Сергей Метлев: Что станет с русскими школами?

Поделиться Поделиться Поделиться E-mail Распечатать Пришли новoсть Комментировать

Член правления "Открытой Республики" Сергей Метлев.

ФОТО: Pm

Член правления молодежной организации «Открытая Республика» Сергей Метлев утверждает в Postimees, что неспособность столичных властей объединить небольшие русские школы осложнит переход гимназий на эстонский язык обучения.

В связи с переходом русских гимназий на частичное обучение на эстонском языке, и, вероятно, в связи с приближающимися выборами, в СМИ вновь разворачиваются дебаты вокруг иноязычного образования.

Особенно острые споры разворачиваются вокруг настоящего и будущего русских школ в Эстонии. Количество учащихся русскоязычных школ удивительно быстро уменьшается. Языковая инспекция сообщает, однако, что знание эстонского у учителей русскоязычных школ остается по-прежнему скверным.

С 2006 года число учеников в русскоязычных школах уменьшилось на 49% (в эстонских, соответственно, на 17%).

Причина того весьма проста: русские родители все чаще выбирают для своих детей школы с эстонским языком обучения, обоснованно считая, что там ребенок получит более качественное образование и выучит эстонский язык на высшем уровне. Свою роль играет и демографическая ситуация в стране.

Перед нашими гимназиями стоит серьезная проблема: учеников становится все меньше. Однако положение русскоязычных гимназий все быстрее становится катастрофичным.

В нынешней ситуации следует оптимизировать школьную сеть, образовав на базе небольших гимназий крупные учебные центры. Этот подход позволил бы более эффективно использовать небольшие государственные ресурсы и объединить в школах лучших педагогов.

В то же время город Таллинн, в котором сейчас работает более трети русскоязычных школ Эстонии, отказывается формировать большие русские гимназии и продолжает отапливать  и содержать полупустые помещения. В Таллинне есть и такие русскоязычные гимназии, в которых в одном классе сидит мене десяти учеников!

Неспособность столичной власти слить маленькие школы существенно затрудняет переход на эстоноязычное обучение в гимназиях. Это вызывает дополнительные проблемы у учителей, поскольку хороших двуязычных учителей мало, и они вынуждены одновременно работать в нескольких гимназиях.

По данным Языковой инспекции, в прошлом году 67% учителей русских школ владели эстонским языком на требуемом уровне. Ситуация значительно улучшилась, однако это не дает особых поводов для радости.

Надо быть честными – владение государственным языком на среднем уровне для муниципального чиновника, к которым относятся и учителя муниципальных школ, логично и обоснованно.

Невладение государственным языком существенно снижает квалификацию. Он не может участвовать в курсах повышения квалификации и использовать эстоноязычные учебные материалы, не говоря уже о государственных учебных программах и правовых актах.

Корень проблемы, причину, по которой в течение 18 лет люди не смогли выучить государственный язык, вице-мэр Таллинна по образованию и культуре Яна Тоом усматривает в том, что языковые требования слишком жестки. Кроме того, вице-мэр призывает использовать при выполнении закона о языке какие-то «гуманистические требования».

По-моему, есть лишь два варианта: либо закон соблюдается, либо нет. Третьего не дано. За всеми выступлениями Яны Тоом по русскому образованию можно заметить просто популистские лозунги, согласно которым во всех проблемах русскоязычного населения виноваты Языковая инспекция со своими требованиями.

Выступая на прошедшем в Таллинне форуме «Гражданский мир», Тоом заявила, что чем больше раскручивать тему реформы языка обучения перед выборами, тем с большей вероятностью русская школа окажется в положении бронзового солдата. Кто все время раскручивает эту тему, если не сама Яна Тоом, которая на мероприятиях и в СМИ постоянно выступает с такими странными заявлениями?

Ситуация с эстонским языком в русских школах отражается и на конкурентоспособности русских школьников. Выпускники русских школ чаще сталкиваются с серьезными проблемами при поиске работы и при продолжении обучения в вузах, чем их эстонские сверстники.

Учась в гимназии, я своими глазами видел своих сверстников, которым 12 лет изучения эстонского языка были как с гуся вода. Причина заключается в том, что в школе они получают недостаточно языковой практики, а оканчивая школу, чувствуют себя чужими в эстонской языковой среде.

