Эксклюзив ⟩ Андрей Макаревич о своем Таллинне, русских вне России и войне

Лидер «Машины Времени» дал интервью Rus.Postimees
, журналист
Андрей Макаревич о своем Таллинне, русских вне России и войне
Facebook Messenger LinkedIn OK Telegram Twitter
Comments 35
Легендарный музыкант Андрей Макаревич рассказал Rus.Postimees о том, что не теряет веры в поражение зла, несмотря на ужас от происходящего в 2022 году.
Легендарный музыкант Андрей Макаревич рассказал Rus.Postimees о том, что не теряет веры в поражение зла, несмотря на ужас от происходящего в 2022 году. Фото: SCANPIX

Музыкант и гражданин Андрей Макаревич в большом эксклюзивном интервью Rus.Postimees рассказал о том, как 46 лет назад именно Таллинн открыл «Машине времени» дорогу к всенародному признанию, когда состоится новый концерт в Эстонии, какие песни пишутся в 2022 году, и почему, несмотря на усталость мира от войны, «тихий свет» надежды на поражение зла не гаснет.

Музыкант, который покинул Россию на фоне развязанной Путиным войны в Украине, готовится отправиться с концертами по разным странам. Rus.Postimees узнал, когда легендарный рокер, предпочитающий в последние годы джаз, снова приедет в Таллинн.

Андрей Макаревич в Таллинне на концерте «Машины времени», 2019 год.
Андрей Макаревич в Таллинне на концерте «Машины времени», 2019 год. Фото: Konstantin Sednev / Postimees

– Андрей Вадимович, расскажите о своем Таллинне. Это ведь был один из первых городов, куда вы поехали выступать как музыкант.

– Да. Это был первый выезд «Машины времени» на какой-то серьезный, организованный фестиваль. Это было в политехе в Мустамяэ.

И вообще, прибалтийские республики в советские времена исполняли роль «хорошей заграницы». То есть заграницу, куда было можно. И, конечно, по сравнению со всеми остальными республиками они, в общем, такой заграницей и выглядели. Архитектура была европейская, говорили с акцентом и не все тебя понимали. И вообще, полнейшее ощущение какого-то путешествия в другую страну присутствовало. Считалось очень хорошим тоном, например, если ты хочешь поразить девушку, пригласить ее на пару дней в какую-нибудь прибалтийскую республику. Это работало (улыбается).

Это был 1976 год. В названии фестиваля даже отсутствовало слово «рок» (фестиваль назывался «Таллиннcкие пеcни молодежи» – прим.ред.). И вот, вдруг нас туда приглашают. Мы какие-то выправляем бумаги комсомольские, как бы нас туда рекомендующие (улыбается). И мы туда едем. В автобусе знакомимся с БГ.

Приезжаем, и мы понимаем, что здесь, в Таллинне, что-то происходит! Огромный зал. Люди сидят спокойно. Все красивое. Хороший звук. Ни одного милиционера! «Где милиция?», – спрашиваю. Мне в ответ: Зачем? «Ну, как же… Милиция же должна это разгонять, или проверять, охранять. Что-то одно из двух». «У нас такого нет», – отвечают мне. Я снова спрашиваю, почему народ не ломится на улице? Они говорят: «Так ведь билеты кончились». Я снова удивляюсь: «Ну и что?». А оказывается здесь, если билеты кончились, люди не ломятся. Вот такие потрясения были одно за другим.

И потом мы в Таллинн поехали на следующий год, в 1977. Это уже был дворец спорта. Я тогда приехал больной, простуженный, как собака. Хриплый совершенно. И, по-моему, мы выступили ужасно тогда. Нас тогда «Високосное лето» спасало. Они были в хорошей форме (улыбается).

Андрей Макаревич во время интервью Rus.Postimees, 1 декабря 2022 года.
Андрей Макаревич во время интервью Rus.Postimees, 1 декабря 2022 года. Фото: Иван Скрябин

А потом эти прогулки по Таллинну… Эти маленькие какие-то антикварные магазинчики, художественные салоны. Все было безумно красиво и не похоже на то, к чему привыкли. Таким Таллинн и остался в памяти. Спустя годы приезжаешь и первым делом обращаешь внимание на то, что осталось. А это как раз и осталось! Это все и есть! И это очень здорово. Я вот жду туда поездку…

– То есть на этот раз перерыв будет сравнительно небольшим? В прошлый раз вы приезжали в 2019 году с большим концертом с «Машиной». И «Машина» жива?

