О министре финансов и экономики Чеченской Республики Ичкерия, гражданине Эстонии Скоро в Европе начнется выдача паспортов ЧРИ

Поделиться Поделиться Поделиться E-mail Распечатать Пришли новoсть Комментировать

Министр экономики и финансов ЧРИ Магомед Муртузалиев

ФОТО: Александр Хоботов

Чеченская Республика Ичкерия не была признана ни одним государством-членом ООН. 16 января 2000 года было открыто представительство Чеченской Республики Ичкерия в частично признанном Исламском Эмирате Афганистан. В 1997 году Президент России Борис Ельцин подписал с президентом ЧРИ Асланом Масхадовым «Договор о мире и принципах взаимоотношений между Российской Федерацией и Чеченской Республикой Ичкерия». Представительства Ичкерии существовали в ряде постсоветских государств – Азербайджане, Литве, Эстонии, Грузии, а также в Турции, Катаре и ещё примерно десятке государств (...)

Постановление кабмина ЧРИ о назначении Магомеда Муртузалиева министром экономики и финансов

ФОТО: Александр Хоботов

Большинство указанных представительств были закрыты в начале 2000-х гг.», – утверждает русскоязычная Wikipedia. Из других источников также известно, что ЧРИ еще в 1992 году признала Грузия.

Как оказалось, Эстония до сих пор связана с ЧРИ. Знакомтесь: Магомед Муртузалиев, 34 года, натурализованный гражданин Эстонии, называющий себя министромэкономики и  финансов ЧРИ. В качестве подтверждения своих слов Муртузалиев предоставил документ о своем назначении за подписью председателя кабинета министров Чеченской Республики Ичкерия Ахмеда Закаева(см. фото). На сайте chechenpress.org, официальном иформационном канале ЧРИ, можно найти новость о назначении Муртузалиева на пост министра экономики и финансов ЧРИ, интервью с ним и стенограмму «Выступления Министра экономики и финансов ЧРИ на конференции в Копенгагене». По данным эстонского коммерческого регистра, Магомед Муртузалиев является членом Социал-демократической партии.

Муртузалиев не скрывается от общественности и с удовольствием согласился дать интервью порталу DzD.ee

– Магомед, как вы оказались в Эстонии?

– Я приехал в Эстонию в первый раз в 1999 году по визе вместе с бабушкой, которая навещала своего сына. Это было лето, то есть Вторая чеченская кампания еще не началась к тому моменту. В то время я учился в Грозненском нефтяном институте имени академика М.Д. Миллионщиковапо специализации «Финансы и кредиты» и перешел на четвертый курс. Когда началась война, я покинул территорию Чечни и в ноябре оказался в лагере беженцев на территории Ингушетии. Передо мной стояла дилемма: либо я учусь дальше, либо, повинуясь своему чувству патриотизма, с оружием в руках иду защищать свою Родину. Родители посоветовали, чтобы я все-таки пошел учиться. Я пытался поступить в ВУЗ в Ингушетии, Дагестане, Москве, , но везде мне говорили одно и то же: согласно особому приказу Министра внутренних дел Российской Федерации, принимать на учебу молодых чеченцев, проходивших обучение на территории Чеченской республики, нельзя. Тогда моя мама позвонила своему брату в Эстонию, и он сказал, что если я собираюсь учиться, то пусть приезжает, но для того чтобы здесь учиться, он должен выучить эстонский язык. Я приехал в Эстонию, у меня было полгода на то, чтобы выучить эстонский язык на уровень Algtase. Получилось, и меня приняли на второй курс экономического факультета Тартуского университета с зачетом тех предметов, которые у меня были в Чечне. Это был 2000 год. Хочу отметить, что в сентябре 2000 года запрет на обучение чеченской молодежи в российских вузах был снят, чтобы меньше пополнялись новыми бойцами ряды чеченских сил сопротивления.

– Какие у вас  взаимоотношения с официальной властью в Эстонии? Проявляла ли интерес к вашей деятельности Полиция безопасности?

Да, меня вызывали на консультации по поводу деятельности правительства ЧРИ. Я бы не сказал, что эстонское государство особенно встревожено, но КаПо хочет знать, к чему я стремлюсь. Я объяснил им свою точку зрения.

