Хватит ли комиков для выборов в Европарламент?

Вячеслав Иванов.

ФОТО: архив автора

Понадобился всего один, но профессиональный, комик, чтобы народ Украины предпочел его политику. Нам вскоре предстоит избирать депутатов Европарламента. Пойдем ли украинским путем? Правда, у нас нет столько кадровых комиков, но, может, сойдут и аматёры?

Публичное обсуждение «правительства консервативно-народного единства» утратило, по крайней мере, внешне, высокий эмоциональный накал. Однако, на мой взгляд, это свидетельствует не о потере интереса, а о том, что заболевание переходит из острой стадии в хроническую. Требуются другие критерии оценки, другие методы лечения…

Скованные одной цепью

К тому же значительную долю внимания отвлек на себя рабочий саммит президентов Эстонии и России, который наверняка окажет в дальнейшем сильное влияние на развитие нашей внутриполитической ситуации.

Но встреча Кальюлайд и Путина – все-таки скорее «одноразовое» мероприятие, тогда как уже состоявшиеся выборы в Рийгикогу, формирование коалиции и затем правительства плюс грядущие евровыборы – это звенья единой цепи, общая прочность которой, как известно, зависит от прочности самого слабого ее звена. Которое из них таковым является – сегодня на глазок определить трудно. Но попробуем разобраться.

Определяющее событие в этой цепочке – кампания выборов в Рийгикогу, включая предшествовавшую им агитационную преамбулу, которая ознаменовалась парадом беспринципности, а его свидетелями и участниками мы были на протяжении почти трех месяцев. Сам процесс выборов стал лишь завершающим аккордом.

Безответственные обещания, торжественные клятвы и заверения «твердо стоять на своих позициях», при заведомо полнейшей внутренней готовности нарушить их все, сразу или по частям, – ради прорыва к вершинам власти, всё это было продемонстрировано сполна практически всеми участниками гонки. И хотя все предвыборные кампании мало чем в принципе отличаются друг от друга, нынешняя, как показали ее итоги, стала максимально циничной.

Мало чем отличается от нее и кампания по выборам в Европейский парламент. Конечно, масштаб другой. С одной стороны, вроде бы, все-таки Европа, размах!.. А с другой – «узок их (евродепутатов) круг, страшно далеки они от народа». Проще говоря, для рядового жителя Эстонии присутствие его представителей в континентальной Говорильне (а слово «парламент», как известно, происходит от слова "говорить") – это, скорее, вопрос престижа, чем практической пользы, своего рода вишенка на торте.

Может, на самом деле это и не так, и какая-то польза все-таки имеется, но обывателю всё, что происходит за порогом его дома, представляется некоей абстракцией. На что, собственно, если отбросить шелуху агитационной патетики, и рассчитывают кандидаты...

Торжество… демократии или лукавства?

Слово «лукавство» в данном контексте следует толковать не как милую шаловливость предмета воздыхания, а в сугубо инфернальном смысле: от лукавого – значит от черта…

На мой, сугубо предвзятый, взгляд, кампания по выборам в Еропарламент еще более цинична, чем ее «младшая сестра» республиканского уровня. Правда, в этом случае цинизм носит более завуалированный характер, но от этого не перестает быть цинизмом.

Я имею в виду саму избирательную систему, которая позволяет одним и тем же персонам бесконечно дрейфовать из одного списка в другой – от местных выборов (включая самые «низовые», волостные), через Рийгикогу, и до европарламентских включительно.

И вот теперь скажите мне: если, допустим, Март Хельме, возглавляющий список претендентов на евромандат от своей партии, получит требуемое для прохождения в это почтенное учреждение число голосов – как он поступит? Если займет свое кресло в высшем законодательном органе единой Европы, то как быть с его обещаниями избавить угнетаемую Евросоюзом Эстонию от вассальной зависимости, которую ей навязывают из Брюсселя? И на кого он тогда оставит обетованное ему место министра внутренних дел, откуда он собирался навести, наконец, порядок в стране, очистив ее от всяческих чуждых элементов? А если он откажется от евродепутатства и передаст свои голоса другому кандидату, значит – обманет своих избирателей, которые надеялись, что он, попав туда, сможет разрушить ненавистный «Карфаген» изнутри.

