Время коммента ⟩ Рубцы оккупации: что же не так с названиями улиц в Нарве? (2)

Ян Левченко
, журналист
Copy
Фото: Postimees

Вотум недоверия, инициированный в отношении мэра Нарвы Катри Райк, высветил застарелую проблему. Казалось бы, несмотря на географию Эстонии и налет ностальгии по СССР у старшего поколения, советские следы можно встретить лишь в архитектурных памятниках, музеях и библиотеках. И тут обнаружилось, что в Нарве в 2023 году четыре улицы названы в честь советских военных. И это довольно неожиданно.

Поводом для того, чтобы убрать мэра, намозолившего глаза недовольной оппозиции, стало, как известно, переименование этих улиц. Но какие бы реальные механизмы ни определяли действия депутатов, сама возможность такого повода в Эстонской Республике образца 2023 года говорит о запущенности дел. И вовсе не в вопросах городского хозяйства. С ними как раз можно справиться относительно безболезненно…

Катри Райк в студии Postimees.
Катри Райк в студии Postimees. Фото: Madis Veltman/Postimees/Scanpix Baltics

Кто эти люди, имена которых в 2023 году носят улицы Нарвы? Они герои, буквально - Герои Советского Союза, награжденные посмертно. Советская власть вообще любила мертвых героев. Артиллерист Михаил Горбач одним из первых форсировал реку Нарва в феврале 1944 года и прикрывал десант, пока его орудие не было уничтожено. Командующий зенитным взводом Игорь Графов также погиб в ходе февральского десанта. Тогда советской армии удалось захватить так наз. «нарвский плацдарм», и через неделю после этого пулеметчик Арсентий Бастраков погиб в бою у станции Аувере. Взвод младшего лейтенанта Алексея Юханова также в числе первых форсировал реку уже в июле 1944 года – его командир позднее умер в госпитале от ран.

Мэр Нарвы в 2019–2020 годах, пользующийся популярностью в городе, прошедший в Рийгикогу по списку центристов и влившийся в июле в их ряды Алексей Евграфов еще весной дал большое интервью «Северному побережью». В нем он заявил, что не отрицает оккупацию, но утверждает, что «тот же Игорь Графов, погибший на берегу реки Нарва, отстреливаясь от фашистов, никак не думал, что он оккупирует Эстонию. Он думал, что бьет гадов, освобождая землю от нечисти».

Алексей Евграфов в студии Postimees.
Алексей Евграфов в студии Postimees. Фото: Erik Prozes

Вне зависимости от стиля этого высказывания стоит обратить внимание на аргумент к тому, что «думал Игорь Графов», форсируя Нарву в составе советских войск. Можно заведомо согласиться с Евграфовым в том, что носитель созвучной ему фамилии вряд ли вынашивал планы оккупации Эстонии. Учитывая, что обычно происходит при прохождении водной преграды в боевых условиях, такое допущение было бы абсурдным. В той же степени маловероятно, что и остальные герои, имена которых увековечены нарвскими улицами, только и думали, как бы оккупировать Эстонию.

Ивангородская крепость летом 1944 года.
Ивангородская крепость летом 1944 года. Фото: Wikimedia Commons

Но раз уж мы вступаем на скользкий путь чтения чужих мыслей в прошлом, то не менее странным было бы полагать, что эти военные полагали, что освобождают Эстонию. Им было на ту Эстонию, грубо говоря, положить с прибором. Причем по тем же причинам, что были изложены выше. Они хотели убить как можно больше врагов и выжить сами. Они выполняли боевую задачу и выполнили ее ценой своей жизни. И пославшее их на смерть государство увековечило их память, как это принято очень и очень давно в разных традициях. Без оценок и без обид.

Проблема всей этой шаткой реконструкции чужих мыслей в том, что государство, сделавшее Графова героем, ушло из Эстонии в 1992 году. Оно ушло вместе с воинскими частями, которые в ходе так наз. «добровольного присоединения» оказались здесь в 1940 году и ненадолго отлучались из-за резко ухудшившейся обстановки в период 1941–44 годов. Это государство почти 50 лет диктовало тут свои правила, и к нему худо-бедно приспособились. За это время выросли люди, искренне уверенные, что мир устроен по советским стандартам, а все остальное – «западная пропаганда».

