написать официальное заявление, но она не захотела. А раз так, то мы не понимаем, зачем человек обратился в газету».

Все друг другом недовольны

«Я уже более сорока лет работаю в детском отделении, и наблюдаю, что контингент меняется не в лучшую сторону, – рассуждает Галина Воробьева. – Да, есть родители, которые все воспринимают адекватно, но случается и по-другому. Кому-то цвет стен в палатах не понравился – и написали об этом в „Фейсбуке”, мол, депрессия развивается из-за этого цвета». А Юло Вельдре уже подсчитал, что половина жалоб пациентов относятся не к лечебной, а хозяйственной сфере, причем они противоречат друг другу: «Кому-то слишком тепло, а кому-то холодно».

Работники отделения буквально наперебой рассказывают, как нерадивые родители и их невоспитанные и неконтролируемые дети ломают в палатах телевизоры, дистанционные пульты, телеантенны, а дигибоксы – так и вовсе воруют чуть ли не пачками. Безответственность пациентов сказывается, в том числе, и на состоянии канализации. Например, завхоз детского отделения утверждает, что в трубе можно найти даже головы кукол.

Медики недовольны поведением некоторых пациентов, а обратившаяся к нам Наталья, в свою очередь, критикует персонал детского отделения. Выписалась она с чувством большого эмоционального облегчением, потому что, по ее словам, работники отделения – люди старой закалки, и она помнит их в больнице еще со времен собственного детства: «Видно, что молодежь в этом коллективе не приживается».

Пациента обидели

Наряду с червями в канализации и слоем пыли под кроватью Наталью поразило отношение медиков к ее ребенку и к ней самой: «Меня выталкивали из процедурного кабинета, когда у ребенка брали кровь и ставили ему катетер. Ребенку пять лет, с ним уже можно договориться, а они сразу начали меня выпроваживать. Я никуда не пошла, но ребенок из-за всего этого, естественно, начал плакать. Тогда подошла еще одна медсестра и уже руками начала меня выталкивать со словами: «Ну идите, идите же отсюда!» Я сравниваю с Тарту, где мы сдавали анализы, ребенок сидел у меня на руках и даже не пикнул, пока медсестры всё спокойно делали. А здесь просто хамство!»

В итоге мать отстояла свое право оставаться с ребенком, но за это, по ее словам, мальчика на прощанье оскорбили, сообщив ему, что он «не мужик» и «пискля».

Комментируя такое замечание недовольной женщины, Надежда Иванова заметила, что однозначный запрет на присутствие посторонних, в том числе близких, действует только в операционных помещениях. В иных случаях персонал оценивает ситуацию на месте и просит родителя либо присоединиться и помочь провести процедуру, либо подождать в палате или коридоре:

«Если родитель желает присутствовать, и он способствует проведению процедуры, нельзя запретить ему находиться рядом с ребенком. Но бывают случаи, когда ребенок в присутствии родителей не дает ни кровь взять, ни катетер поставить, не слушает ни персонал, ни маму или папу. А без родственников он внимательно следит за тем, что происходит и позволяет медработнику провести нужную процедуру».

Иванова еще раз предложила Наталье оформить официальную жалобу: «Мы не рассматриваем анонимные обращения в газету, не можем комментировать ситуацию без выяснения обстоятельств с точки зрения обеих сторон. Чтобы дать комментарий и ответ на жалобу Натальи, нам нужны от нее все необходимые данные для начала делопроизводства по этому происшествию».

От редакции: Слово «коммуникация» (от лат. communicatio – сообщение, передача; от лат.communico – делаю общим) имеет много значений. В частности, в единственном числе оно означает обмен информацией между живыми организмами, то есть общение, а во множественном – комплекс систем, обеспечивающих нормальную жизнедеятельность потребителей, то есть те же самые канализационные трубы. В данной ситуации произошел сбой на обоих уровнях – и коммуникационном с точки зрения психологии, и на сантехническом. Последний уже ликвидирован, а с ним – и низшие живые организмы, вызвавшие справедливое негодование пациентки. Теперь остается договориться высшим живым организмам, людям. Наверное, если человек хочет, чтобы с его претензиями разобрались, действительно есть смысл написать жалобу.

НАВЕРХ