Африканец: хочу найти в Эстонии работу, жениться и остаться здесь жить

Иллюстративный снимок

ФОТО: AFP / Scanpix

В Иллукаском центре приема ходатайствующих о предоставлении убежища в преддверии годовщины Эстонской Республики 12 человек ожидали решения чиновников или суда. За цифрами скрывается дюжина различных историй о том, как приехали в Эстонию и почему хотят получить статус беженца, пишет «Северное побережье».

Исмаил из Афганистана приехал в Эстонию через Россию, получил от Департамента полиции и погранохраны отрицательный ответ по своему ходатайству и обжалует его в суде. «Если там тоже скажут „нет“, то буду подавать жалобу дальше – в Госсуд», – заверяет мужчина, который провел в Эстонии уже три года и два месяца. Большая часть этого срока прошла в центре экспатриации в Харку, так как попал в руки полиции как нелегал. После этого мужчина подал ходатайство о предоставлении убежища.

«В Харку я был как в тюрьме, в Иллука же смог свободно передвигаться и учить эстонский язык», – знает Исмаил цену свободы, сбежав, как утверждает, от террористов.

Если некоторые из уже получивших разрешение на жительство беженцев использовали Эстонию как трамплин в какую-нибудь другую страну, где есть многочисленная своеязычная община, то Исмаил заверяет, что он не хочет отсюда уезжать. «Естественно, хочу остаться в Эстонии! У меня есть друзья в Таллинне, они получили вид на жительство, учат эстонский, некоторые работают в ресторане, некоторые – на предприятиях. У меня в
Таллинне 12 знакомых афганцев».

Почему же больше всего скучает Исмаил, когда думает о доме? «У меня в Афганистане больше нет ни семьи, ни друзей, поэтому я ни по чему не скучаю», - сказал он.

Кораблем до Таллинна

Ибраим, который сошел на эстонский берег с корабля, перевозившего какао-бобы с Берега Слоновой Кости в Таллинн, до сих пор после семимесячного ожидания не получил решение Департамента полиции и погранохраны, в то время как бежавшему вместе с ним Клоду выдали эстонский вид на жительство уже в декабре прошлого года. Ибраим считает, что его процесс длится дольше, так как он не умеет писать и испытывает трудности с изложением своей ситуации.

Клод, с которым «Северное побережье» встречалось непосредственно перед получением вида на жительство, говорит наряду с родным на французском, английском и голландском языках и во время томительного ожидания занимался написанием книги. В книге он пытается объяснить причины гражданской войны, которая разразилась на его родине после прошедших позапрошлой осенью выборов президента. Готова ли книга и где сейчас находится Клод, Ибраим не знает. «Я скучаю по другу, но не знаю, что с ним», - сказал он.

Спрятавшийся на корабле Ибраим находился в пути уже десятый день, когда узнал, что они направляются в Эстонию – страну, о которой он ничего не слышал и на доброжелательность которой сейчас уповает. «Это ожидание так выводит из себя, что не могу спать ночью», – выясняется через французского переводчика. Чем он собирается заниматься, когда получит вид на жительство? «Я бы нашел работу, женился и остался здесь жить. Здесь все-таки лучше, чем на родине», – говорит уроженец жаркой Африки.

Помощница Тимошенко

Ибраим, который носит ярко-желтую футболку с надписью «Одесса», на кухне Иллукаского центра для беженцев хлопочет бок о бок с украинкой Леной. Та получила эстонскую шенгенскую визу и рванула с мужем в Голландию, где полиция посадила ее на самолет и отправила в Таллинн (из-за визы Эстония автоматически стала принимающим государством. – Ред.).

«По своему желанию я бы сюда не приехала», – утверждает Лена, которой эстонские чиновники отказали в выдаче вида на жительство. Теперь судьба пары в руках суда, если последний вообще возьмется за рассмотрение жалобы.

«Я работала в блоке Юлии Тимошенко, и после президентских выборов меня настиг ряд неприятностей, из-за чего я была вынуждена стать беженцем. Короче говоря, меня преследовали, но это длинная история, и я не успела ее рассказать даже за четыре отведенных для этого часа, давая интервью чиновникам эстонской миграционной службы. В нашу историю вникли очень поверхностно», – дает свою оценку Лена.

Украинка добавляет, что поскольку во время избирательной кампании она дала подписку о невыезде из Украины, то в случае высылки на родину ее немедленно отправят за решетку.

Настоящие испытания только начинаются

Алхафи Мохаммед из Палестины на первый взгляд кажется счастливым человеком, так как у него эстонский вид на жительство уже в кармане. В то же время он лицом к лицу столкнулся с проблемой – что будет дальше. «Я прилетел из Турции на самолете и сразу в аэропорту попросил убежища. Прошлой осенью я получил положительный ответ и теперь ищу работу и место жительства», – описывает свою ситуацию палестинец, на родине работавший строителем. Так как в Эстонии, по его словам, используют другие материалы и методы работы, то он не сможет зарабатывать на хлеб строительством.

Опорное лицо беженцев, волонтер центра Йоханнеса Михкельсона Пирет Петерс знает, что настоящие трудности начинаются как раз с получением вида на жительство. Хотя в случае с беженцами – по крайней мере сейчас – речь идет о маргинальной группе людей, местные самоуправления не снисходят до того, чтобы предложить получившим международную защиту людям жилье и взять их под свою опеку.

Если ходатайствующий о предоставлении убежища получает эстонский вид на жительство, опорное лицо первым делом помогает ему зарегистрироваться в кассе по безработице. «Зачастую их CV довольно скудное. Если еще речь идет о франкоговорящих молодых людях, которые не знают английского, то консультантам кассы по безработице очень сложно с ними общаться», – говорит Петерс.

Когда беженец поставлен на учет в кассе по безработице, он пытается снять жилье и может, как и другие жители Эстонии, ходатайствовать о прожиточном пособии. (Покидая Иллукаский центр приема ходатайствующих о предоставлении убежища, они лишаются своего прожиточного пособия в размере чуть более 80 евро, которое выделяется на покупку еды и товаров первой необходимости. – Ред.)

«Но зачастую им сложно снять квартиру, так как иностранцам не хотят сдавать жилье. Слабость государственной социальной системы способствует изолированности и возникновению трущоб. Ведь каждый ищет возможность остаться в живых. Они уже выжили, сбежав из своей страны и оказавшись в безопасном месте, но многие подтвердят, что настоящее испытание – это выжить уже здесь. Они спускаются с небес на землю, понимая, что здесь их никто не ждет и что в Эстонии трудно устроить жизнь», – рассказывает Петерс об опыте беженцев.

Опорное лицо считает, что эстонцы должны быть более терпимыми и понимающими, так как им самим приходилось быть беженцами во время войны и оккупации. «Есть и те, кто приехал в поисках лучшей жизни, но большая часть была просто вынуждена покинуть родину. В их числе и богатые люди, которые бросили все, так как на родине жить было невозможно, и теперь борются с ностальгией и проблемами со здоровьем», - отметилa Петерс.

НАВЕРХ