Власть №4. А рейтинг крылышками – бяк-бяк-бяк-бяк

Таави Рыйвас.

ФОТО: Ээро Вабамяги

На этой неделе эстонские СМИ писали про падающие столбы, разбивающиеся автобусы и намечающихся кандидатов в президенты, но и о русских не забывали.

Андрей Кузичкин, политбеженец из России, на портале Postimees рассказал эстонскому читателю, как ходил по таллиннскому району Ласнамяэ, который, что не секрет, до сих пор считается «русским гетто», в компании старейшины части города Марии Юферевой. Автор тактично, по-джентльменски назвал статью «“В постели с врагом”, или Прогулка под дождем со старейшиной района Ласнамяэ». К району томич Кузичкин подошел по-сибирски сурово: «По техническому оснащению культурный центр “Линдакиви” остается на уровне середины прошлого века, и черные сиденья, обложенные пристающими “волосами”, подошли бы клубу сибирского исправительно-трудового лагеря» (сибиряку ли не знать?). Виноваты явно центристы. Во всяком случае, Кузичкин грезит о том, чтобы власть в столице сменилась.

Великая Отечественная? Не было!

В Eesti Päevaleht журналист Рийн Альяс пишет о проблемах с преподаванием истории: связанные со Второй мировой темы «чувствительны» (неудивительно: то, что эстонцы, сражавшиеся за Гитлера, на деле сражались за независимость, без логического ступора осмыслить непросто), и часть учителей преподает их «сухо и лишь на основе фактов». Особенно в русских школах. Впрочем, в разности подходов видят проблему не все: «Урок истории – это тренировка аналитического мышления, – говорит Трийн Улла, учитель истории в русской гимназии, – а не провозглашение истины, а значит, ученики должны сами учиться делать выводы на основании достоверных источников».

Но старые методы пока живы. О ужас! «В лексике отдельных коллег еще проскальзывает термин “Великая Отечественная война”»! Все-таки интересно: когда Эстония выделяет Освободительную войну из бурных событий конца 1910-х и начала 1920-х – это окей, а когда то же делается для СССР, это не окей? Далее отмечается, что все вредное идет из семьи: «Хотя по большей части у учеников Уллы нет проблем с эстонским историческим нарративом, находятся и те, кому, например, тяжело согласиться с фактом, что Эстонию оккупировали».

Редакция EPL отмечает: «Конечно, обсуждение на уроке может превратиться в базар... Но грустно слышать, что новое русскоязычное поколение может вместо содержательных уроков получить шаблонные презентации. Конечно, дома у русского школьника могут говорить совсем не то, что в школе. Но если в школе история преподается сухо и бессодержательно, у школьного образования нет никаких шансов победить разговор на кухне... И у нас есть красная черта, за которую нельзя переходить. Эстонское государство явно не потерпит, чтобы учитель говорил, будто ГУЛАГа не было, там были одни враги народа и СССР принес в Эстонию грамотность». Что, такому и правда учат где-то в русских школах? Или это, что называется, навет, клевета и гнусные инсинуации?

Рабочие места против танков

Проблема, конечно, не в прошлом, а в настоящем. На неделе масла в огонь подлил анализ американского центра Rand Corporation: на завоевание Таллинна и Риги у РФ уйдет максимум 60 часов, невзирая на присутствие сил НАТО. Альянсу останется устроить кровавую баню или смириться с временным поражением с непредсказуемыми последствиями. Изменить ситуацию может армия из семи бригад (21 тысяча солдат), на содержание которой НАТО придется тратить 2,7 миллиарда долларов в год.

Министр обороны Ханнес Хансо в Eesti Päevaleht возражает: «Количество часов подсчитано неадекватно. Эстония так или иначе готова жестко противостоять всякому военному вторжению... Речь идет о самом неадекватном с точки зрения международных отношений сценарии... Непонятно, как учитывались ресурсы самообороны».

