Если бы да кабы, или Маастик forever

Яна Тоом.

ФОТО: Peeter Langovits / Postimees

Я проиграла в первой инстанции суд против КаПо. Неудивительно – умные люди предупреждали. Лично мне все стало окончательно ясно, когда кто-то из друзей кинул ссылку на вердикт рассматривавшей мой иск судьи Дагмар Маастик по поводу российских военных пенсионеров: несмотря на заявления российского МИДа, ее честь отказалась считать Россию правопреемницей СССР на том основании, что РФ не признала расстрела в Катыни. Как сказал бы классик, бывают странные сближенья…

Однако на сей раз Дагмар Маастик сумела прыгнуть выше головы – ей-богу, полет судейской мысли способен забросить в кукушкино гнездо всякого, кто продерется сквозь 14 страниц вердикта. Вот к примеру: «По какой причине каждая школа подала такое ходатайство (о сохранении русского языка обучения) достоверно установить невозможно, поэтому суд не счел нужным выслушивать свидетельские показания директоров и председателей попечительских советов». Но если мотивы подачи ходатайств установить невозможно, как может суд соглашаться с утверждением о том, что школы делали это по причине того, что Тоом оказывала на них давление?

Или вот такой перл: «В ходе апрельских беспорядков 2007 года был убит человек /…/ Предостережение было получено и в августе 2011 года, когда один человек при помощи огнестрельного оружия и взрывчатых веществ проник в здание Министерства обороны и только в результате счастливого стечения обстоятельств ни один человек не погиб там, подорвавшись на разбросанных им взрывпакетах».

Вы спросите, какое отношение к моей жалобе имеют взрывпакеты несчастного Драмбяна (которых он, кстати, нигде не разбрасывал)? Отвечаю: дело в том, что по закону КаПо имеет право вести производство не только по поводу строптивых вице-мэров и депутатов, но и по делам, связанным с убийством или вторжением на важные госудаственные объекты при помощи взрывчатых веществ. А судья Дагмар Маастик, как мы помним, мыслит масштабно и не жалеет времени, выстраивая декорации спектакля. Вот убитый Драмбян и стал гирькой на весах правосудия.

Какое отношение ко всему этому имеет Дмитрий Ганин, зарезанный пьяным панком? А вот какое: «… был убит, правда, без применения взрывчатых веществ, но это не означает, что такое не может случиться в следующий раз».

Должно быть, вы уже задаетесь вопросом, как две эти смерти связаны с языком преподавания в гимназической ступени? То же беспокоило и меня, но на странице 13 судья Маастик наконец преодолевает страсть к новейшей истории и разъясняет свою позицию.

«В своих выступлениях истица действительно не призывала русскоязычное население силой противостоять переходу на эстонский язык обучения, однако распространяемое ею недоверие и отчуждение от эстонского государства и правительства, представление русской общины как бесправных заложников, которых эстонское государство безнаказанно унижает и оскорбляет, призывы выступить в защиту своих прав и потребовать продолжения деятельности русскоязычных гимназий могут привести к вспышкам насилия с непредсказуемыми последствиями. Сравнение с сексом, хотя бы и шуточное (в одном из многочисленных выступлений, на котором почему-то зациклились враждебные мне дамы, я сказала, что буду сторонником перехода только если он происходит, как в сексе, по согласию сторон – Я.Т.), на самом деле очень опасно, так как сексуальный акт, с которым одна из сторон не согласна, это изнасилование – одна из самых ужасных форм насилия, вызывающее во всяком нормальном человеке желание активно сопротивляться. Не менее опасно и проведение параллелей с Бронзовым солдатом /…/ к переносу которого из центра города на кладбище часть русскоязычной общины отнеслась как к личному оскорблению, которого до сих пор не забыли. И если в умах какого-то количества людей такие сравнения преобразуются в убежденность, что их насилуют (в переносном смысле) и маргинализируют, вызванные этим протесты и насилие могут представлять опасность для имущества, здоровья и жизни людей, а в случае эскалации событий поставить под угрозу и конституционный строй и территориальную целостность государства».

Разумеется, я не могу оспаривать права Дагмар Маастик на собственное мнение, но в данном случае она олицетворяет собой государство, а что дозволено Юпитеру, как известно, не дозволено быку. Между тем всякому, кто ознакомится с вердиктом суда первой инстанции, станет ясно, что попытка неэстонского населения с Конституцией в руках отстаивать свои права, по мнению государства несет в себе угрозу и конституционному строю, и территориальной целостности. А вот, скажем, забастовка врачей или многотысячное сборище противников ACTA – нормальное проявление демократии. С этим, кстати, согласны и авторы пресловутой Хартии 12. Недаром в документе нет ни слова о проблемах неэстонцев и провальной политике интеграции, а адвокат КаПо в моем процессе Аллар Йыкс в числе прочих умов (среди которых, как на грех, нет ни одного русского) под предводительством президента штурмует могучим мозгом будущий рестарт демократии.

И тут я едва ли не впервые в жизни хочу согласиться с Ансипом: возможно, эти люди действительно едят какие-то семена и совершенно напрасно пренебрегают шапочками из фольги? Чем иначе объяснить, что вместо того, чтобы заменить жесткий диск, они без конца перезагружают комп?

P.S. Само собой, вердикт суда я обжалую и во второй, и в третьей инстанции. А если понадобится, то и в Страсбурге. Тем более что благодаря Дагмар Маастик спор между депутатом и тайной полицией вышел на новый уровень – теперь это спор о том, имеет ли право политик, наделенный мандатом избирателя, представлять его интересы.

С Днем гражданина, дорогие соотчественники! С Днем гражданина…

НАВЕРХ