Михаил Лотман: русских возмущает не ксенофобия, а то, что их приравнивают к иммигрантам

Поделиться Поделиться Поделиться E-mail Распечатать Пришли новoсть Комментировать
  • Среди русских ксенофобии ничуть не меньше, чем среди эстонцев
  • Хельме собирается играть на том, что русских приравнивают к иммигрантам
  • Итоги визита. Папа Римский – противник стен между людьми, нациями и культурами
  • Разрушать барьеры нужно начинать с себя

Стало ли в Эстонии обыденным называть неэстонцев «калеками», «браком» и «раковой опухолью Кремля»? Почему никто из политиков и лидеров общественного мнения не отреагировал на резкие высказывания?

Rus.Postimees поинтересовался мнением семиотика, члена партии Isamaa Михаила Лотмана.

Фрагменты беседы:

– Разделяете ли вы обеспокоенность председателя Таллиннского горсобрания М.Кылварта, который говорит в открытом письме к президенту о том, что в Эстонии растёт толерантность к ксенофобии?

– Я понимаю обеспокоенность Кылварта – не только как человека русской культуры, но и как крупного политика Центристской партии. Дело в том, что партия EKRE (автор многих резких заявлений в адрес русских - прим.ред.) превратилась в очень сильного конкурента именно центристов. Сейчас происходит довольно интересная борьба за русский электорат.

Лидер EKRE Хельме чётко знает, что кому говорить. Это было сказано не для русских ушей, а для тех эстонцев, которые хотят это слышать. Для других эстонцев он говорит «негры», «черномазые», «деревянная башка» и т.д. Но у него есть и специальная программа для русских, и Хельме этого не скрывает.

Первый пункт этой программы касается ксенофобии. Кылварт неаккуратно использует этот термин. Среди русскоязычных жителей Эстонии ксенофобии ничуть не меньше, чем среди эстонцев, а может быть и больше.

Недавно я побывал на Северо-Востоке, в Нарве, где напряжения среди русских и эстонцев нет, ведь Нарва – это русский город, но при этом очень чувствовалось настроение недоверия к тем, кто приедет сейчас из Африки или Азии.

Многих русских возмущает не то, что в обществе сильная ксенофобия, а то, что к ним плохо относятся и приравнивают к иммигрантам.

Мол, что мы, такие как они? И на этом Хельме собирается играть. Неприятие новых мигрантов из стран Южной Европы, Африки, Азии – этот пункт программы Хельме у многих русских вызовет сочувствие. Но главный пункт – это третий: неприятие ЕС, евробюрократии и, в конечном счете, неприятие Эстонского государства.  

Хельме русским говорит одно, а эстонцам – другое, но смысл всей его программы заключается в том, что представители EKRE играют не на разумных доводах, а на инстинктах – страхе, ненависти, недоверии. К приезжим, Брюсселю, своему государству.

– И всё-таки почему Хельме после серии резких заявлений в адрес русских неожиданно высказал в интервью Rus.Postimees толерантную по отношению к неэстонцам позицию?

– Это логика таких партий. Вспомним российскую историю. Летом 1917 года Владимир Ильич Ульянов-Ленин говорил совершенную чушь и все над ним смеялись. И только философ Фёдор Степун задним числом понял: неважно, что говорил Ленин, важна мобилизация масс. Он бросает разные лозунги, которые нравятся то одним, то другим, и эти явные нестыковки не играют роли, это же не логический текст.

– И подведем итоги недавнего визита в Эстонию главы Римско-католической церкви. Зачем к нам приезжал Папа Римский Франциск? Мы ведь страна не католическая…

– Я, например, католик. Папа Римский отметил, что Таллинн – самая северная столица, которую он в своей жизни посетил. Выделю несколько аспектов. Во-первых, этот Папа Римский вообще посещает приграничные, а иногда просто прифронтовые зоны. Он до сих пор не был в родной стране Аргентине. Франциск не ездит в те страны, где заранее известно, что ему будет обеспечен хороший приём. Он ездит в проблемные страны. Эстония, с точки зрения католицизма, тоже проблемная страна, хотя в своей речи он подчеркнул наши успехи. Этот папа очень социален, поэтому он как раз-таки выделил успехи Эстонии в развитии человеческого потенциала.

Есть и ещё один важный символический момент. В каком-то смысле Папа Рисмкий здесь был более свободен, чем в католических странах. Он мог свободно высказаться, в частности – об экологии, ответственности человека перед природой, – поскольку знал, что в Эстонии экологическое сознание гораздо острее, чем в Южной Европе.

Папа Римский – противник стен, противник барьеров между людьми, нациями, культурами.

Но главные барьеры находятся не за колючей проволокой или бетонными стенами, а в человеческом сердце. Разрушать барьеры нужно начинать с себя.  

Подробности - в видео!

НАВЕРХ