Чтобы добавить закладку, вы должны войти в свой аккаунт на Postimees.
Войти
У вас нет аккаунта?
Создать аккаунт на Postimees
Обращаем ваше внимание, что статье более пяти лет и она находится в нашем архиве. Мы не несем ответственности за содержание архивов, таким образом, может оказаться необходимым ознакомиться и с более новыми источниками.

Черно-белая Эстония

Мстислав Русаков ФОТО: Сергей Трофимов/День за Днем

Некоторые события, происходящие в Эстонии, не могут не удивлять. Причём они удивляют как приятно, так и неприятно. Представляю вниманию уважаемого читателя парочку таких историй. Для равновесия одна из них будет мрачной и безысходной, другая же наоборот – светлой и радужной. Начнём с плохого.

Недетские шалости

Это произошло в одной из школ. Не говорю какой, так как подобное, увы, может произойти где угодно. В одном из первых классов учился мальчик из неполной семьи. Так получилось, что кроме мамы у него никого не было. Мама работает бухгалтером, изо всех стараясь, чтобы у её сына было всё, что и у других детей. Однако дети признали этого мальчика асоциалом и прозвали бомжом. Притом, что это не был какой-то там мажорный Французский лицей, или, на худой конец, Тынисмяэская реальная школа. Школа сама обычная, можно сказать, дворовая. От словесных оскорблений недалеко и до физического воздействия. Одноклассники начали ребенка периодически поколачивать. Не очень сильно, всё-таки дети, но атмосфера постоянного морального унижения была создана.

Традиция, сформировавшаяся в первом классе, продолжилась и во втором. Но на этот раз побои были уже несколько серьёзней. Детки, что называется, подросли. Простые пинки и затрещины уже не доставляли прежнего удовольствия малолетним хулиганам. Хотелось чего-то более забойного. Было придумано записывать избиения на мобильный телефон. В результате получилась такая картина: двое держат за руки, один бьёт, четвёртый снимает, раздавая инструкции, в какую сторону лучше повернуть избиваемого для более удачного ракурса.

Мама ребёнка и раньше слышала жалобы от сына на побои со стороны одноклассников. Пыталась что-то выяснить у учителей, но её уверяли, что у мальчика буйная фантазия, и он сам себя царапает. Видеосъёмка – это уже доказательство того, что мальчика действительно бьют. Нападение зафиксировала и школьная видеокамера. Мама подала заявление в полицию. Однако не надо быть юристом, чтобы понять, что 8-летний ребёнок не может преследоваться в уголовном порядке. Возраст уголовной ответственности – 14 лет. Дело против хулиганов не было возбуждено. Удивляться нечему. Удивление заслуживает то, что уголовное дело было возбуждено против мамы пострадавшего мальчика.

Для выяснения обстоятельств она пришла в школу. Нашла юного кинолюбителя, взяла его за руку и повела к школьному психологу для дачи разъяснений. Школьный психолог была шокирована подобной дерзостью: «Как Вы могли чужого ребёнка, да за руку, да ещё куда-то приводить». Это было расценено как насилие против малолетнего. Папа мальчика, которого противозаконно взяли за руку, подал заявление в полицию. И на этот то раз справедливость восторжествовала и дело было возбуждено. Теперь преступной маме грозит до 5 лет тюрьмы, ребёнку соответственно – детдом, так как больше у него никого нет, а у папы юного кинолюбителя, наверное, останется чувство глубокого морального удовлетворения.

Но не всё так скверно в эстонском королевстве. В нашей сегодняшней бочке дёгтя есть и добрая половина бочки мёда.

А был ли мальчик?

Многие уже знают историю о 15-летнем мальчике, которого эстонское государство лишило эстонского гражданства, которое он получил из-за ошибки чиновника. Открою секрет. Мальчика не было. Была девочка. В Центр информации по правам человека обратился папа этой девочки. Я уже внутренне приготовился к тому, что придётся несколько лет пробивать головой стену, как в случае с военными пенсионерами, и создавать прецедент. И ведь ещё не факт, что он будет создан. Но такова уж наша правозащитная участь.

Независимо от меня мои коллеги рассказали об этом случае парламентарию Яне Тоом. Яну, как человека с обострённым чувством справедливости, это возмутило, и она написала свой депутатский запрос министру внутренних дел. Министр в своём ответе добросовестно процитировал Закон о гражданстве, дав понять, что гражданство Эстонии по рождению - это некий божественный дар, который либо есть, либо нет. У этого же ребёнка этого дара изначально не было, просто был выдан ошибочно некий документ (паспорт). Поэтому от неё никто не отбирает гражданства, поскольку его изначально и не было.

Но эта история попала в СМИ. Причём в эстонские СМИ. Читая комментарии в электронной версии Eesti Express, я был немало удивлён. Я то ожидал там что-то про понаехавших в очередной раз почитать. Ан нет! Комментаторы разделились на две неравные половины. Одни говорили, что это свинство, конечно, но закон есть закон . Другие же не ограничивались констатацией свинства, но посылали подальше такой закон. При этом последние были в явном большинстве. Что не могло не радовать.

Дальше - больше. Президент, войдя в образ отца нации, объявил, что закон должен быть для человека, а не человек для закона. Канцлер права обратился в Госсуд для изменения Закона о гражданстве, который оказался антикоституционным и дискриминационным. Притом, что последние 10 лет эти же самые положения ни нынешним, ни прочими канцлерами права ни антиконституционными, ни дискриминационными не считались. Процесс пошёл. И пошёл в правильном направлении.

Девочке продлили действие эстонского паспорта на год вплоть до внесения в законодательство соответствующих изменений. Мой коллега очень долго удивлялся, что миграционные чиновники вынесли решение не на основании закона, а на основании мнения Канцлера права. Чисто формально это решение, действительно, является незаконным (так как в законе-то изменений ещё нет).

Какие из этой истории можно сделать выводы? Во-первых, в Эстонии есть и общественное мнение, и гражданское общество, но это общество и мнение исключительно эстонские. Во-вторых, русские депутаты могут быть архиполезны даже в том случае, когда находятся в оппозиции и изоляции.
 

НАВЕРХ
Back