Мууга – планета контейнерных терминалов

Эрик Лайдвеэ

ФОТО: Станислав Мошков

Будущее у транзита есть, но связывать большие ожидания с потоком российских инвестиций было бы легкомысленно. Такого мнения придерживаются представители транспортного логистического концерна Transiidikeskuse AS в порту Мууга.

Конфликт между влиятельными деятелями транзитной сферы – правлением Таллиннского порта и транспортно-логистическим концерном Transiidikeskuse AS с вовлеченными в скандал дочерними компаниями разгорелся прошлой весной. Камнем преткновения стал тендер на строительство нового контейнерного терминала в порту Мууга. Кто из владельцев контейнерного терминала, уже работающего в порту, мог предположить, что в конкурс вмешается такой конкурент, противопоставить которому им, владевшим доселе монополией на эти услуги, окажется нечего. Неожиданный хук справа. Российская транспортная компания Rail Garant пообещала направить через эстонский порт тот самый транзитный сырьевой экспорт из России, о котором можно было только мечтать. Представители Rail Garant намекнули, что у них есть доступ к черному ходу, за дверью которого принимаются исключительные решения. Тендер отдали им, новый терминал сейчас активно строится.
Ставки в игре оказались настолько высоки, что пошла под откос утвержденная детальная планировка развития Муугаского порта и прочие прежние договоренности. Ничего личного, просто бизнес. Transiidikeskuse AS сдаваться не собирается. Аккурат после закладки краеугольного камня нового терминала посыпались новости о том, что в концерне проводят реструктуризацию, меняют топ-менеджеров и разрабатывают новые планы развития своего бизнеса, взамен казавшихся такими незыблемыми старых, улетевших в тартарары.

Председатель правления Transiidikeskuse AS Эрик Лайдвеэ выражает сомнение в том, что компания, выигравшая тендер на строительство второго контейнерного терминала в Муугаском порту, приведет в Эстонию грузы из России. Но он не исключает того, что Transiidikeskusе построит еще один терминал. Третий.

– Если исходить из последних новостей, то год минувший выдался для порта Мууга отличным.

– Действительно, если говорить конкретно о нашей деятельности, то больше всего радует рост по контейнерам. За прошлый год 195 тысяч 313 TEU. Это рекорд всех времен. Генеральные грузы, правда, показали результат послабее. Но уже к концу года стало ясно, что общая тенденция – это рост интереса к нам со стороны наших клиентов. И что особенно радует – растущий поток грузов в направлении Украины.

Одесса с работой не справляется

– Вы имеете в виду грузы, которые идут по железной дороге через Латвию?


– Это грузы, которые должна была бы принять Одесса, но по разным причинам с ними не справляется: например, клиентам не нравится качество услуг, которые им предоставляются в Одессе, и они разворачивают свои грузопотоки сюда.

– Впечатляющий крюк… А с чем еще связаны рекордные показатели вашего бизнеса в прошлом году?

– Еще важным фактором для роста грузов является контейнерный поезд между Мууга и Москвой, он позволит привлечь серьезных оптовых продавцов, которые направляют свои товары через наш терминал. Ну, и сейчас дополнительно начинается калужский транзит – все комплектующие для тех заводов, которые строятся на данный момент в Калуге. И в марте пойдет первая партия такого транзита.

– То есть все это касается грузов на Украину и в Россию. А обратно?

– В обратную сторону экспортных грузов через Эстонию, конечно, идет мало. Хотя сейчас у контейнеров широкие возможности: удобрения и зерно – в контейнерах, даже лес уже возят в контейнерах. Но из Москвы этот поезд возвращается с порожними контейнерами из-за действующих ограничений – из России положено возить через российские порты. Но и здесь мы рассчитываем на благоприятные изменения после того, как Россия окончательно вступит в ВТО.

– В последний месяц мы слышим разные новости о том, что в Муугаском порту происходят перемены, связанные с Transiidikeskusе, в частности звучало слово «реструктуризация». Что бы это все значило?

– Происходит объединение трех дочерних компаний под единым брендом Transiidikeskusе – AS Muuga CT, AS Refetra и OÜ Varumees. И цель реструктуризации – все-таки повышение эффективности и получение максимальной синергии от использования ресурса, который мы имеем, более цельного планирования деятельности всего предприятия. Например, иногда дочерние компании конкурируют между собой и клиенты часто этим пользуются. Сходят к одному, потом – к другому и просят скидку.

