Марко Михкельсон : анатомия путинской России

Марко Михкельсон

ФОТО: Arvo Meeks / Valgamaalane

Для того чтобы понять Россию, необходимо знать две главные вещи: во-первых, по своей сути Россия не изменилась, во-вторых, страной управляют офицеры, получившие закалку в советских репрессивных органах, пишет председатель парламентской комиссии по иностранным делам Марко Михкельсон (Союз Отечества и Res Publica).
 

Осенью 2001 года в Хельсинки случилось нечто из ряда вон выходящее. Президент России Владимир Путин открыто заявил, что не станет чинить препятствия на пути стран Балтии в НАТО. «Угроза элементов агрессии, которая якобы может исходить от России, может появиться лишь в воспаленном воображении», – сказал тогда Путин.

Прошли годы. Мир с надеждой и в то же время с недоумением наблюдал за действиями Путина – Медведева. На Западе крепла вера в то, что Россия изменилась и более не представляет угрозы для соседей. Заговорили о попытках России провести модернизацию. Даже агрессия по отношению к Грузии в 2008 году не изменила мнения о России.

И тут грянул Крым. Украина. Эти события потрясли всех. Россия вдруг отметилась на всех радарах. В воздухе повис вопрос: как так получилось, что в XXI веке в Европе идет пересмотр границ с применением военной силы? Путина стали сравнивать с Гитлером, а Россию с Германией. Что еще нас ждет?

Стоп-кадр. Неспособность Запада предвидеть ситуацию и осмыслить ее свидетельствует о том, что суть современной России и ее лидера до сих пор остается загадкой. На деле агрессивная политика Путина объясняется не чем иным, как заранее продуманным проявлением экспансии, которая вынашивалась Россией в течение столетий. Конечно, это делается под другими лозунгами и с использованием элементов, которые срабатывали на разных этапах истории.

Для того чтобы понять Россию, необходимо знать две главные вещи: во-первых, по своей сути Россия не изменилась, во-вторых, страной управляют офицеры, получившие закалку в советских репрессивных органах.

Аннексию Крыма Путин скрепил своей подписью в Екатерининском зале Кремля, на стене которого есть надпись «Отторгнутое воссоединяю». Эта символическая строка отражает глубину корней российской системы, которую надо просто знать и понимать. История возникновения России насчитывает не одну сотню лет, укрепившиеся за это время традиции обладают огромной жизненной силой.

В 1462 году Московское княжество было в два раза меньше, чем нынешняя Эстония. Именно тогда к власти пришел 22-летний Иван III, заложивший в последующие 43 года основы продолжающейся столетия экспансии. Его называли «собирателем русских земель», ведь только за время его правления территория Московского княжества увеличилась в три раза. Самыми важными завоеваниями Ивана III, определившими ведущие позиции Москвы в последовавшем быстром объединении земель, стало покорение (аннексия и оккупация) Новгорода и Пскова.

Экспансионистская внешняя политика и постоянное стремление обеспечить свою безопасность за счет других стран и народов были навязчивой идеей московской центральной власти. На стене Академии Генштаба России по сей день красуются слова царя Александра III: «У России есть только два союзника – ее армия и ее флот».

Конечно, во Второй мировой войне Советский Союз сыграл огромную роль в спасении мира, но в этой кровопролитной войне одним из главных победителей стала Москва. Российская империя никогда прежде не имела такого влияния, как во второй половине XX столетия.

Поэтому понятны боль и разочарование, которые президент Путин выразил 25 апреля 2005 года. Выступая с ежегодным посланием Федеральному собранию Российской Федерации, Путин назвал распад СССР важнейшей геополитической катастрофой XX века.

Безусловно, за словами Путина крылась глубокая антипатия к сути западного мира и его ценностям. Понимание этой сути закладывается в русских через войны, пропаганду и философские рассуждения. Идея Третьего Рима существует до сих пор.

Если обратиться к русской классической литературе, в произведениях почти всех авторов высказывается мнение, что Запад подвержен моральному разложению. Эту мысль можно найти и у Пушкина, и у славянофилов. Герцен и Достоевский считали, что Россия должна стать спасителем Запада. Достоевский писал о священной миссии России – объединении во Христе всех народов Европы.

Лидеры России во главе с Путиным разделяют убеждения философа Ивана Ильина и наверняка знают его известное высказывание о том, что после каждой попытки расчленить Россию она восстанавливается. «Россия не погибнет от расчленения, но начнет воспроизведение всего хода своей истории заново: она, как великий организм, снова примется собирать свои „члены”», – писал Ильин.

Еще до распада СССР лауреат Нобелевской премии Александр Солженицын в своей программной работе «Как нам обустроить Россию» предлагал создать славянское государство, в состав которого вошли бы Россия, Украина, Белоруссия и северная часть Казахстана, населенная русскими. Тем самым Солженицын продемонстрировал, что российские философы и сегодня разделяют идеологию «собирания земель».

Владимир Жириновский, чья осведомленность о планах Кремля всегда поражала, успел заявить, что считает 16 марта историческим днем – днем начала возвращения русских земель.

В связи с этим мне вспомнился наш разговор с Жириновским и его слова, которые сегодня не кажутся такими уж сумасшедшими. Весной 1996 года Жириновский сказал мне, что 1991 год заложил конфликт, который даст о себе знать, возможно, в 2001 или 2011 году. Большая война между Россией и НАТО, Россией и США неизбежна, сказал он и добавил: «Россия должна каким-то образом вый-ти из этого конфликта. Это возможно только в результате войны».

Весной 2000 года, когда Путин стал президентом России, в московских вузах провели опрос, в ходе которого, в частности, интересовались мнением о границах России. Итоги опроса стали откровением: более половины опрошенных хотели бы видеть Россию в границах 1913 года или по крайней мере в границах СССР. Это лишь один из многих опросов общественного мнения, характеризующий образ мыслей, преобладающий среди россиян. Не стоит удивляться тому, что оккупацию и аннексию Крыма в России приветствуют столь горячо. По мнению некоторых аналитиков, Крым можно считать первым шагом на пути исправления «исторической несправедливости» и восстановления «легитимных границ» России.

Вторым очень важным подводным течением следует считать непосредственное отношение российских лидеров к советским репрессивным органам и их деятельности. Не стоит забывать о том, что дорогу Путину к вершине власти и популярности вымостила кровавая война в Чечне. После того как Путин стал во главе государства, на разных уровнях власти в несколько раз увеличилось количество представителей спецслужб и силовых структур в целом. Они контролируют политику, экономику, СМИ. По данным социолога Ольги Крыштановской, в 2010 году

77 процентов элиты РФ – чиновники федерального и регионального уровня – были связаны с силовыми структурами. Эти цифры говорят сами за себя.

Получается заколдованный круг, не дающий России избавиться от изнуряющего статуса заложника собственной истории. После всякой смутной эпохи авторитарная система власти не ослабевает – наоборот, она крепнет.

Не нужно уповать на то, что под воздействием влияния извне Россия сможет быстро измениться. России может помочь только сама Россия. В перспективе это возможно только в том случае, если Запад сможет остановить азарт новой экспансии и направить Россию на путь собственной внутренней модернизации.

НАВЕРХ