Департамент полиции и погранохраны рекомендовал проживающей в Вао албанской семье паковать чемоданы

В то время, когда Эстония днем с огнем ищет попадающих под квоты беженцев, чтобы перевести их сюда, Департамент полиции и погранохраны рекомендовал одной проживающей в Вао семье паковать чемоданы. Статус беженца Эстония не дает. Ну что с того, что две дочери из этой семьи общаются друг с другом на чистом эстонском языке, а третья является уроженкой Эстонии.

Никому нет дела и до того, что отец семейства освоил профессию сварщика и успел попрактиковаться в ней в течение полугода.

Работавший в Албании сотрудником криминальной полиции Алмен (полное имя известно Postimees – прим. автора), говоря об Эстонии, уже не ведет речь о чувстве признательности или о начале новой жизни, как это принято среди прибывших в новую страну соискателей убежища. В его словах чувствуется душевная боль. Даже когда я прошу его найти в Эстонии что-то положительное, в своих высказываниях он в итоге приходит к заключению, что его семья остается здесь нежелательной. Самое ужасное, что причины, по которым им не пожелали помочь, до сих мор ему не понятны.

Споры по поводу предоставления убежища уже велись с Департаментом полиции и погранохраны (РРА) на уровне административного и окружного суда. В то время как суды давали надежду и в обоих случаях просили РРА пересмотреть свой отрицательный ответ, в конце минувшего года из полиции вновь пришло уже знакомое электронное письмо. Еще до объявления официального решения миграционное бюро РРА заявило, что, судя по всему, оно окажется отрицательным – Алмен, его супруга Манджола, а так же их дочери Аманда (10), Артджона (4) и Алиса (1) должны покинуть страну. В результате продолжавшихся три года юридических разбирательств сегодня Алмен признается, что уже не хотел бы навсегда остаться в Эстонии. «Я не знаю никого, кто не желал бы в итоге возвратиться обратно на родину. Я вернусь туда, когда что-то изменится», - честно говорит он. Если власти сумеют совладать с коррупцией и с организованной преступностью, жертвой которых стала эта семья. «Почему мне и моей семье не хотят предоставить это время, я не понимаю», - недоумевает он.

Преследуемые или нет?

В этой сложной истории есть два проблематичных аспекта. Один заключается в том, что придерживающаяся консервативной миграционной политики Эстония не предоставляет международной защиты «по гуманным соображениям», как поступают многие другие страны. Поэтому не имеет никакого значения тот факт, что Аманда и Артджона говорят по-эстонски, а Алмен освоил здесь новую специальность. Даже если семья доказала, что способна и готова интегрироваться в общество Эстонии, у рассматривающего ходатайство РРА нет оснований это учитывать.

Второй аспект проблемы просматривается при изучении вынесенных в отношении Алмена судебных решений, которые выявили недочеты в работе занимающегося ходатайствами о предоставлении убежища РРА.

Чтобы понять, что именно заставило этого человека покинуть Албанию, необходимо вернуться к событиям десятилетней давности.

До 2007 года Алмен работал сотрудником криминальной полиции. На своей последней должности ему надлежало бороться с контрабандой и наркобизнесом. По его словам, роковым для его карьеры и жизни в родной стране стала ликвидация одной плантации марихуаны и арест причастных к этому лиц. Один из задержанных оказался родственником высокопоставленного чиновника.

Алмена заставляли отказаться от обвинения, а когда он на это не пошел, уже сам сотрудник уголовной полиции получил кажущееся абсурдным обвинение: похищение телефона с угрозой применения оружия. За этим последовали безо всякого официального судебного разбирательства два с половиной года тюремного заключения.

РРА счел достоверным факт работы Алмена в полиции. При этом РРА счел вероятным, что Алмену было предъявлено обвинение со стороны коррумпированного судьи и его заключение под стражу могло быть связано с предъявлением обвинения родственнику чиновника. Но все это еще не открывает дверь перед лицом, ходатайствующим о предоставлении убежища в Эстонской Республике.