– То есть, грубо говоря, слишком много лишних менеджеров?

– Это тоже правда. Конечно, управленческий состав у нас будет совершенствоваться, и все больше будет внедряться автоматизированных процессов. Но мы бы хотели в обозримом будущем дополнительно набрать рабочую силу, докеров, чтобы обеспечить продолжение этого роста. В последние два месяца текущего года рост составил 31 процент. То есть терминал действительно работает на пределе своей мощности.

– И все чаще звучат слухи о продаже бизнеса...

– Продажа – это дело акционеров, но замечу, что такие слухи ходят уже 10-15 лет. Но мы таких планов не строим, наоборот, хотим приобрести активы за рубежом. Мы рассматриваем несколько хороших предложений, одно из них касается терминала в Риге.

– А хватит ли вам мощностей, если так интенсивно растет грузопоток? Есть куда расширяться?

– Хороший вопрос. Мы сейчас испытываем очень большую нехватку площади для складирования контейнеров: сейчас на нашей площадке можно разместить до девяти тысяч TEU, и действительно места нет. Мы обращались к порту, но, к сожалению, не получили права на расширение контейнерного терминала. Так что мы вынуждены искать какие-то альтернативные пути, например, задействовали под контейнерную площадку участок, который использовали для нужд Refetra. Но это временное решение, которое позволит выиграть год-два, и нам все равно придется строить новый контейнерный терминал. И сейчас мы собираемся обратиться к порту с таким предложением.

Отменить нельзя игнорировать

– Как сейчас продвигается судебный процесс против Таллиннского порта по поводу результатов тендера о строительстве нового контейнерного терминала, который выиграла российская компания Rail Garant?

– Судебный процесс идет своим чередом, ничего там ускорить или замедлить нельзя. Но один момент я хочу прояснить. Мы предлагали компромисс порту в мае прошлого года. Порт все время пытается выставить нас в таком свете, будто мы боимся конкуренции, но это не так. И мы уверены, что этот терминал, который отдали компании… я не знаю какой компании, это не российская компания…

– Как не российская, а чья тогда?

– Rail Garant Eesti – это дочка какой-то компании, которая зарегистрирована на Кипре, и еще не пойми где, на Виргинских островах. Сами можете представить, что это значит. Кто акционеры – это знают только они сами. Министру экономики и коммуникаций, во всяком случае, порт отказался сказать, кто они. Но в любом случае принципиальный вопрос для нас не в том, откуда родом те, кто затеял стройку у нас под боком. Дело в территории, которую ему отдали. Наше предложение порту состояло в том, чтобы построить контейнерный терминал классической конфигурации.

Если Таллиннский порт очень хотел спровоцировать битву конкурентов, то что ему мешало, не замыкая нас в тупиковом секторе, отдать Rail Garant участок, расположенный восточнее, ближе к Маарду, а этот оставить для развития нам? Это было бы разумно. Мы предложили порту, что сами построим полностью всю инфраструктуру для нового терминала. А территорию пусть порт поделит между конкурентами. Официального ответа от порта мы так и не получили.

– А с принятой детальной планировкой как ваше предложение согласуется?

– Детальная планировка – это как раз и есть суть нашего иска. Порт вышел на 3,5 гектара за ее границы. То есть разрешил строить там, где планировка этого не предполагала. Поэтому мы вынуждены были подать иск против Маарду. Если законы в Эстонии все-таки работают, то надо будет принимать или новую детальную планировку или снести три с половиной гектара незаконно построенного.

– А сколько времени займет принятие новой детальной планировки?

– Два года.

– И что будет с тем строительством, которое уже начато?

– Его придется отложить.

– Хорошо, суд тоже едва ли займет меньше времени. Что вы намерены предпринять, пока нет судебного решения?

– Мы намерены обратиться к порту, чтобы он предоставил нам другую территорию взамен. Посмотрим, как его руководство отреагирует.

– Так вам и инфраструктуру придется прокладывать самим в восточном направлении?

– По идее, порт должен строить инфраструктуру, а наше дело – суперструктура. Эти инвестиции делятся 50 на 50. То есть, примерно по 60-70 миллионов евро от каждой стороны.

