Обращаем ваше внимание, что статье более пяти лет и она находится в нашем архиве. Мы не несем ответственности за содержание архивов, таким образом, может оказаться необходимым ознакомиться и с более новыми источниками.

Мнение КаПо истинно, потому что верно

Михаил Кылварт продолжит судиться с КаПо: кроме этого дела есть еще одно – о заявлениях главы КаПо Райво Аэга на пресс-конференции. ФОТО: Михкель Марипуу

Вице-мэр Таллинна Михаил Кылварт проиграл дело против КаПо в первой инстанции. Решение суда не стало для него сюрпризом: Кылварт сразу приготовился ко всем трем инстанциям и, если надо будет, дойдет до Европейского суда по правам человека.

Напомним: вице-мэр судится с Полицией безопасности по поводу ежегодника, в котором КаПо написала о нем много интересного. Адвокаты Кылварта Юллар Тальвисте и Оливер Няэс (те же, что и у Яны Тоом, которая тоже проиграла первый процесс против КаПо) подготовились к делу основательно и привели даже ссылки на дела Европейского суда.

Непредвзятому наблюдателю могло показаться, что дело Кылварта перспективнее дела Тоом – скажем, про Яну в ежегоднике писали, что она открыто противодействовала политике интеграции, а Кылварт делал это еще и «скрытно», и к этому можно придраться. Конечно, Кылварт давил на директоров гимназий, требуя от них ходатайствовать об отсрочке перехода на эстонский. Еще вице-мэр объединял русскоязычную молодежь, дабы показать, что та против этого перехода, и тайно встречался с дипломатом РФ Юрием Цветковым, который «мог использовать эту встречу для влияния на Кылварта». Или не использовать – КаПо тут как та блондинка: «С какой вероятностью по улице пробежит динозавр?» – «50 процентов! Или пробежит, или не пробежит!»

Кылварт и Цветков встречались на спортивной тренировке, причем вице-мэр передал дипломату учебники истории, которые можно купить в любом книжном магазине. КаПо засняла встречу на фотопленку и поместила кадры в своей книжке с подписью: «Передача учебников истории иностранному дипломату – не преступление, но возникают вопросы без ответа». У любого разумного человека вопросы возникают прежде всего к самой КаПо. Не очень понятно, почему ежегодник учреждения, отвечающего за госбезопасность, напоминает бульварное издание с заголовками типа «Певица Анни Ванни утверждает, что не писает по ночам с крыши». Правда правде рознь; подозрения должны быть обоснованны, особенно такие серьезные, как подрыв конституционных основ. Вкратце позиция Кылварта такова: суд должен решить, имеет ли КаПо право помещать в ежегоднике сведения о лице, если это лицо действовало в рамках закона.

К рамкам закона и цинизму наших властей, которые эти рамки устанавливают, мы вернемся, а пока скажем, что аргументы Тальвисте и Няэса не возымели на суд никакого действия. Судья Элле Каск предпочла во всем согласиться с адвокатами КаПо – Алларом Йыксом и Карри Гинтером. Вопрос о том, почему КаПо за наши деньги нанимает дорогих адвокатов, остается, кстати сказать, открытым.

В конспиративных спортзалах

Йыкс и Гинтер отбивались по всем фронтам, и местами вышло смешно. Взять Юрия Цветкова. Опять же любому разумному человеку ясно: если КаПо пишет про Кылварта, что тот скрытно встречается с русским дипломатом, значит, вице-мэр что-то дурное задумал. Иначе встречался бы в открытую, верно?

Беда в том, что Кылварт тайны из своих встреч с Цветковым не делал – и в любом случае такие встречи ненаказуемы, пока не доказан состав преступления. Адвокаты КаПо о презумпции невиновности знают, поэтому начинается выступление дуэта словесных эквилибристов. То, что контакты были «тайные» (varjatud), – это не факт, а оценочное суждение, и базируется оно на том, что встреча с Цветковым не была официальной: Кылварт виделся с ним как частное лицо. «Этого достаточно, чтобы считать встречи с Цветковым неофициальными». Кто бы спорил. Но как отсюда следует, что они встречались тайно? А никак. Возможно, взаимосвязь поясняется в секретных документах, которые КаПо предоставила суду, но тут «дело ясное, что дело темное».