Хотя Алмен утверждает, что уже после освобождения ему вновь угрожали, пообещав снова «отправить гнить за решетку», РРА придерживается мнения, что прямой угрозы для него в настоящее время в Албании нет. Чиновники делают этот вывод на том основании, что Алмен не может доказать обратного. Обстоятельство, используемое РРА против Алмена, заключается в том, что когда летом 2010 года он был на родине освобожден из тюремного заключения, он не сразу покинул страну, а попытался вновь наладить свою жизнь там. Однако, угрозы в его адрес, по его собственному утверждению, продолжались. Поскольку его личные данные во время пребывания в тюрьме стали известны преступникам, он начал опасаться, что угрозы исходили от тех самых лиц, которых он арестовывал.

В итоге 21 октября 2012 года Алмен оставил родные края. Поначалу он один отправился на автобусе через Балканские страны, Италию, Германию, Швецию и Финляндию. В Эстонию он приехал в декабре того же года. В тот же день он отправился в РРА, чтобы подать ходатайство о предоставлении убежища. Почему же он сделал это именно здесь, в Эстонии, от которой ходатайствующие о предоставлении убежища стараются держаться подальше? Чиновники тоже не перестают этому удивляться.

«Я нахожусь здесь отнюдь не по экономическим соображениям, я хожу на работу. Если бы я был экономическим переселенцем, я бы остался в Италии, в Германии, в Швеции. Моей целью было избегать встреч с соотечественниками, я хотел сохранить анонимность и найти место, где бы это стало возможным», - утверждает переселенец.

«Сейчас я нахожусь в таком положении, что терять мне больше нечего», - объясняет он свою решимость поделиться своей историей. 

Весной 2013 года к Алмену в Эстонию перебралась и работавшая швеей супруга Манджола, а так же дочери Аманда и Артджона. Манджола так же стала жертвой угроз, ее начали расспрашивать об Алмене.

Жесткая критика в адрес полиции

В настоящее время Аманда учится в окрестностях Вао в школе Килтси, где хотя и проходит обучение по индивидуальной программе, однако, ее оценивают на тех же основаниях, что и всех остальных учащихся. Четырехлетняя Артджона в ходе общения с заведующей центром Вао Яной Селесневой и со своей сестрой также уже освоила разговорную эстонскую речь. Родители попытались подыскать ей место в детском саду, чтобы Артджона могла общаться со сверстниками, но дело застопорилось из-за проблем с деньгами. Алисе скоро исполнится два года, и она уже выговаривает первые эстонские слова.

Алмен и Манджола эстонским языком владеют мало. «Язык этот не так труден, я бы смог его освоить», - полагает Алмен, отмечая, что мотивация к обучению у него не слишком высока, пока государство постоянно угрожает им депортацией. «Я не знаю, как поступить – следует ли осваивать эстонский язык или надо думать о том, куда перебираться в дальнейшем».

Первый отказ Алмен получил в июле 2013 года. Ему было сделано предписание покинуть Эстонию. «Ходатайствующий не представил убедительных показаний или доказательств по поводу того, что ему постоянно хотят отомстить. /…/ Опасения ходатайствующего перед уголовниками, которых он арестовывал, будучи полицейским, никак не связаны с основаниями для предоставления статуса беженца», - значилось в решении РРА.

Алмен оспорил отказ в административном суде, который спустя год в июле 2014 года постановил аннулировать прежнее решение РРА. При этом административный суд взыскал с РРА в пользу целевого учреждения Eesti Inimõiguste Keskus (Эстонский центр прав человека) судебные издержки Алмена в размере 1590 евро.

Суд сурово раскритиковал РРА: департамент не был объективен при рассмотрении ходатайства о предоставлении убежища и не проверил достоверность всех доказательств и данных; решение создает впечатление, что РРА стремился подыскать причины, по которым отказать в удовлетворении ходатайства Алмена.

«Если делопроизводителю оказалось что-то непонятным, можно было бы задать уточняющие вопросы, не интерпретируя все это в ущерб подавшей жалобу стороны. /…/ Налицо надуманные противоречия. /…/ В ходе опроса податель жалобы изложил свою историю настолько подробно и логично, что нет оснований подозревать его в том, что он ее выдумал. /…/ РРА допустил ошибки при изучении и взвешивании представленных подателем жалобы доказательств и материалов», - таковы были замечания административного суда в адрес работы полиции.

Апелляцию по поводу такого вердикта суда теперь уже подал сам РРА, обратившись в окружной суд с просьбой аннулировать постановление административного суда и отказать Алмену в удовлетворении его жалобы. По утверждению РРА, в показаниях Алмена имеются противоречия и недоказанные факты.