И у всех в кармане – по терминалу

– Вот если представить на минутку, что вы расширитесь и Rail Garant отстроится. И тогда тут, в Мууга, окажется небольшая такая планета контейнерных терминалов…

– Грузопотоки ведь не иссякают, наоборот, они стабильно растут, в среднем – приблизительно на 30 процентов в год. И потом в своем бизнес-плане Rail Garant писал не только о развитии имеющейся клиентуры, но и о том, что они приведут с собой новую. Вот пусть ею и занимаются. У нас запланирован на ближайшие три года рост в 20%, и мы уже запустили бы новые проекты, если бы получили территорию для расширения.

– Какие проекты?

– Грузопотоки из Китая по железной дороге на Европу. Но, увы, расширение отдали экспедитору какому-то, у которого сейчас грузы не едут. А у нас они двигаются, и могли бы еще увеличиться. Но, увы-увы.

– Но Rail Garant говорил о том, что они сосредоточатся на грузах своих клиентов, с которыми давно работают в России.

– Ну, так прекрасно, тогда они тем более нам не конкуренты. Если бы только это было все правдой…

– А почему вы думаете, что это неправда?

– Я же сказал, этот экспортный поток контейнеров из России должен идти только через российские порты. Те, кто вывозят их через другие порты, идут вразрез с утвержденной стратегией развития российских портов до 2030 года.

– А как они тогда повезут? Кто-то с кем-то договорится?

– Не кто с кем договорится, а если получат разрешение на план перевозки. Исключения из этого плана могут утвердить только два человека в России.

– ?

– ! Если один из этих двоих разрешение даст, в чем я очень сомневаюсь, то тогда все поедет.

– А разве первый контейнер с бумагой в Бразилию они уже не провезли?

– Это виртуальный был контейнер, мы его не видели. Они считают какие-то контейнеры, которые они якобы через Мууга везли. Тогда у них с нами должен был быть договор. Какие контейнеры, из тех, что побывали в Мууга, они считают своими – мне неизвестно. Но мы скоро увидим, что это за проект такой. Терминал обещали открыть в 2013 году.

– С чем связан уход господина Артемова из Muuga CT (Сергей Артемов до января этого года занимал пост председателя правления Муугаского контейнерного терминала – Muuga CT – прим. В.М.)?

– Ну, господин Артемов просто решил продать свои акции, учитывая объединение компаний и реструктуризацию. Срок его полномочий истек. В составе нового правления его не оказалось. Что ему оставалось? Решил заниматься чем-то другим.

Коровы в Усть-Луге – невоспитанные

– А вот осенью господин премьер-министр с делегацией, в том числе с представителями Таллиннского порта летал в Сингапур, и во время этого визита там были тоже куплены какие-то портовые краны… К вам это не имеет отношения?

– Что-то я слышал про какие-то восемь кранов. Но эту информацию я не могу комментировать, что они там купили, какой-то старый металлолом. Он только смотрится красиво: поставили старые краны все в ряд и глядите – у нас тут контейнерный терминал.

– Как вы себя чувствуете на фоне других портов-конкурентов – Риги, Петербурга, Таллинна? Усть-Луга вот все кулаком грозит нашему транзиту.

– Ну, что касается Усть-Луги, то да, много говорится о том, что там контейнерный терминал запускается. А на деле там не ладится с самого начала. То коровы на плацу царапают складированные автомобили, причалы в море валятся, нефть через трубы не проходит. Но это все ерунда. В конце концов, этот порт запустят, хотя в Эстонии за эти деньги и это время можно было построить уже три таких Усть-Луги.

– Еще Силламяэский порт надумал контейнерный терминал строить…

– Ну, каждый порт, уважающий себя, должен иметь хотя бы один контейнерный терминал. Другое дело, будут ли там контейнеры. Но все равно молодцы: когда они начинали, я им пророчил судьбу порта местного назначения. Но сейчас уже очевидно, что Силламяэ вырос в международный транзитный порт.

– А если сравнивать Таллинн с Ригой?

– Должен признать, что Рига по сравнению с Таллинном зачастую лучше выглядит. Они сумели вовремя захватить афганский транзит. А эстонские представители в НАТО вообще проспали этот вопрос.

– А насколько транзитный и транспортный бизнес зависят от политических решений?

– Очень серьезно зависят, конечно, и если принимаются неправильные политические решения, то это отражается на нас немедленно. Если после рискованных решений грузопотоки перенаправляются, на то, чтобы их вернуть, уходят годы. Трудно их вернуть. Но возможно.

– И каков план на ближайшую пятилетку?

– Через пять лет полмиллиона TEU – как минимум.

    НАВЕРХ