– Какова структура правительства ЧРИ? В чем состоит повседневная деятельность кабмина?

Так получилось, что министры правительства ЧРИ находятся в разных странах. Один министр находится в Германии, другой – в Австрии, два – во Франции, еще один – в Бельгии. Глава правительства, председатель кабинета министров Ахмед Закаев, находится в Лондоне. Координацию своих повседневных действий мы осуществляем с помощью Facebook, Twitter, Skype и других инструментов интернета. Три раза в год все министры съезжаются на крупные совещания, а три раза в месяц мы проводим селекторные совещания.

– В чем конкретно заключаются ваши обязанности как министра экономики и финансов?

Меня назначили относительно недавно, на своей должности я нахожусь менее года. Моей основной задачей стала регистрация официального счета ЧРИ в финансовых структурах Европейского Союза. На этом пути мы столкнулись с проблемами юридического характера. Сейчас мы находимся на стадии переговоров с правительством одной из европейских стран, которая пошла нам навстречу и пообещала в обозримом будущем открыть официальный счет ЧРИ. После этого мы сможем во публично, при необходимости, говорить о наших доходах и расходах, какие проекты мы финансируем, то есть все будет легально, прозрачно.

– Как к вам относятся в Европе? Есть ли у вас какой-то официальный статус?

В Европе ко всем относятся толерантно. Но из-за российской пропаганды на официальных встречах, когда такие случаются, нам приходится постоянно доказывать, что мы нормальные и адекватные люди. Официально мы зарегистрированы только на территории Чеченской республики, но за все наши акции и действия мы открыто берем ответственность.

– Как проходит ваша борьба за независимость Чечни?

Не за независимость, а за восстановление независимости. Наш председатель правительства Ахмед Закаев неустанно объясняет европейскому политическому истеблишменту, что перед чеченским народом никогда не стоял выбор, как решать ту или иную проблему: военным или политическим путем. Если брать 400-летнюю историю нашего противостояния с Россией, то чеченцы всегда предлагали России решить этот вопрос только переговорами. Об этом говорили постоянно и Джохар Дудаев, и Зелимхан Яндарбиев, и Аслан Масхадов, и Ахмед Закаев сегодня. Мы хотим, чтобы мир услышал о том, что мы не хотим воевать. Наш народ навоевался на миллион лет вперед, мы давно поняли, что воевать с Россией, которая в десятки раз больше Чечни, неэффективно.

– В чем суть противоречий ЧРИ с Доку Умаровым и его Кавказским Эмиратом?

Если касаться Доки Умарова, то компетентные органы ЧРИ уже дали однозначную оценку его действиям. Он является военным преступником, таким же, как Рамзан Кадыров и Владимир Путин.

– Какие-то официальные органы ЧРИ находятся на территории самой Чечни?

Конечно. Скоро в Чечне, а также Европе, Америке, Канаде и Австралии начнется выдача паспортов ЧРИ. МИД ЧРИ планирует выдать первые паспорта еще до нового года. Этот документ будет признаваться официальными структурами ЧРИ. Будет ли он признаваться другими государствами, в том числе и европейскими – вопрос времени. Можете, кстати, отметить, что  горная часть Чечни не контролируется российскими войсками, и российская власть умалчивает об этом.

– Почему же тогда российские войска не предпринимают попыток установить контроль над горными районами Чечни?

Дело в том, что российские военные находятся на своих базах. Всего их 25, а общее количество военных, подчиняющихся федеральному центру, на территории Чечни – 150 тысяч. Пока российские солдаты находятся на своих базах – все спокойно. Как только они пересекают т.н. линию фронта в горах, начинается какая-то спецоперация, то в СМИ появляются новости о том, что падают российские вертолеты, гибнут российские солдаты и т.д.

В заключение интервью DzD.ee отмечает, что все сказанное выше – позиция т.н. Чеченской Республики Ичкерия. У официального российского руководства свой взгляд на чеченскую проблему, о чем неоднократно сообщали российские и мировые СМИ.

Беседу провел и записал Александр Хоботов

НАВЕРХ