«Уровень коррупции в Албании составляет 31 балл (по шкале 0-100), что не позволяет считать эту страну высоко коррумпированным государством», - в числе прочего подчеркивает РРА. При этом РРА отмечает, что Алмен покинул родину лишь в октябре 2012 года, хотя угрозы поступали уже в 2011 году. Так же, по мнению РРА, после его освобождения из тюрьмы прошло уже достаточно времени. «Есть основания полагать, что преследования не получат продолжения», - заключает РРА. В октябре минувшего года окружной суд отклонил жалобу со стороны РРА и вернул решение по ходатайству Алмена обратно РРА для пересмотра. Окружной суд полагает, что РРА был объективен, однако, отмечает, что все сомнения были безосновательно истолкованы РРА не в пользу Алмена.

Потеряно при переводе

«Наличие противоречий не обязательно означает недостоверность показаний. Лицо может не понимать, насколько важно уже при ходатайстве о предоставлении убежища исчерпывающе продемонстрировать все причины ходатайства о предоставлении убежища. При этом между ходатайством о предоставлении убежища и обусловившими это ходатайство событиями обычно бывает существенный временной промежуток, поэтому воспоминания лица могут оказаться неясными и искаженными», - констатировал окружной суд.

При этом суд подчеркнул, что в опросе Армена одновременно участвовало два переводчика. «Даже при самом оптимальном ведении дела всеми причастными сторонами возможны расхождения между изначально сказанным и тем, что было записано. Эти расхождения могут оказаться не устраненными даже в ходе перечитки прокола».

Окружной суд согласился с Алменом, что преследование доказывается не только непосредственными посягательствами против подателя жалобы. «Важно еще и эмоциональное преследование, постоянный страх за свою личную безопасность и безопасность своей семьи. С учетом того обстоятельства, что податель жалобы уже лишился работы и отбыл тюремное заключение сроком в 2,5 года, отнестись к угрозам легкомысленно невозможно, и угрожающая сторона располагает возможностями „наказать“ подателя жалобы. Опираясь лишь на фактор времени невозможно достоверно утверждать, что подателю жалобы никакая опасность более не угрожает», - укоряет полицию окружной суд. Полиции вновь пришлось оплатить расходы Алмена на юридическую помощь, возместив  Eesti Inimõiguste Keskus 1128 евро.

«Я подал полиции все документы, которые у меня имеются. Иногда я думаю, что, видимо, проще было бы явиться без документов и просто заявить, что меня хотят убить, помогите», - говорит Алмен.

Возвращаться на родину, во всяком случае, на первых порах он не планирует. «Может быть, нам придется начинать все заново в новой стране, с новым языком. Мои дети, к счастью, еще малы и они не понимают многих вещей в такой ситуации».

Комментарий

Лийс Валк, руководитель службы иностранцев миграционного бюро РРА

Эта семейная история сложная и тяжелая. По-человечески проблема этих людей совершенно понятна, и мы осознаем, что они хотят продолжать свою жизнь в Эстонии, поскольку дети уже ходят в Эстонии в школу, и отец семейства нашел работу. При этом данное ходатайство о предоставлении международной защиты необоснованно. Действительно, налицо ситуация, когда РРА уже вторично отказывает им в предоставлении международной защиты.

То обстоятельство, что человек владеет эстонским языком или же имеет желание проживать в Эстонии, не имеет значения при решении вопроса о предоставлении международной защиты.  Хотя людям с подобными навыками гораздо проще адоптироваться в Эстонии. 

Получение международной защиты отнюдь не является для иностранцев единственной возможностью переселиться в Эстонию. Если человек в период ходатайства о предоставлении убежища нашел себе работу, он может ходатайствовать о виде на жительство для работы в Эстонии, а остальные члены семьи для совместного с ним проживания. (По словам Валк, для получения вида на жительство с целью работы также существуют специфические условия, определенным требованиям должно соответствовать и само место работы, а так же предприниматель. При этом не для каждой работы можно получить вид на жительство. – прим. автора)

Поскольку семья ходатайствует о предоставлении убежища, нам приходится следовать регуляциям, касающимся ходатайств о предоставлении убежища.

НАВЕРХ