Примерно так же Йыкс и Гинтер защищают святое право КаПо писать что угодно о ком угодно и по прочим пунктам. Утверждение, будто вице-мэр науськивал русскую молодежь против интеграции, подтверждается тем, что Кылварт призывал всех противников перехода гимназий на эстонский прикрепить к одежде белую ленточку. А еще Кылварт взял под свой контроль некоммерческое объединение «Русская школа Эстонии». В ответ на реплику Кылварта – он там член совета, ни о каком тотальном контроле речь не идет, – Йыкс и Гинтер заявляют, что КаПо и не имела в виду контроль в юридическом смысле. А в каком тогда? Читайте дальше – узнаете.

Prislušalsja – исполняй!

Показания свидетелей – песня отдельная. Суд заслушал трех свидетелей со стороны Кылварта и одного со стороны КаПо. Де-факто свидетелей Кылварта было двое, третий «не сумел сообщить ничего, что имело бы связь с Кылвартом». Кто этот свидетель – непонятно: в одном месте судья пишет, что это Ильмар Рааг (режиссер – прим. Н.К.), в другом – что это Ивар Райг (экономист – прим. Н.К.). Элле Каск проделала большую работу. Кстати, решение суда Кылварту посылали трижды: судья аж два раза правила первоначальный вариант.

Главными свидетелями со стороны Кылварта были директор Русской гимназии Хааберсти Ирина Антонюк и член правления «Русской школы Эстонии» Александр Тараканов. На показаниях последнего адвокаты КаПо, а следом и судья выстроили изумительную цепочку суждений. Среди прочего Тараканов сказал, что глубоко уважает Кылварта и всегда прислушивался к его словам. КаПо возликовала: вот оно! В итоге таинственному слову prislušivatsja судья посвятила целый абзац. Значение глагола выверялось по множеству словарей. Оказалось, что (в обратном переводе на русский) он означает «слушаться», «вслушаться», «повиноваться». Чуете?

«Тараканов не просто слушал мнение Кылварта, он ему повиновался», – пишет судья, почти дословно повторяя аргумент адвокатов КаПо: когда Кылварт что-то говорил, «надо было если не повиноваться, то по меньшей мере относиться к его словам очень серьезно. Значит, мнение Кылварта для “Русской школы Эстонии” было чем-то, с чем не спорят». Вуаля: взятие «Русской школы» под контроль доказано!

Вот интересно: что должен был сказать Тараканов, чтобы суд решил, что «Русская школа Эстонии» Кылвартом не контролировалась? Что он, Тараканов, вице-мэра не уважает и к нему не прислушивается? Свидетель оговорил особо, что никакого контроля не было, но к этому доводу Элле Каск решила не prislušivatsja.

Одна Кяосаар сказала

Не впечатлила суд и Ирина Антонюк, показавшая, что никакого давления Кылварт на нее не оказывал. Антонюк должна была стать одним из 19 свидетелей – директоров русских школ и членов их попечительских советов; все эти люди, видимо, готовы были заявить о том, что давления не было. Судья, однако, решила метнуть жребий и «на основании случайного выбора» заслушать только одного свидетеля – Антонюк. Но все равно ей не поверила. Ведь «директора школ находятся в прямой зависимости от работодателя, Таллиннской горуправы, и от Кылварта, и можно обоснованно усомниться в том, могут ли эти люди быть свободны и независимы в суждениях». Зато Элле Каск не испытала сомнений, когда прислушивалась к свидетелю КаПо – главе отдела общего образования Министерства науки и образования Ирене Кяосаар. Ясно же, что чиновница не зависит от своего работодателя, государства, и свободна в суждениях.