То есть при любом раскладе получается, что мы имеем дело с откровенной мистификацией, хотя первое апреля уже позади. Сказанное относится, разумеется, не к одному Марту Хельме. Просто вся наша избирательная система, допускающая «параллельное» депутатство и построенная на принципе передачи голосов, является, на мой взгляд, изначально ущербной. По этому поводу могут быть разные мнения, я излагаю только свое.

При всей внешней демократичности такая система сильно укорачивает long list, не говоря уже про short, потенциальных участников избирательных кампаний всех уровней. Хотя мне могут возразить, что в противном случае желающих быть избранными оказалось бы слишком много, и прокормить такую ораву не представляется возможным: у нас и без того работать некому, приходится ввозить трудовые ресурсы из-за границы…

Партия думает за нас

Что касается желающих быть избранными, то здесь мои воображаемые оппоненты, пожалуй, отчасти даже правы. Но только отчасти. Потому что, с одной стороны, имеется весьма многочисленная группа народных избранников, которые с большой готовностью меняют полученные от народа мандаты на теплые местечки в разного рода муниципальных и государственных структурах.

Хотя, с другой стороны, наблюдается и «обратное течение»: как раз из этих самых структур, где все-таки надо если и не работать в буквальном смысле, то хотя бы постоянно иметь дело то с подчиненными, которые ждут от тебя конкретных и обоснованных распоряжений, то с просителями и прочими посторонними лицами. Тогда как в парламенте можно вообще просто нажимать на кнопку при голосовании, подчиняясь партийной дисциплине. Зарплата, может быть, и поменьше, чем в структурах, но зато хлопот в разы меньше, а ответственности и вовсе никакой.

Так или иначе, если внимательно приглядеться, можно без труда убедиться, что оба эти «встречных потока» более чем на три четверти состоят из одних и тех же лиц, периодически мигрирующих то в одну, то в другую сторону. И три четверти – это еще при самом оптимистичном подсчете. Некоторое оживление в этот перечень попыталась внести нынче партия Eesti 200, но, во-первых, попыткой дело и ограничилось, а во-вторых, в ее списке тоже встречались знакомые лица…

Так что уж и не знаю, окажутся ли «взрослые» выборы моментом истины для эстонских политиков, а главное – для избирателей. А также помогут ли они выяснить, где же то слабое звено, укрепив (или удалив) которое, мы получим, наконец, надежную и реальную демократию. Делать какие-то прогнозы на основе имеющихся в данный момент рейтингов партий – примерно то же самое, как если использовать для этой цели астрологический гороскоп. За предстоящий до выборов месяц эти рейтинги поменяются еще несколько раз, к тому же в зависимости от того, кто будет заказывать исследования…

Во всяком случае, я нахожусь в полнейшем раздрае: за кого голосовать? За EKRE – исключено по определению. За центристов? Слишком откровенно в этот раз их депутат/кандидат показала, что для нее мандат европейского парламентария является все-таки вожделенной целью, а не средством решения чьих бы то ни было чужих проблем. Хотя ни секунды не сомневаюсь в ее способности убедительно доказать, что это не так, и что нет для нее проблем роднее и ближе, чем проблемы ее любимых избирателей. Все-таки она высокопрофессиональный журналист, а значит, умеет убеждать и доказывать. Профессионалы бывшими не бывают…

Что же касается Партии реформ, "Отечества", социал-демократов и всех остальных, то – никого не хочу обидеть, а тем более оскорбить – и вовсе не вижу в них выразителей моих интересов или хотя бы взглядов. Уж извините!..

НАВЕРХ