– «Машина» жива. Только что было два концерта в Казахстане. В феврале едем в Америку аж на месяц. У нас там 12 или 14 концертов… Но в Таллинн я приеду не с «Машиной». Я приеду один с гитарой. Это будет сольное выступление.

– Когда ждем?

– (Открывает смартфон) Все ходы записаны. В январе у нас еще Дубай. В феврале Париж и Лондон. Потом длинная Америка. А концерт в Таллинне будет 1 или 2 апреля. И тогда еще будет несколько прибалтийских городов. Помимо Таллинна точно будет Даугавпилс. И что-то еще, наверное. Там все очень плотно.

Вообще, именно после концерта в Таллинне в 1976 году мы стали активно гастроилровать. До той поездки мы были только в Куйбышеве один раз. То есть в Самаре. На какой-то дискотеке. А потом начались регулярные концерты в Питере. Раз в неделю буквально. Потому что с «Аквариумом» познакомились.

– Можно сказать, что Таллинн стал окном в мир?

– Ну да, окно. И, если говорить о том, как менялись ощущения от места с годами, то в 2019 году я не заметил каких-то принципиальных отличий. Наверное, если там живешь, то изнутри виднее. Но вообще, мне кажется, что вот такие небольшие республики, они, как правило, очень обособленны же были. И у них свои традиции, свои манеры, свои правила. Они хранятся как уклад. И у меня не было ощущения и три года назад, что там вот это изменилось. Ну, а говорить о какой-то экономической ситуации… Для этого надо там пожить, поработать хотя бы полгода. Вот тогда ты поймешь, что там происходит. А так ты приехал на два дня, увидел ту же Ратушную площадь, те же лица. Кто-то умер, к сожалению… Кто-то стал старше...

– Понятно, что ваша аудитория – это люди, так или иначе связанные с СССР. Люди, которые говорят и думают на русском языке. Можете рассказать о вашем ощущении, чем русские вне РФ отличаются от тех, кто живет в России, а чем одинаковы?

– Я специально не занимался таким анализом, но мне показалось, что те, кто решил жить вне РФ, живут там достаточно органично. Никто их не бьет палками. Никто на них не показывает пальцем, как у нас иногда пытаются. Мне не показалось, что русские вне РФ какая-то угнетенная нация, или второстепенная. Мне кажется, что просто они приняли для себя решение, живя в стране, соблюдать какие-то элементарные правила приличия, если угодно. Они учат язык, они знают его, они могут на бытовом уровне хотя бы на нем разговаривать. На мой взгляд, это уважение к местному населению. И многие ведут бизнес и работают. Нормально себя чувствуют.

Андрей Макаревич во время интервью Rus.Postimees, 1 декабря 2022 года.
Андрей Макаревич во время интервью Rus.Postimees, 1 декабря 2022 года. Фото: Иван Скрябин

– Это те, кто хочет себя нормально чувствовать. В Эстонии огромное количество русскоязычных, которые живут в своем мирке. И, увы, во многих семьях нет понимания необходимости изучения того же национального языка. Семьи упорно держатся за ушедшее прошлое.

– На мой взгляд, это странно. Если ты приезжаешь на чью-то землю, то ты должен принимать правила, которые на этой земле существуют. Хотят там свой Брайтон бич устроить? Но это бесперспективная затея. И, конечно, никому из местных это не может нравиться.

– На ваш взгляд, почему настолько живуча тяга к империи, тяга к «большой родине»? Я с мужиком разговаривал, который работает охранником в магазине, так он искренне верит, что если сюда придет российская армия, тут станет лучше…

– Хорошо, смотрел российский телевизор человек. Что я могу сказать? Прилежный зритель.

– Может ли это корректироваться в принципе?

– В Москву приезжают, скажем, из Таджикистана работать люди. Заселяют целые районы. Ходят в школу, где только их дети учатся. Разговаривают на своем языке. Русский знают очень плохо. И это то же самое… Что с этим делать? Я не политик. И поэтому никогда им не буду. Я не могу взять на себя какое-то решение, если я не уверен в том, что оно будет работать. Корректируется ли это со временем? Время всегда нужно. По одному щелчку пальцами ничего не происходит в этом мире.

– Вы не так давно написали в Facebook о тех, кого называют термином «быдло». «В принципе, быдло присутствует в любой стране, в том или ином виде...» Это свежие наблюдения после переезда в Израиль?

