Лайне Рандъярв оставили без докторской степени

Лайне Рандъярв

ФОТО: Пеэтер Ланговитс

В распоряжении Postimees имеются документы ТУ, из которых следует, что защита докторской диссертации вице-спикера Рийгикогу Лайне Рандъярв была провалена.

Девятое мая прошлого года стало для бывшего министра культуры, а ныне вице-спикера Рийгикогу Лайне Рандъярв днем провала: защита проходила гладко и долгожданная докторская степень, казалось бы, была уже почти в руках, как вдруг неожиданно появился еще один голос «против». Об этом факте знают немногие. Этот странно возникший голос стал для соискателя докторской степени Рандъярв роковым.

Еще задолго до дня защиты СМИ пристально следили за успехами Рандъярв на научной ниве. Каарел Таранд в газете Sirp писал, что в роли докторанта Рандъярв дискредитирует саму систему и сферу, в которой она планирует свое будущее после завершения политической карьеры. «Не секрет, что докторская степень нужна Лайне Рандъярв только для обеспечения т.н. мягкой посадки после завершения в скором времени по воле руководства партии и избирателей своего политического взлета», — прямо заявил Таранд.

По его мнению, несмотря на все усилия научного руководителя, в ходе подготовки докторской диссертации в течение всех этих семи лет чуда так и не произошло. Таранд спрашивает, согласился ли бы научный руководитель Ааду Муст поставить свое имя в качестве соавтора «научной работы» Рандъярв (это словосочетание Таранд берет в кавычки). «Наверное, нет, — отвечает он сам. — Таким образом, если реноме университета под угрозой, ректор должен сказать свое слово. Во-первых, конечно, дать жесткую оценку академическому конформизму».

Работу реформистки Рандъ­ярв ругали многие СМИ — от Sirp до Õhtuleht. «Меня это не сбило с пути, — сказала Рандъ­ярв летом прошлого года женскому журналу. — Те, кто с удовольствием раздувал эту тему в медиа, не знают, что там происходило на самом деле».

Таинственный конверт
И она права. Действительно, немногим известно, что там произошло на самом деле. Если сказать коротко: целый ряд недопустимых ошибок со стороны университета. В распоряжение журналиста Posti­mees попал составленный ректором Тартуского университета Волли Кальмом отчет о правомерности защиты докторской работы Рандъярв.

Комиссии из пяти членов предстояло выяснить, как 9 мая 2013 года проходила защита докторской диссертации, что этому предшествовало и были ли все необходимые процедуры проведены в соответствии с требованиями. В середине лета 2013 года комиссия завершила свою работу, и ее результаты ректора не порадовали.

Выяснилось, что рецензент Карстен Брюггеманн заранее был настроен негативно, с просьбой о рецензии к нему обратились таким образом, что это дало ему повод настроиться по отношению к докторанту и ее работе негативно, а это явно противоречило доброму академическому обычаю.

Оказалось, что необходимых собраний не проводилось. Протокол заседания совета Института истории и археологии ТУ, на котором было решено о допуске диссертации к защите, хоть и имеется, в реальности такого собрания не проводилось.

Оппоненты получили недостаточную информацию, на защите Рандъярв неправильно назначили председателя заседания, содержательных дебатов не проходило. Процедура голосования прошла со всеми возможными нарушениями. Даже то обстоятельство, не был ли конверт, в который кладут бюллетени для голосования, пуст, не проверили.

Голосование было тайным, пять бюллетеней в конверте были «за» и четыре — «против». На какое-то мгновение положительное решение совета о присуждении Рандъярв докторской степени стало уже реальностью, и только после оформления этого решения — присудить докторскую степень — в конверте нашли еще один бюллетень! «Против».

Вожделенная степень, которая уже была в руках, испарилась в мгновение ока: пять голосов «за» и пять — «против». «Ситуация требует повторного голосования», — выразил мнение руководитель Рандъярв, профессор Ааду Муст, не имевший права голосовать, однако к его предложению не прислушались. Оформили новое решение: степень не присуждать.