Брошенный советскими военными завод по размагничиванию корпусов кораблей в порту Хара, Лахемааский национальный парк.
Брошенный советскими военными завод по размагничиванию корпусов кораблей в порту Хара, Лахемааский национальный парк. Фото: Mihkel Maripuu/pm/scanpix Baltics

Но что бы они ни думали, с каким бы недоверием ни привыкали к новой жизни, она все равно брала свое. Государство сделалось другое – с другими героями и жертвами, с другим залом славы, если угодно. Да, его и сейчас искренне презирают все, кто считают, что герои были только в СССР. И да, таких людей реально много в России, потому что тамошнее государство ничего не делало, чтобы изменить это представление, но только на нем паразитировало. И массовое распространение мифа, что советский солдат только и делал, что освобождал, не поколебала даже бесчестная война в Украине. Потому что иначе рухнет мир.

Можно ли тут жить...
Можно ли тут жить... Фото: Wikimedia Commons

В России переименование улиц началось в 1990-е, с разной интенсивностью продолжалось в крупных городах, но скоро захлебнулось. До средних и малых населенных пунктов оно и вовсе не дошло. Дело не только в том, что все постсоветские годы в городах России остаются улицы с названиями Ленина, Советская и Октябрьская. Всюду имена советских чиновников, военачальников, офицеров спецслужб и солдат, отличившихся в так наз. «горячих точках» и точно так же провозглашенных государством героями. Вне зависимости от того, что они творили в Афганистане, Анголе и Чечне. Разницы никакой нет, потому что, как мы знаем, Россия нигде не кончается, и это уже не надо доказывать.

В Таллинне улицы переименовали сразу в 1990-е, причем речь шла не только об исторических названиях. Хотя фанаты СССР и присвоенных им героев империи, могли бы помахаться, скажем, за то, чтобы Каарли-пуйэстеэ осталась бульваром Суворова, а Тоом-Пуйэстеэ – Гагарина! Но как-то не срослось. Даже достаточно новая улица Федюнинского была переименована Паэкааре в честь известняковой гряды, лежащей в основании холма Ласнамяэ. Потому что нечего трепетно хранить в городском пространстве память о генерале, который в 1944 году брал Таллинн. Советская власть пометила им тут свою территорию. Поменялась власть – метки стали другими, остальное в музей.

Конечно, можно покивать в сторону Парижа, Брюсселя, Болоньи и еще нескольких десятков городов, где встречается топоним «Сталинград». В России этим любят щеголять: Европа, дескать, помнит, от кого вообще-то все зависело, кто главный и так далее. Но проблема в том, что память о Сталинградской битве – это скорее память о переломном сражении Второй мировой войны, а герои у каждой страны свои. Немаловажно здесь и то, что Франция, Бельгия и Италия никогда не были оккупированы Советским Союзом.

Станция метро «Сталинград», Париж.
Станция метро «Сталинград», Париж. Фото: Wikimedia Commons

В Нарве же переименование улиц осложнялось тем, что советская власть фактически уничтожила прежний город. Возникшая на его месте сетка улиц не имеет никакого отношения к прежней. В этом смысле нарвская топография – иллюстрация того, как в СССР удалось все разрушить и перемешать с целью отключения и перезагрузки памяти. Теперь в Нарве знаком связи с прошлым является младший лейтенант Графов, и других героев у нас для вас нет.

Присутствие этих имен в городской топографии недвусмысленно указывает на то, что солдаты советской армии остаются для Нарвы героями, освободителями. Их имена сшивают городскую ткань и влияют на идентичность горожанина. В сущности, это действующий реликт Эстонской ССР – то есть Эстонии в период советской оккупации.

Мурал в Раквере, аллегорически изображающий попытки жителей оккупированной советами Эстонии заглянуть в будущее.
Мурал в Раквере, аллегорически изображающий попытки жителей оккупированной советами Эстонии заглянуть в будущее. Фото: Ян Левченко

При этом совершенно неважно, думали или не думали об оккупации люди, которые принесли ее в Эстонию и теперь увековечены в названиях нарвских улиц. Как дипломированный историк, автор книг и признанный интеллектуал Катри Райк отлично понимает, что в Нарве сознательно сохраняется плацдарм сопротивления эстонскому государству, его символам и ценностям. А те, кто стремится ее убрать с поста мэра, - тем более.

Комментарии (2)
Copy
Наверх