– Ну, почему? Я видел эту категорию и в Америке, и в Англии, и в Шотландии, и в Украине. Где угодно. И это совершенно нормально. Это абсолютно не какая-то уникальная российская принадлежность. Это общечеловеческое явление. И я там дописал ведь. «Вопрос в том, понимают ли они свою ущербность или ощущают себя хозяевами жизни». Хотят ли они измениться, или они хотят, чтобы все остальные изменились под них? Вот в этом проблема.

– Неужели где-то в мире такие люди сами хотят меняться, способны это понимать?

– Я думаю, что в основном так и происходит. Если они вокруг себя видят нормальных людей и понимают, что они им в чем-то проигрывают.

– А как же зависть, злоба, желание отнять?

– Ну, слушай… Мы же все-таки стараемся о людях говорить. А еще желание убить бывает. За это сажают.

– За это теперь ордена раздают активно...

– Или так, да.

– И в этом смысле Россия сейчас в той ситуации, где хозяева жизни –вот такие люди?

– Россиян стараются сделать такими. Стараются сделать... Власти кажется, что такими людьми удобнее управлять, что они становятся социально ближе. Слушай, это всегда было. И в 30-е годы XX века (времена «большого террора» в СССР, когда людей уничтожали по доносам и выдуманным спецслужбами преступлениямприм.ред.)...

– Как агрессивной и неграмотной массой можно управлять, если она на самом деле будет доминировать? Разве это для самой власти не опасно?

– Я не хочу даже рассуждать на эту тему.

Андрей Макаревич в 2019 году.
Андрей Макаревич в 2019 году. Фото: SCANPIX

– Тогда про музыку. Ваша недавняя песня «Я расскажу вам про страну». Вы там последовательно фиксируете все безумные признаки наступившего времени, и в конце вступаете в диалог с тем, кто говорит, что такой страны не существует. «Езжайте, побывайте», –говорите вы ему. Это ведь как раз итог вашего общения вне России?

– Ну, отчего же? Это обращение и к тому, кто видит страну через экран телевизора. Мне кажется, что эта моя вещь понятна и там, и тут. Проще уже не напишешь, по-моему.

Я расскажу вам про страну,
Где свет у темени в плену,
Где на устах лежит печать,
Где хочешь жить – умей молчать.

Где за одну лишь фразу
Вас упакуют сразу.
Я расскажу вам про страну,
Что сдуру вляпалась в войну,

Где гонят шнягу про напасть,
Мол «мир грозит на нас напасть».
Где так мозги засраты,
Хоть разгребай лопатой.

Я расскажу вам про страну,
Где в храм пустили сатану.
На гибель сына гонит мать,
А поп велит вам убивать.

Румяны и плечисты
Поклоны бьют чекисты.

Я расскажу вам про страну,
Где хиппи нынче за войну
И на лету, сменив стезю,
Трясут «козой» под букву «зю».

Возвышенно и даже
Почти что в камуфляже.

Вы рассмеетесь мне в ответ:
«Страны такой в помине нет».
Иль будете возмущены:
«На свете нет такой страны».

А я скажу вам: «Знаете,
Езжайте, побывайте».

– Вам часто приходится доказывать, что люди, думающие на русском, которые живут вне РФ, живут в иллюзиях о России?

– Знаете, ко мне спорить не приходят. Думаю, что если человек пришел на мой концерт, он пришел за подтверждением собственных мыслей, за такими же настроениями, за ощущением того, что он не один. Я себе с трудом представляю человека, который придет на артиста, который ему не нравится, только чтобы с ним поспорить. Это надо быть сумасшедшим. Заплатить деньги, испортить себе настроение (улыбается). Ну зачем?

– Вас же на улице встречают люди. Наверняка узнают. Нет недопонимания?

– Люди на улицах подходят и благодарят за гражданскую позицию. Ничего другого я не слышу.

Андрей Макаревич во время интервью Rus.Postimees, 1 декабря 2022 года.
Андрей Макаревич во время интервью Rus.Postimees, 1 декабря 2022 года. Фото: Иван Скрябин

– Круто. И это при том, что в Израиле русское ТВ по-прежнему транслируется...

– Я не знаю, много ли его смотрят. Я давно уже не верю в статистику. На больших антеннах по сто программ, его много где еще по миру показывают, да…

– К слову про статистику и прочие важные цифры. Коллеги пишут, что Кремль предписывает пропаганде меньше говорить о войне, потому что уже 55% населения хочет переговоров с Украиной, а продолжения войны только каждый четвертый. Летом было все наоборот. В эту «статистику» тоже не верите?