Редакция Õhtuleht пишет: «Все это было бы куда страшнее, если бы в тот же день министр обороны США не заявил, что те намерены в будущем году вложить в оборону стран Центральной и Восточной Европы 3,4 миллиарда долларов... Россия пообещала ответить “компенсирующими мерами”... Конечно, деньги вертят колеса (танков), и готовность союзников потратиться должна приветствоваться. Но после таких новостей стоит подумать, что мы можем сделать для усиления обороноспособности Эстонии».

Вывод ясен всем, кроме правительства: «Достаточно, чтобы у людей в Ида-Виру, Ласнамяэ и на юго-востоке Эстонии были стабильные рабочие места, чтоб они были сыты и жили в тепле. Может ли государство в случае конфликта рассчитывать на наших граждан, зарабатывающих на хлеб в Финляндии? Важнее всего, чтобы именно жители Эстонии были мотивированы вкладываться в безопасность государства». Золотые слова. Не зря Ленин говорил, что политика – это концентрированная экономика!

Защитить кого-то от России

Стоит добавить: и немного идеологии. Именно о ней писал в Postimees аналитик Ахто Лобьякас, критикующий правительственного советника по стратегической коммуникации Ильмара Раага, который «одной рукой организует стратегическую коммуникацию республики, а другой – психологическую защиту национального государства».

Есть принципиальная разница между демократией и либерализмом, пишет Лобьякас. Демократия – воля большинства, либерализм же основан на гражданских правах, и «как бы неприятны ни были чьи-то мнения, пока человек остается в рамках закона, за ним – право и государство». Он продолжает: «Собака зарыта в понятии психзащиты... Ни Рааг, никто иной не могут – не хотят? – сказать, кого точно мы защищаем: эстонцев, граждан, страну, общество? Ясно только, от кого – от России. За расплывчатостью маячит метафора войны, намекающая на то, что Эстония – не обычная страна. Она каким-то образом воюет, но и по-своему свободна. Оттого конституционных прав гражданина для исчерпывающего определения эстонского государства недостаточно».

И ключевое: «“Пропаганда терпимости”, которой я хотел и в рамках которой министры и президент показательно обходились бы с неэстонцами Эстонии как с себе подобными, сообщала бы людям об их гражданском долге, не более». Но где же та терпимость? Ау!..

Коричневые батальоны идут?

То, что рейтинг премьер-министра упал ниже плинтуса, мало кого удивляет. При этом, сообщил социолог Юхан Кивиряхк Eesti Päevaleht, социальный профиль отвечающих остался прежним, а вот оценки Рыйваса понизились по всем статьям – народ в нем разочаровывается. Зато растет внимание к EKRE, пугающей всех нас беженцами, которых пока и нет. Беженцев нет, а ужас есть. Поддержка EKRE ныне почти такая же, как у соцдемов (12 и 13 процентов соответственно), да и до реформистов с их 17 процентами осталось всего ничего.

Реформист Реймо Небокат предсказуемо заявил Õhtuleht, что, конечно, рейтинг – это сигнал партии, но «только по нему мы не работаем». А работают они по партийной программе и коалиционному договору, во имя реформ, безопасности и роста экономики. Эта мантра, согласитесь, уже навязла в зубах. «Что за непопулярные решения принял Рыйвас, на которые можно было бы списать падение его рейтинга? – пишет редакция газеты. – Нет таких решений. Худший вариант, когда власти ничего делать не решаются, не осмеливаясь принимать ни хорошие решения, ни плохие».

Õhtuleht размышляет: «Впечатление такое, что премьер и правительство больше заботятся о беженцах, чем о народе. Если это будет продолжаться, рейтинги коалиции будут только падать». И прямо в руки EKRE. Об усилении радикализма обтекаемо пишет в Postimees член Свободной партии Хейки Крипс, ставящий простой, но страшный вопрос: не расчищаем ли мы путь коричневым батальонам?

НАВЕРХ