Ваша версия браузера устарела. Пожалуйста, обновите браузер, чтобы все работало как следует
Куки помогают нам предоставлять услуги. Заходя на портал, вы соглашаетесь с использованием куки. БОЛЬШЕ ИНФОРМАЦИИ >

Стоит ли бояться «Бессмертного полка»?

8
КОММЕНТИРОВАТЬ РАСПЕЧАТАТЬ СТАТЬЮ
Акция «Бессмертный полк». | ФОТО: GREENFIELD/SIPA/GREENFIELD/SIPA

В прошлом номере  «ДД» лидер «Ночного дозора» Дмитрий Линтер заявил о намерении провести 9 мая в Эстонии шествие «Бессмертного полка». Мероприятие согласовано с полицией и пройдет в Таллинне и Силламяэ, примечательно, что ветеранские организации в нем участвовать отказались. О том, нужна ли Эстонии такая акция и заложен ли в ней элемент политической пропаганды, рассуждали русскоязычные политики.

Вадим Белобровцев:

– Победа в Великой Отечественной войне, безусловно, является важным событием для всех, кто воевал против гитлеровской Германии и их потомков. Поэтому нет ничего удивительного в том, что тысячи людей приходят возложить цветы к Бронзовому солдату и на могилы своих родственников-ветеранов. Я, например, аналогичным образом чту память своего деда, прошедшего через войну, которая, увы, основательно подорвала его здоровье и привела к преждевременному уходу из жизни. Что касается «Бессмертного полка», то если какая-то не запрещенная на территории Эстонии организация хочет организовать шествие людей с фотографиями их родственников, воевавших с гитлеровскими войсками, и имеет на это разрешение, то я не вижу в этом проблемы. Сложно сказать, каким образом это является «пропагандистской деятельностью» и что именно эта акция должна «пропагандировать». При условии, конечно, что она не будет сопровождаться какими-то посторонними атрибутами и транспарантами. Если есть желающие участвовать в таком мероприятии, то почему бы и нет.

Яна Тоом:

– К акции «Бессмертный полк» я отношусь с уважением и интересом, но отчасти и с тревогой. С уважением – потому что разделяю отношение авторов идеи к победе в Великой Отечественной войне. Мой дядя, Виталий Черногоров, пошел добровольцем на фронт и прошел всю войну, брат моего деда Оскар Томсон погиб под Великими Луками, а дед, Генрих Томсон, пережил блокаду. В нашей семье значение победы никогда не подвергалось сомнению. С интересом – потому что до сих пор организаторам шествий в России удавалось не дать прибрать себя к рукам ни одной политической силе, а это дорогого стоит. А тревога продиктована этим последним соображением: любое народное начинание, особенно такое масштабное и успешное, рискует стать инструментом политической борьбы, и если это случится с «Бессмертным полком», это будет большой потерей.  Нужна ли Эстонии эта акция? Раз у нас в стране есть люди, для которых участие в ней важно, никто не вправе сказать, что эти люди не нужны. Эстония – это мы.

Евгений Криштафович:

–  Цель этого мероприятия –  вызвать столкновения русских и эстонцев, ослабить стремление к общественному единству путем  дискредитации русскоязычного населения в глазах эстонского большинства, тем самым нанеся ущерб безопасности Эстонии. Когда активисты «Ночного дозора» понесут портреты Арнольда Мери и прочих деятелей, которых официальная Москва считает героями, это будет воспринято эстонским обществом однозначно: как марш пятой колонны во славу советской оккупации. Думаю, на это и делается основной расчет организаторов: ровно десять лет назад с акции с плакатом Юри Бёма перед памятником на Тынисмяги и начался «бронзовый кризис». Запрещать шествие полицейскими методами нецелесообразно: этим мы только дополнительно ослабим наш конституционный порядок, признающий свободу самовыражения и собраний как неотъемлемые права человека. Но зрелость гражданского общества заключается в том, чтобы игнорировать очевидную провокацию и подвергнуть безусловной обструкции ее организаторов. Безотносительно того, какой именно полк в данный момент преподносится нам в качестве «бессмертного», полк НКВД или дивизия Ваффен-СС. Мы все отлично понимаем контекст, в котором подобные акции проводятся.

Виктория Ладынская:

– К сожалению, сегодня многие исторические события стали игральными картами в руках политиков. Глобальный мир (в обоих смыслах этого слова) сегодня заставляет даже на подсознательном уровне настороженно воспринимать любые акции, политические речи, статьи или – вот сейчас – мои слова.  А правда для меня в том, что в эти майские дни я вспоминаю, что эти даты означают лично для меня и моей семьи. И еще я думаю о том, что павшие на той войне мечтали о мире. Поэтому сегодня, участвуя в чем-то или не участвуя, я думаю прежде всего о хрупкости мира и о желании сохранить то, что нам вверили.

Денис Бородич

– В самой идее я ничего плохого не вижу. Мы живем в свободной стране, где каждый может выражать себя так, как желает. Тем более что 9 мая многие действительно вспоминают своих родственников, погибших на войне. Я знаю, что и в прежние годы на то же Военное кладбище люди приносили фотографии своих близких, которых воевали. По сути даже в эстонском контексте здесь нет ничего нового. Но с учетом личности организатора «Бессмертного полка» для меня акция приобретает политическую окраску. Речь идет о человеке, который сейчас живет в Москве, то есть длительное время не имеет с Эстонией ничего общего, но приезжает сюда для проведения такого мероприятия. Появляются сомнения относительно его искреннего желания вспомнить предков и отдать дань памяти павшим.

Наверх