Комиссия, составлявшая отчет для ректора Кальма, не установила, что результаты голосования были фальшивыми, однако само делопроизводство вызвало у нее сомнения, что ставит под большой вопрос правомерность всей процедуры.

Решение аннулировали
После всех этих фокусов-покусов не удивляет, что отрицательное решение даже не удосужились обосновать. В отчете комиссия называет это одним из промахов. Не секрет, что защите предшествовал большой интерес СМИ, и комиссия предположила, что это могло повлиять на членов совета и побудить их отнес­тись к диссертации и автору с большей критичностью.

Так, например, 7 мая, за два дня до защиты, члены совета получили от редактора по науке газеты Sirp Марека Страндберга письмо, содержание которого можно рассмат­ривать как намерение настроить членов совета голосовать против присвоения Рандъярв докторской степени. Насколько известно Postimees, Страндберг в письме дает абсолютно уничтожающую оценку научной работе и в угрожающем тоне напоминает, что члены совета берут на себя громадную ответственность в случае одобрения работы Рандъярв.

Заключение отчета: процедурные правила были существенно нарушены. Причем нарушений так много и они настолько серьезны, что это могло бы послужить достаточным основанием для аннулирования решения совета.

Инцидент с диссертацией Рандъярв после подготовки отчета обсуждался как в Институте истории, так и в сенате. В связи с ошибками и противоречиями правовым актам декан факультета философии профессор Маргит Сутроп дала распоряжение упразднить решение совета института о допуске докторской работы Рандъярв к защите и присуждении научной степени.

Даже сейчас, почти год спус­тя после этой истории Лайне Рандъярв не может без горечи говорить на эту тему. Несмотря на то, что согласно отчету, защиту диссертации нельзя считать провалившейся и переписывать свою работу Рандъярв не должна, а только заново ее представить, в отношении своего научного будущего политик все же проявляет осторожность. «Я ознакомилась с отчетами и двигаюсь в том направлении, чтобы представить совету работу заново», — дала она единственный комментарий.

Научный руководитель Рандъярв, член Центристской партии профессор Ааду Муст также выбирает слова, когда говорит на эту тему. «Прежде чем происходит взрыв, должно возникнуть большое напряжение. Стоит ли опять делать из этого грандиозный скандал...

Но в широком смысле отчет, конечно, правильный. Другой вопрос, пытаются ли там что-то смягчить — такие тенденции есть, и все же отчет является результатом серьезной работы», — сказал Муст.

Составившая отчет комиссия

• Эльза Лейтен, руководитель по внутреннему аудиту (председатель комиссии)

• Маргит Сутроп, декан факультета философии

• Алийс Лийн, юридический советник

• Сирет Рутику, заведующая учебной частью

• Ирене Кулль, председатель апелляционной комиссии



Случай Рандъярв привел к изменению правил

После проведения внутреннего аудита последовала решительная реакция со стороны ректората и учебного отдела Тартуского университета и был принят новый порядок, который защищает докторантов, допущенных к защите, от возможного субъективного мнения комиссии. С 1 января действует новый порядок присвоения докторской степени. Основные изменения состоят в следующем.

1. Научный руководитель по диссертации больше не имеет права присутствовать при принятии решения ни по одному вопросу, связанному с диссертацией, т.е. при голосовании (ранее запрет действовал только при защите), а также руководить собранием, обсуждающим соответствующий вопрос.

2. Уточнены суть и значение решений совета, связанных с допуском диссертации к защите, добавлены требования относительно занесения решения в протокол и обоснования отрицательного решения. Изменено время, в течение которого совет должен принять решение — вместо одного месяца шесть недель, в течение которых совет осуществляет рецензирование.

