Лауристин: я бы отправила русских учителей в эстонскую школу преподавать эстонским детям

Марью Лауристин

ФОТО: Евгения Зеленская

«Для более качественного изучения эстонского языка необходимо полностью пересмотреть систему обучения, расширив ее до гражданского и социального уровней», – заявила профессор Тартуского университета Марью Лауристин на семинаре в Нарве, посвященном результатам мониторинга интеграции эстонского общества за 2011 год.

Мониторинг был проведен компаниями Praxis, TNS Emor и учеными Тартуского университета по заказу Министерства культуры. В нем были охвачены темы межнациональных отношений и идентичности, рынка труда, образования, ценностей, политических предпочтений, участия в жизни общества, пользования средствами массовой информации, а также рассмотрена проблема новых иммигрантов.

Волновал нарвитян, собравшихся на семинаре, вопрос изучения эстонского языка. «Каким образом педагоги и директора школ могут сдать язык на нужный уровень, если им не позволяет изучать его специально рабочая нагрузка и отсутствие качественного преподавания?» – так можно сформулировать вопрос, который задавался госпоже Лауристин от нескольких групп участников семинара.

«Я бы предложила радикальный способ, – откровенничает профессор, подчеркивая, что кто-то, возможно, сочтет ее идею сумасшедшей. – Например, взять учителей-предметников и на полгода отправить в эстонскую школу преподавать эстонским детям. Да, поначалу будет трудно, не спорю, дети будут посмеиваться над знанием эстонского у их педагога, но, если учитель грамотный и умеет найти подход к детям, то, уверяю вас, через полгода он свободно заговорит по-эстонски», – уверена Лауристин.

Профессор настаивает на том, что пора поменять подход к изучению языка, сделать его более интерактивным и всеохватывающим.

«Так получится только тогда, когда филологи, разрабатывающие методику, и социологи, которые изучают проблемы интеграции, объединятся и вместе разработают систему, которая будет, наконец, работать результативно», – прокомментировала Марью Лауристин свою позицию, отвечая на вопросы «Инфопресса».

«Скажу вам откровенно, не каждый мой студент-эстонец способен сдать язык на высший уровень. А в Тартуский университет попадают лучшие студенты», – отметила профессор.

Говоря о Языковой инспекции, Марью Лауристин высказала мысль о том, что этот институт «устарел», и что там, как минимум, необходимо пересмотреть кадровую политику, отправив некоторых инспекторов на пенсию и заменив их молодыми специалистами.

Что же касается политики интеграции в целом, то профессор уверена, что для более плодотворной работы в этом направлении необходимо образование стратегического центра на уровне парламента.

«Сейчас практически во всех фракциях есть представители русскоязычного населения, есть молодые, имеющие новый взгляд на жизнь, и потом – парламентский уровень – это уровень, где можно собраться вместе и договориться, найти общие точки. Кроме того, тема интеграции должна быть выведена из сферы политической конкуренции», – подытожила свою мысль Лауристин.

Статистика и факты

Но вернемся к основной теме семинара – один из выводов, которые сделали специалисты: с точки зрения политики интеграции, иммигрантов, которые приехали в Эстонию в разное время, и их потомков невозможно рассматривать как единую группу.

Русскоязычное население разделилось на довольно контрастные группы. Если за признаки интеграции взять знание эстонского языка, наличие гражданства, отожествление себя с народом Эстонии и отношение к Эстонии как к родине, то можно сказать, что совершенно или в большей степени интегрирована приблизительно треть – 32% представителей иных национальностей. В то же время, абсолютно не интегрированными остаются 13%.

Если сравнивать 2008 год и год прошедший, то характерная для того времени отчужденность постепенно отступает. Несмотря на то, что настрой не является таким позитивным, как был в предшествующие кризису годы, картина все же лучше, чем в 2008 году.

Считающих Эстонию своей родиной неэстонцев сейчас 76%. Со стороны же эстонцев более позитивным стало отношение к привлечению представителей других национальностей к участию в общественной жизни. 66% эстоноязычных респондентов согласились с утверждением, что «мнение русскоязычного населения следовало бы лучше знать и в большей степени учитывать, чем это было до сих пор, потому что оно является частью общества Эстонии».

Если говорить о рынке труда, то ситуация тут продолжает находиться на том уровне, когда все же русскоязычным сложнее идти вверх по карьерной лестнице. Это касается, прежде всего, русскоязычных женщин. Несмотря на то, что многие молодые русскоязычные женщины имеют высшее образование и отличное знание эстонского языка, они сталкиваются с «феноменом стеклянного потолка».

«Это определение используют в Европе, где точно такие же проблемы с некоренной частью населения, как и у нас. Когда, даже несмотря на знание языка и наличие хорошего образования, женщины, достигая определенного карьерного уровня, упираются в этот самый «потолок», не имеют по какой-то причине возможности двигаться дальше», – подчеркивает профессор.

Интересный факт, который тоже исследовали в рамках мониторинга: если работодатель эстонец, то на предприятии работают и эстонцы, и русские, более того, русские имеют возможность изучать язык. Если же работодатель русский, то обучение языку практически не происходит, нет для этого возможностей. Коллектив обычно тоже состоит из русскоязычных работников. «Особенно это характерно для Ида-Вирумаа», – заметила Марью Лауристин.

Лауристин отметила, что в ходе исследования была выявлена разобщенность эстонцев и представителей других национальностей в различных сферах. Так, на одном бизнес-семинаре, где присутствовали молодые бизнесмены, было всего лишь двое русских.

Также и в других сферах – педагоги русскоязычных школ предпочитают, чтобы курсы повышения квалификации им проводили отдельно от эстонских коллег, несмотря на владение языком.

«Получается, что участие русскоязычного населения в гражданском обществе слабое. Кроме того, отсутствие профессионального общения с коллегами-эстонцами тоже не самый приятный и полезный для профессионального роста фактор. Получив такие результаты, мы рекомендовали фондам внимательнее подходить к национальной принадлежности участников проектов, по возможности задействуя (и даже ставя это одним из условий!) разные национальности», – подчеркнула Лауристин.

Нарвитяне менее всего стремятся уехать из страны

Несмотря на существующие трудности, умонастроения, царящие в обществе, сравнительно благоприятны для более конструктивного продвижения политики интеграции. В анализе, например, была выделена целевая группа «русскоязычных патриотов Эстонии», которую характеризует очень высокая лояльность по отношению к Эстонскому государству, но, в то же время, их владение языком находится на не очень высоком уровне. Однако заслуживает внимание и группа людей, которые очень хорошо владеют эстонским языком, но относятся критически и с недоверием к политике и государственным институтам в Эстонии.

«Вы не поверите, наверное, но, несмотря на «русскость» Нарвы, здесь собралось самое патриотичное население Эстонии», – заявляет Лауристин.

«Менее всего нарвитян, отвечая на вопрос о возможном переезде в другую страну, ответили положительно. В основном люди хотят жить здесь, в Эстонии. Нарва за последние годы стала более открытым городом, и это радует. Прогнозы некоторых скептиков о том, что город станет неким анклавом, не оправдались. Однако в политике интеграции мы всегда придерживаемся той точки зрения, что подход к Ида-Вирумаа должен быть особенным. Здесь совершенно иные настроения, иные проблемы, иной расклад общественных сил и социальных групп, и вообще – главная нить нашего исследования – хватит говорить о каком-то однообразном совершенно русскоязычном населении, потому что тут совершенно разные региональные, социальные ситуации и возрастные рамки. На проблемы людей надо смотреть вблизи, не обобщая», - отметила Марью Лауристин.

Евгения Зеленская

НАВЕРХ