– А вот это похоже на правду. И потому, что начинается зима. И потому, что армия отступает. И блицкрига не получилось. Мобилизация всех жутко напугала. Народ продолжает разбегаться из страны. Чего им радоваться-то?

– При этом масса свидетельств, что будут новые неприятности в этой войне именно зимой. У вас такие ощущения есть?

– Это опять про предсказания. Павел Глоба… Я не знаю, что будет зимой. А успокоение внутреннее наступит, когда наступит мир. Пока мир не наступил, успокоения наступить не может.

Андрей Макаревич во время интервью Rus.Postimees, 1 декабря 2022 года.
Андрей Макаревич во время интервью Rus.Postimees, 1 декабря 2022 года. Фото: Иван Скрябин

– Это правда. Насколько активно рождаются песни, которые не связаны с текущим контекстом? Муза сейчас, она только об актуальном?

– Трудно сказать. С нее не спросишь. И ей не прикажешь. Она вообще может на какое-то время отвалить. Тут не надо, на мой взгляд, рвать на себе остатки волос, или пугаться. Скорее всего, она вернется. Она отходит ненадолго. Не знаю, к кому. И приносит иногда достаточно неожиданные вещи какие-то. Я ей доверяю. Я не имею привычки сесть и начать конструировать в связи с происходящими событиями. Вот я сейчас напишу остросоциальную песню, потому что случилось то-то и то-то! Нет. Это совершенно не мой метод.

– Но новые песни пишутся?

– Пишутся. Так же редко, как и раньше (улыбается).

– Как вам новые песенные высказывания от вышеупомянутого БГ?

– Боря в прекрасной форме.

Читайте на Rus.Postimees интервью с лидером «Аквариума».

Вообще хорошие музыканты всегда продолжают делать хорошие вещи. И хороших музыкантов гораздо меньше, чем всех остальных. В этом смысле ничего не поменялось. Вот «Ундервуд» записали хороший альбом.

Еще вот Макс Покровский старается со страшной силой.

Читайте на Rus.Postimees интервью с лидером «Ногу Свело!».

– Андрей Вадимович, вам не страшно от того, что мир привыкает к войне, что изолировать сумасшедшего, о чем вы тоже писали в Facebook, мир оказался не способен?

– А вам не страшно, что за осенью наступает зима?

– Нет, я люблю зиму.

– То, о чем вы спрашиваете, это так же естественно. Массовая психология –это психология детей. Наигрались в эту игрушку, нужна другая игрушка для общественного внимания. И те, кто пытаются управлять массовым сознанием, очень хорошо это понимают. Ну, вот так устроена наша голова, к сожалению.

– То есть вам не страшно?

– Нет. Реакции многих людей – это плохо. Но это естественно. Это очень плохо, но очень естественно…

– И в этом смысле тихий свет внутри нас, о котором вы писали в Facebook, тот, который остался от довоенного времени, он не гаснет постепенно, пока продолжается эта безумная война?

– Когда как… Когда как… По-разному. Важно, что он остается, на мой взгляд. Он остается для тех, кто его может увидеть.

– Вы для Кремля «иностранный агент». Вас клеймили этим статусом без «иностранного финансирования», его нет в вашем деле. Но есть «иностранное влияние», за которое вы и наказаны. Это первый такой случай в РФ…

– Отсутствие иностранного финансирования их не остановило, да, как вдруг выяснилось в суде. Как было у Высоцкого: «Если я чего решил – я выпью обязательно…»

– Получается, что вас наказали по закону за то, чего вы не делали по этому же закону?

– Да.

– Вы эту новость как восприняли?

– Не воспринял вообще. Ну никак не воспринял. Серьезно. Видимо, с какого-то числа теперь добавят еще хлопот, раз, несмотря на это все, не удалось от этого статуса отбиться в суде. Значит, будут дальше придумывать, как выкрутить руки. Надо же им там чем-то заниматься.

– Денег иностранных нет, а все равно иноагент. С учетом ранее предложенной вами градации иноагентов с делением на «банальных», «заслуженных» и «народных», вас теперь можно называть «народный иноагент бессеребренник»?

– Я не придумываю себе названий. Не знаю, как это назвать.

– То есть это все-таки не тема для шуток?