3. Отменено ограничение, согласно которому оппонентом и рецензентом диссертации можно назначать только лицо, не работающее в Тартуском университете. Назначая оппонентов и рецензентов, диссертационный совет должен проследить, чтобы при выполнении задачи, которая перед ними стоит, не возник конфликт интересов. Один оппонент, как и ранее, должен быть не из Эстонии.

4. С 1 января 2015 года заседания советов по защите будут записываться и храниться в виде аудио- или видеофайлов. Соответствующие требования и технические решения будут разработаны в течение текущего года.

5. Уточнена суть решений, принимаемых советом на заседании по защите. Существенное изменение связано с тем, что отныне совет не оценивает, соответствует ли диссертация предъявляемым требованиям, поскольку это происходит на этапе допуска к защите.

6. Уточнено, как должен действовать совет в случае, если возникают подозрения в плагиате. При возникновении в ходе защиты подозрений, что в работе имеются признаки плагиата или обмана, совет не принимает решение, но защита доводится до конца. Если позднее сомнения не найдут подтверждения, новая защита проводиться не будет, совет примет решение по результатам защиты.

7. Добавлены ранее отсутствовавшие положения, на основании которых возможна повторная защита той же докторской диссертации. Если защита не состоялась, соискателя ученой степени не отчисляют, он имеет право добиваться повторной защиты. Если соискатель не допускается к повторной защите, он имеет право представить новую работу и использовать учебное время, если оно осталось. Повторная защита возможна в случае, если по какой-то причине защита не состоялась, т.е. вопрос не состоит в том, что диссертация не отвечает требованиям (совет должен выяснить это еще тогда, когда решается, допускать ли диссертацию к защите).

8. Иным станет орган по рассмотрению апелляций. Прежде апелляцию о нарушении процедурных правил в соответствии с правилами организации учебного процесса рассматривала независимая комиссия, в которую входили студенты и преподаватели. Отныне апелляции рассматривает образованная проректором по учебной части комиссия в составе трех человек, члены которой должны иметь докторскую степень или приравненную к ней квалификацию.

Вынесший роковое решение диссертационный совет

Понятно, что это довольно деликатная история. Она не может не вызывать напряженности в Институте истории и археологии, в ученом совете, члены которого принимали участие в заседании по защите, в Тартуском университете в целом. И хотя ректорат постарался сделать все от него зависящее, чтобы извлечь из ситуации урок, и уже внес изменения в правила, при получении ученой степени не обойтись без эмоций.

Если обычно при защите докторской диссертации назначается один оппонент, то Лайне Рандъярв назначили двух оппонентов — профессора университета Ювяскюля Симо Микконена и специалиста по общей истории и истории Эстонии профессора Института истории Таллиннского университета Карстена Брюггеманна. Оба, насколько известно Postimees, при голосовании поддержали работу Рандъярв. Голоса «за» отдали также Анти Селарт, Айги Рахи-Тамм и Тийт Розенберг.

Также в состав комиссии входили (на самом деле в совете было 11 членов, в его работе участвовал также Ааду Муст, но, будучи научным руководителем, он не имел права голосовать) профессор кафед­ры общей истории философского факультета Тартуского университета Мати Лаур, не поддержавший работу Лайне Рандъярв, и еще четыре научных сотрудника, которые тоже проголосовали «против». Postimees не удалось установить, кто это был.

За последние десятилетия в Институте истории были защищены 28 докторских диссертаций, авторами четырех из них являлись женщины. По оценке источника, ознакомившегося с работой Рандъярв, если взять эти 28 работ, то докторская Рандъярв не входит в первую десятку, но в число первых 15 работ она вполне вписывается.

«Сейчас кипят страс­ти, обид предостаточно, — сказал Postimees один профессор. — Если вся эта история вновь выльется в большой скандал, то не исключено, что Рандъярв будет защищаться не в Тарту, а, например, в Лондоне». Сейчас никто не горит желанием (да и не осмеливается) подливать масло в огонь, тем не менее Postimees будет следить за развитием событий и продолжит заниматься этой темой.

НАВЕРХ