Имена и данные жертв преступлений хранятся в открытом регистре

Copy
Обращаем ваше внимание, что статье более пяти лет и она находится в нашем архиве. Мы не несем ответственности за содержание архивов, таким образом, может оказаться необходимым ознакомиться и с более новыми источниками.
Фото: Repro

Чтобы рассказать эту историю, первым делом необходимо разъяснить, каким образом государство обращается с личными данными по судебным процессам, которые проводятся по следам преступлений.

Чтобы установить судимость и наличие наказаний у тех или иных людей, в Эстонии существует Регистр наказаний, в котором представлены проступки и преступления всех лиц, понесших наказание. Если, например, работодатель желает принять какого-то человека на работу, то у него есть возможность направить запрос в регистр о своем будущем работнике, заплатив при этом четыре евро.

Если у человека имеется действующая судимость, работодатель получит об этом информацию, но если наказания погашены, регистр выдает на работника чистый лист.

На самом же деле существует еще и база данных по судебным приговорам, где зачастую можно обнаружить судебные вердикты, в которых предаются огласке преступления лиц даже после того, как сроки давности в отношении содеянного уже истекли. Имена жертв и свидетелей, а также прочие личные данные почти всегда в этих вердиктах отсутствуют – хотя порой там все же проскакивает отдельная информация.

Все описано в деталях

Существует, однако, и третья база данных, в которой содержатся решения судов, вынесенные до 2006 года, и в ней не все в порядке с точки зрения защиты личных данных. В этой базе данных представлены сотни судебных решений, в которых детально описываются все случаи преступления закона вместе с именами преступников, жертв, свидетелей и экспертов. Иногда туда же занесены и домашние адреса причастных к делу лиц или имена их ближайших родственников.

Содержание судебных приговоров варьируется от мелких краж до жестоких убийств и изнасилований. С точки зрения детализации эти материалы местами можно сравнить даже со скандальным произведением Каура Кендера «Untitled 12», из-за которого он ходит по судам в связи с обвинениями в изготовлении детской порнографии.

Здесь было бы уместно отметить, что если в творении Кендера фигурируют вымышленные персонажи, то в документах третьей базы данных все фигуранты – абсолютно реальные люди из плоти и крови.

Судебные вердикты вместе со всеми отвратительными подробностями выложены в систему судьями, выносившими в свое время приговоры, или их помощниками, и, по сути, сейчас все это находится во всеобщем открытом доступе. Вплоть до 2007 года в подобных действиях судей не было ничего противозаконного, однако сейчас правила явно изменились – ведь совершенно немыслимо, чтобы любой человек имел свободный доступ к изучению материалов по делу изнасилования несовершеннолетнего.

Эксперты критически отзываются о базе данных. По оценке бывшего министра юстиции Рейна Ланга (Партия реформ), нынешняя ситуация крайне странна. «По-моему, после провозглашения приговора суд должен строго соблюдать требования защиты личных данных, и нет никакого логичного оправдания тому, что личные данные свидетелей, пострадавших, экспертов и прочих лиц по сути валяются на улице», – отмечает он.

Да и по утверждению советника по связям с общественностью Инспекции по защите личных данных Майре Иро, публикация имен пострадавших является не­оправданным действием: «Судебные приговоры представляются для публикации без данных, позволяющих определить пострадавших. Достойно сожаления, что в прежних судебных приговорах такая информация все-таки может просачиваться».

Намерение министерства

По словам Иро, внимание ответственного обработчика данных Riigi Teataja  обращалось на эту проблему уже неоднократно: «Инспекция по защите личных данных изучает этот вопрос в порядке осуществления надзора во втором полугодии».

С Лангом и инспекцией согласен и присяжный адвокат из адвокатского бюро Sorainen Михкель Мийдла, одной из сфер деятельности которого и является защита личных данных.

«В криминально-процессуальном кодексе уже пре­дусматривается обязанность заменять имя (пострадавшего) и прочие личные данные инициалами или буквенными символами. В отношении уже опубликованных судебных приговоров у каждого субъекта защиты личных данных есть право требовать прекращения публикации его личных данных, если закон не предполагает иного, и это является технически возможным и не требует непропорционально значительных затрат», – пояснил он.

По словам управляющей базой данных пресс-секретаря Министерства юстиции Марии-Элизы Туулик, эти судебные решения были опубликованы на основе действовавших в свое время правовых актов.

«Согласно действовавшим тогда законам в значительной мере именно суды решали, какие данные следует удалять из приговоров перед их публикацией. Кроме того, в то время закон предусматривал, что человек мог и сам ходатайствовать об изъятии своих данных, и такая возможность применительно к прежним вердиктам сохраняется и сейчас. Для этого необходимо обращаться к суду, вынесшему приговор», – пояснила она.

По оценке Туулик,  люди не достаточно хорошо осведомлены и не всегда могут находить в старых судебных приговорах касающиеся лично их данные, а также ходатайствовать об их удалении. «Помимо этого, необходимы значительные дополнительные ресурсы, чтобы у работников суда была возможность просмотреть все старые решения, учитывая новые требования. Это весьма объемная работа, которая, вероятно, не пойдет на пользу общества, поэтому мы всерьез рассматриваем возможность прекратить публикацию в базе данных старых вердиктов, вынесенных до 2006 года», – сообщила она.

«В KOLA (база данных судебной статистики и судебных постановлений) есть вердикты, которые относятся к периоду более чем десятилетней давности, общественный интерес к ним продолжает снижаться, но при этом значение защиты личных данных со временем возрастает», – отмечает она.

Пресс-секретарь Минис­терства юстиции отметила, что постановления суда, занесенные в базу данных после 2006 года, останутся по-прежнему доступны общественности.

Бывший министр юстиции Ланг критически относится и к открытому регистру личных данных преступников, который ведется с 2006 года.  

Открытый или закрытый

«Споры шли – и продолжают идти – вокруг того, должен ли Регистр наказаний оставаться открытым. В Эстонии законодатель решил, что он будет открытым, однако, этим недовольны многие правоведы и специалисты в области социальных наук. Личные данные исключаются из Регистра наказаний, когда гасится само наказание», – отмечает он.

Ланг отметил, что теоретически у каждого человека после погашения его записи в Регистре наказаний есть право требовать погашения соответствующей записи и во всех прочих источниках: «Каким образом это решается на практике – вопрос на миллион долларов».

Исключения

После истечения срока давности преступления данные о наказании лица не подлежат исключению из опубликованных судебных вердиктов применительно к следующим преступлениям: преступления против личности, правонарушения против мира, военные преступления, преступления против международной безопасности, убийства, некоторые правонарушения в отношении свободы, преступления против сексуальной самоидентификации, преступные деяния в отношении несовершеннолетних лиц, некоторые виды наркопреступлений, преступления террористического характера, членство в преступной группировке и организация преступлений, допущение противозаконной деятельности, отмывание денег, отравление, поджог и противонарушения, связанные со взрывами, противозаконное обращение со взрывчатыми веществами и взрывными устройствами, а так же противозаконное обращение с огнестрельным оружием или с его существенными деталями и боеприпасами.

ИСТОЧНИК: РМ

Наверх