Кяосаар показала много всего. Например, что мнения Кылварта кажутся ей «оппозиционными и скорее противоречащими политике государства или демагогическими полуправдами». Что когда министерство разбиралось с таллиннскими школами, которые осмелились ходатайствовать об отсрочке перехода на эстонский, «по крайней мере один член попечительского совета сказал, что со стороны Кылварта поступали очень четкие устные указания». Что сведения о давлении Таллиннской горуправы на директоров «поступали годами». Что, более того, «директоров главным образом тревожило то, что горуправа влияет на процесс перехода». Что Кылварт лично пытался уволить сколько-то непокорных директоров, а одного даже уволил, пригрозив прочим, что с ними будет так же, если они возьмутся уволенного защищать.

Венец этих показаний поистине прекрасен: Кяосаар сказала, что на встрече с министрами два директора школ сказали, что они представляют «примерно шесть-семь директоров», которые говорили, что на них давили и Яна Тоом, и Михаил Кылварт. Кто эти приблизительные директора? Такие вещи надо доказывать. Иначе получится агентство ОБС – «одна баба сказала».

Бедный конституционный строй

Многих порадует рассуждение Ирене Кяосаар об идее горуправы финансировать параллельные уроки на русском тех предметов, которые в гимназиях теперь преподают на эстонском. По мнению чиновницы, эта идея абсурдна: «Ученики пребывают в замешательстве – на каком же языке они все-таки должны учиться?» Уважаемые гимназисты, вас действительно приводят в замешательство именно уроки на русском?

Параллельная реальность, в которой все за интеграцию, кроме центристов, у противников Кылварта общая. КаПо считает, что вице-мэра нужно было пропесочить в ежегоднике еще и для того, чтоб «ободрить директоров школ и членов попечительских советов, дать им понять, что государство не смотрит сквозь пальцы на препятствование процессу интеграции». Ну а главная цель – это предотвратить «появление последователей и имитаторов, жертвующих интересами государства ради мелких партийных выгод». Ведь деятельность Кылварта способствует, чтоб вы знали, разобщению «титульной и иноязычной общин», а также угрожает конституционным основам, во многом совпадая с «политикой русификации» РФ, то есть с желанием сохранить русское образование в Эстонии. Вот КаПо и борется храбро с «процессами, поддерживающими внешнюю политику соседнего государства»...

Решение суда по этому делу пронизывает ощущение хрупкости конституционного строя ЭР, которому, если верить КаПо, угрожают: (а) местные учебники истории в руках иностранного дипломата; (б) белые ленточки на пиджаках; (в) ходатайства об отсрочке перехода гимназий на эстонский язык. Причем ходатайства эти абсолютно законны. Но вот он, великий цинизм властей: им мало формально разрешить ходатайствовать об отсрочке, оставив за собой право отклонить такие ходатайства (что и было сделано), – нужно еще, чтобы эту возможность никто не использовал. Все должны сделать вид, что обучение на русском им и даром не нужно. Зачем? Мы послушно интегрируемся и тем счастливы. А если чиновник мэрии не хочет притворяться, о нем напишут в ежегоднике КаПо. Чтобы «имитаторам» неповадно было. Prislušalis? Вольно. Разойдись.

***

Комментарий

Михаил Кылварт, вице-мэр Таллинна:

Остались невыясненными принципиальные вопросы: как можно аргументировать упоминание человека в ежегоднике КаПо, если действия человека согласуются с конституционным строем ЭР. Есть ли юридическая норма, запрещающая навешивать на человека ярлык и представлять его врагом народа? Да, я против перехода гимназий на эстонский в том виде, в каком он сейчас происходит, но Конституция позволяет выбирать язык обучения. Невозможно доказать, что я иду против законов ЭР. Суд никак это не прокомментировал, и получилось, что каждый, кто критикует власти, может попасть в поле зрения КаПо. Мне кажется, это должно настораживать. Дело тут не в политике, это проблема устоев демократического общества.

НАВЕРХ
Back