Мониторинг интеграции 2008 года показал, что 19% нашего русскоязычного населения вообще не владеет эстонским языком, а 25% понимает немного. Естественно, это огромный шаг вперед , учитывая, что в 1989 году по-эстонски говорило лишь 14% русскоязычного населения. Но как достичь большего?

Рапорт этого года о человеческих ресурсах Эстонии продемонстрировал основную проблему нашего русскоязычного меньшинства: людей не привлекают к местной жизни. Ценный человеческий ресурс уезжает из Эстонии или пополняет армию безработных. У большинства русскоязычных школ нет никакой связи с местными эстонцами, а плохое владение эстонским не позволяет им следить за эстонскими СМИ и успешно конкурировать на рынке труда.

Похоже, что вице-мэр Тоом хотела бы видеть русскоязычных абитуриентов в роли смотрителей кладбища и сопровождающих в общественном транспорте. Мне такая картинка не нравится, и я вижу угрозу, что русскоязычная общественность может в один день в один день начать быстро радикализироваться, что не входит в интересы нашего общества.

Поддержка образования, включая повышение квалификации педагогов, это инвестиция в успешное будущее.

Если ученикам тяжело получить языковую практику в своей семье или во дворе, то государственные и местные органы власти должны обеспечить такую возможность минимум в стенах родной школы. Государство находит для этого деньги, а крупнейшие органы местного самоуправления – нет.

В начале учебного года мы узнали, что в городском бюджете на 2011 год значительно сокращены расходы на образование, а школы остаются без дополнительной поддержки, например, психологов, о чем же тогда можно говорить в отношении языковых и прочих курсов для учителей.

Может быть, стоит меньше тратить на пропагандистские СМИ и вместо этого направить деньги в школы?

И не надо создавать социальные места сопровождающих в транспорте, поскольку исследования показывают, что у образованных людей больше шансов найти хорошее место работы или создать его для себя самостоятельно.

Этих минимальных условий, которые созданы для общения по-эстонски в русских школах, явно недостаточно. Двуязычное образование необходимо уже с 1 класса, где русскоязычные ученики смогут ознакомиться со своим родным языком и культурой, в то же время изучая некоторые предметы на эстонском языке.

Исследователи доказали, что языковое погружение не оказывает негативного влияния на результаты учебы, в то же время уровень эстонского языка начинает быстро расти. Директор успешной русскоязычной гимназии Изабелла Рийтсаар опубликовала в СМИ мнение о том, что за хорошими результатами ее школы (34-е место в рейтинге, на которое школа вышла со 142-го) стоит активная практика языкового погружения, которая заметно улучшила мотивацию учеников.

С 2011 года в гимназиях будет преподавать 60% предметов на эстонском языке. Поэтому по окончании русской основной школы ученик должен не только говорить, но и учиться на этом языке. Иначе в гимназии у него возникнут серьезные проблемы.

В последнее время в СМИ появились статьи, в которых ставится под сомнение необходимость языковой реформы гимназии и обращается внимание на плохую подготовку к ней. Никак нельзя согласиться с этим. Реформа проводится уже четвертый год, этого времени было достаточно для перехода, государство со своей стороны организовало множество языковых курсов и конкурсов.

Многие русские гимназии давно и добровольно преодолели границу в 60%. Как я уже сказал, эстоноязычная учебная среда – единственная, которая может обеспечить русским ученикам действительно хорошее знание государственного языка, улучшить конкурентоспособность и помочь им интегрироваться в общество.

Основная проблема нашего русскоязычного меньшинства скрывается в нынешней сегрегационной системе русскоязычного школьного образования.

Если русскоязычные школы понемногу не станут двуязычными и не интегрируются, по сути, в эстонскую школьную сеть, то мы и в 2020 году будем читать в отчете о развитии человеческого ресурса, что молодежь из русскоязычных школ по-прежнему не интегрирована и чувствует себя в Эстонии неуверенно, что самые перспективные из них по-прежнему уезжают за границу, где создают семью и платят налоги.

НАВЕРХ