– Мне чего-то расхотелось смеяться на эту тему… Правда. Пошли они все на фиг! Я не знаю, что они там по мне делают дальше… Конечно, надоело эту звездочку желтую нашивать каждый раз на левый рукав, когда я что-то хочу написать публично (российские законы предписывает «иноагентам» при любом сообщении в интернете, помечать, что это сообщение «создано иностранным агентом», что по мнению правозащитников идентично нашивкам со звездой Давида, которые нацистские власти во времена Второй мировой войны обязали носить всем представителям еврейской национальности – прим.ред.). Как будто все забыли, что я иноагент… Такие правила? Ладно, будут приписывать.

– Вы только что были на Кубе. Или как правильно – в Кубе?

– На. Потому что это остров.

– И вы рассказали, как в музыкальном клубе в какой-то момент музыканты стали спрашивать зал, какие страны собрались на праздник. Множество иностранцев себя обозначили. Слово «Россия» не прозвучало ни разу. На Кубе уже нет россиян?

– Думаю, что россияне были в том зале. Но сидели тихонько.

– Андрей Вадимович, а почему вы не сказали, что вы из России? Или уже не россиянин?

– Во-первых, там я себя чувствовал израильтянином больше, чем россиянином. А во-вторых, я не хотел бы всем испортить настроение.

– Вы уверены, что это бы испортило настроение?

– Да, это испортило бы настроение там в тот момент. Там же люди аплодировали, услышав названия стран. А в контексте того, что сегодня россияне делают в мире, вряд ли им кто-то будет аплодировать. Вряд ли…

– Но ведь вы сами говорите, что в Израиле к вам подходят и благодарят…

– В Израиле меня знают лично. И знают, что я делаю. А там нет. Ну, приехали какие то люди… Усиленно несколько лет словом и делом наша российская власть добивалась такого положения. Чтобы нас все боялись. И все не любили. Добились. Непонятно, зачем, правда. Мне кажется, что должно быть ровно наоборот. Но добились, чего хотели. Молодцы!

– Это же не вечная история?

– Слушай, да все не вечно. Все сдохнем. Но как-то хочется это провернуть в ясной памяти. А, во-вторых, хочется увидеть для своих детей хоть кусочек нормальной жизни в России (улыбается).

– Вы улыбаетесь, значит, надежда есть.

– Ну, если мы еще улыбаться перестанем, тогда останется только пойти вешаться всем.

– Народ российский власть спросит за это всё? Или он утратил эту опцию?

– А он когда-то имел чтоли такую возможность?

– Есть ощущение, что в 1991 году имел.

– В 1991-м, да, был короткий момент. Казалось, что имел. Казалось. Но все равно первым делом искали виноватых. Одни кричали «банду Ельцина под суд». Другие кричали «Хасбулатов виноват». Ребята, вы и виноваты, идиоты! Вы. Не Ельцин, не Хасбулатов. Все время ищем виноватых на стороне... Сейчас будет Путин во всем виноват. Кто там еще? Шойгу? «Если бы не они, мы бы сейчас всю Украину раскатали». Это же в умах теперь там. Это несовершенное сознание детское. Я не знаю, чем это лечить... Я не психиатр.

Шойгу и Путин знакомятся с тем, что убивает издалека (на заднем плане глава «Ростеха» Чемезов), Москва 2018.
Шойгу и Путин знакомятся с тем, что убивает издалека (на заднем плане глава «Ростеха» Чемезов), Москва 2018. Фото: Alexei Nikolsky/AP

Поэтому я стараюсь от этого быть как можно дальше. Несмотря на то, что каждый день мне напоминают, что я иноагент, что я опять чего-то такое заявил, хотя я ничего не заявлял. Тем не менее, каждый день что-то «заявляю». Из этого нашего разговора умельцы тоже настригут таких кусочков, что волосы дыбом встанут.

– Будем надеяться, что это интервью в Эстонии прочтут и те, кто совсем не понимает российскую реальность…

– Да, все непросто. Вообще, наверное, не очень просто ощущать себя маленькой страной, у которой нет такой армии, какая есть у других стран Европы, тем более у России. И, не дай бог, что-то начнется... Я понимаю тех, кто этого опасается у вас там. Это осознание, конечно, очень тяжелое.

– Будем надеяться на лучшее. И работать на это.

– И я буду (улыбается). Скоро увидимся, Таллинн.

Андрей Макаревич в 2019 году.
Андрей Макаревич в 2019 году. Фото: SCANPIX

Последний на данный момент альбом группы «Машина Времени» – «В метре» вышел в 2020 году.

Ключевые слова
Наверх