Тийт Таммару: Шведский опыт интеграции

Тийт Таммару.

ФОТО: uttv.ee

Профессор Тартуского университета Тийт Таммару пишет о шведском опыте работе с иммигрантами, а также о том, чему могла бы Эстония поучиться в этом плане у Швеции.

Мы стоим перед лицом миграционного кризиса. Последние четыре десятилетия Европа являлась, по сути, землей обетованной, куда стремились попасть жители третьих стран. Выходцы из других стран составляют сегодня уже от четверти до половины населения крупных европейских, в том числе шведских городов. Политика открытых дверей привела к тому, что о Швеции сложилось представление как о стране, дружелюбно настроенной по отношению к иммигрантам.

В свете того, что Швеция, сломленная нынешним миграционным кризисом (см. график), решила пересмотреть свои политические установки в отношении иммиграции, самое время вспомнить о том, каких успехов добилась эта страна в сфере интеграции. Опыт Швеции интересен еще и тем, что данные регистра народонаселения позволяют получить представление о том, как складывается жизнь этих людей, что происходит на рынке труда и рынке жилья, как меняется семья и т.д. Так, например, шведский регистр отражает данные о первой работе и первом местожительстве иммигрантов, позволяет проследить за тем, какие перемены происходят в их жизни.

С точки зрения интеграции ключевое значение имеет следующее обстоятельство: будут ли иммигранты жить и работать обособленно или нет. В свою очередь, это зависит, с одной стороны, от социальной и пространственной мобильности, с другой стороны – от предпочтений и дискриминации. Социальная мобильность в первую очередь означает преуспевание на рынке труда: как быстро человек находит первое место работы, как складывается его профессиональная карьера.

Пространственная мобильность охватывает решения, связанные с выбором местожительства. Эти решения зависят от успехов на рынке труда, иначе говоря – от доходов, от спутников жизни, а также от предпочтений. Как раз с предпочтениями дело обстоит сложнее всего. Даже незначительное предпочтение себе подобных может приводить к значительным социальным и пространственным различиям.

Это предпочтение может не иметь ничего общего с ксенофобией или расизмом. Просто людям свойственно общаться с себе подобными. На новой родине иммигранты предпочитают общаться с соотечественниками, зачастую селятся в одном районе, работают на одном предприятии, посещают одну и ту же церковь, центры культуры и т.д.

Что произошло с иммигрантами, обосновавшимися в Швеции? Эти перемены очень интересны, причем изменения, связанные с жильем, работой, семьей, очень различаются. При этом среди соседей иммигрантов шведов со временем не стало больше.

Это связано с тем, что новые иммигранты селятся в тех районах, где уже живут их соотечественники. В то же время часть иммигрантов, из тех, кто уже живет какое-то время в Швеции, переезжает в районы города, где большинство населения составляют шведы, однако этот процесс идет медленно. Иммигранты предпочитают селиться в одних и тех же районах, при этом шведы этих районов избегают.

Любопытная ситуация складывается и на рынке труда. На поиски первого места работы уходит довольно много времени, далеко не все иммигранты сразу его находят. Половина из них трудоустраивается в первые пять лет, у остальных поиски работы затягиваются на больший срок.

Прослеживается четкая связь между тем, как быстро человеку удается найти работу, и его возрастом: чем моложе иммигрант, тем быстрее он найдет первую работу, и наоборот. Иммигранты в возрасте 50 лет и старше в большинстве своем не находят в Швеции работу. И в этом плане большой разницы между мужчинами и женщинами нет, что несколько удивляет, ведь на родине иммигрантов уровень трудовой занятости женщин очень низкий, в некоторых странах работа есть только у каждой пятой.

Интересно проследить за тем, как беженцы и остальные им-мигранты адаптируются на рынке труда. Хотя на поиски работы у них и уходит много времени, через десять лет после приезда в страну между беженцами и остальными иммигрантами уже не наблюдается столь больших различий. Со временем среди коллег иммигрантов оказывается много шведов, в этом плане ситуация на рыке труда отличается от ситуации на рынке жилья. Другими словами: интеграция на рынке труда идет быстрее, чем интеграция на рынке жилья.

Если на рынке труда и рынке жилья нет больших различий между мужчинами и женщинами, то совсем другая ситуация прослеживается, когда речь идет о смешанных браках. Говоря о иммиграции в Швецию, следует иметь в виду, что значительную ее долю составляет брачная иммиграция: 10-20% людей, приезжающих в страну, имеют супруга, проживающего в Швеции.

Брак большинства мужчин-иммигрантов, женившихся на шведках, распадается в первые пять лет, исключение составляют мужчины, приехавшие из Южной Америки. Что касается женщин, то ситуация прямо противоположная: количество женщин, состоящих в смешанном браке, увеличивается. Например, к пятому году жизни в Швеции примерно треть женщин из Азии заключают браки со шведами.

С точки зрения интеграции смешанные браки имеют большое значение, так как благодаря им у людей появляется общий круг общения, в который входят родственники, друзья, знакомые партнеров. Смешанные браки помогают объединять различные социальные круги. При этом женская брачная иммиграция имеет для интеграции большее значение, чем мужская брачная иммиграция.

Подводя итоги, можно сказать, что опыт Швеции показывает, как важно рассматривать интеграцию как некое связующее звено между различными областями жизни.

Если говорить о рынке труда, то нужно думать не только о том, что иммигрантам нужна работа, но и о том, какую работу они получают. Если мы станем предлагать иммигрантам низкооплачиваемую работу в тех областях, где сами эстонцы не хотят работать, то это обернется проблемами. Низкооплачиваемые приезжие не смогут приобретать жилье в регионах, где живут эстонцы. Когда население дифференцируется по месту жительства, это влияет на детей, ведь поступление в школу зависит от района проживания. У детей не будет общих друзей и знакомых, социальные связи не образуются.

Мы наблюдаем все эти негативные явления в Эстонии в отношении русскоязычного населения. Есть говорить коротко, то одного обучения языку недостаточно, как недостаточно только рабочих мест. Целью должно быть создание для иммигрантов равноценных рабочих мест, возникновение социальных связей. Это невозможно без сотрудничества различных ведомств. Эстония в этом плане занимает неплохую позицию, поскольку интеграция является одной из тех немногих областей, в которой министерства уже тесно сотрудничают.

НАВЕРХ